Чтение онлайн

Славик внимательно слушал оратора. Тот все больше входил в раж:

– Но сейчас нам нужна поддержка граждан. В тот момент, когда мы вступили в смертельный бой с гидрой партократии, мы, как никогда, нуждаемся в помощи народа. Все – и олигархи, и бомжи – вносят свой вклад в борьбу за светлое будущее. Вот вы, гражданин, хотите жить счастливо?

Славик не стал отрицать очевидного факта. Оратор, подбодренный его кивком, перешел в практическую плоскость:

– В данный момент НПЛР остро нуждается в наглядной агитации. Помогите партии, осуществите финансовую поддержку.

Славик, сбитый с толку жаркими речами Леопольда Львовича, достал деньги и отдал их партийному вожаку.

Спасло друзей и их деньги то, что Николай, устав от тупости блондинки, оставил ее и подошел к Славику как раз в момент передачи денег. Словно голодный на борщ, он бросился на партийного и, заломив ему руки, выхватил деньги. Славик, отойдя от гипноза, стал ему помогать.

После удачной операции по изъятию наличных денег у наркобарона и спасения их от грязных лап Леопольда Львовича финансовое положение неспокойной троицы можно было назвать устойчивым. Но Николаю хотелось большего.

– Пока стальная рука государственной машины не схватила за горло простого гражданина, надо грести деньги, причем не только лопатой, а, если понадобиться, то и бульдозером, – говорил он.

Славик частично разделял мнение товарища, Сергей Алоизович был в оппозиции – ему хотелось покоя и пенсионных выплат. На попытки вовлечь его в очередное дело он кричал:

– В чем мы хорошо разбираемся? Ну, скажите мне, в чем? Вот! Молчите! А если так, то нас кинут все, к кому мы придем с нашими деньгами. Они ведь тему знают, а мы в ней лохи.

– Я вас умоляю! Сергей Алоизович! Кто сейчас в чем разбирается? Страна только-только стала на капиталистический путь. Все еще полные бараны. И сейчас самый момент для нас, потом поздно будет.

Однако, победить застарелый пессимизм Алоизыча не удалось и он был послан, от греха подальше, на поиски пропавшей с их деньгами Саломеи.

– Говорят, ее видели в Сибирске. Поезжай туда, поговори с людьми. Наведи справки. Как только найдешь ее, сообщи нам. Мы выедем немедленно.

Проводив Алоизыча, Коля и Славик приступили к обсуждению плана увеличения денежной массы.

– Деньги надо брать сразу, как подъемный кран плиту перекрытия, – горячился Николай.

– Может, лучше пару ларьков купим. Все-таки верная копейка будет.

– Какие ларьки?! Ты че, Славик? Мы погрязнем в этой мелочной торговле надолго, если не навсегда!

– Хорошо, что ты предлагаешь?

– Шоу-бизнес.

– Что?!!

– Заплатим стоящему продюсеру определенную сумму, он сделает нам раскрутку. И поедем по стране купюры денежные собирать. Ни клят, ни мят, тебе платят и еще и боготворят за это.

– А что мы делать будем в этом шоу-бизнесе?

– Какая разница! Ты петь умеешь? Нет? Ну, тогда я буду петь, а ты будешь моим администратором.

– Коля, это ты вот сейчас все серьезно?

Николай, вместо ответа, довольно громко запел:

– Белая ч-эремуха! Первая любовь!

Подавляющее большинство людей пело, поет или будет петь. Песня и музыка всегда сопровождали человечество в его нелегком пути сквозь века. Они были рядом, когда народы заселяли необъятные просторы Земли, строили жилища, защищались от набегов варваров и других диких племен, которые так же, в свою очередь, не чужды были вокалу. В средние века музыка и пение заняли еще большее место в жизни человека. С их помощью объяснялись в любви, ненавидели, подчеркивали социальные неравенства, поднимали боевой дух воинов, возвышали королевскую власть, задумывались о тайнах бытия и веселились на праздниках.

Музыка будоражила умы ученых и подталкивала их на великие открытия, художники и скульпторы, вдохновленные сладостными звуками, совершенствовали свои творения. Певцы и музыканты становились все более значимыми членами общества. Их восхваляли, им поклонялись.

Во времена социализма в России эстрада, хотя и имела огромнейшую аудиторию, была скована по рукам и ногам и была вынуждена вести двойную жизнь. Сотни кураторов следили за тем, чтобы сатирические куплеты были идеологически выдержанными, и прическа любимой народом певицы соответствовала представлениям об облике строительницы социализма. Однако, несмотря на все кордоны, живое слово долетало до народа. И хриплый голос Высоцкого с бобинных магнитофонов звал к мысли и анализу действительности. И бардовские фестивали открывали новые имена. Александр Новиков, Виктор Цой, Александр Розенбаум и немногие другие сделали песню вполне осязаемым оружием в борьбе с диктатурой.

После провала социализма, эстраду назвали шоу-бизнесом, и с ней стало твориться черт знает что! Пошлость и ложь так поперли на освободившееся место, что даже стало жутко за духовное здоровье нации. Все эти «Миражи» и «Ласковые маи» вызвали настоящую истерию в стране, хотя ничего из себя не представляли. Совсем ничего. Потом стало еще хуже. «Сектор газа», «Дюна», Шнуров – закрепили приход дикого шоу-бизнеса в Россию. Для большей пошлости подоспели Борис Моисеев, Пенкин и Шура. Видимо, все это было оправдано – в 90-х у русского народа не было страны, не было и эстрады.

Эстрады не было, но было поле деятельности для ловких и беспринципных людей. Для них открылись широчайшие горизонты. Осваивать деньги наивных граждан, только-только почувствовавших себя свободными, можно было, казалось, до бесконечности. Талант в шоу-бизнесе не играл никакой роли, нужен был нахрап и отсутствие моральных устоев.

Коля и Славик зашли в студию звукозаписи и обратились к первому же попавшемуся им человеку.

– Простите, уважаемый, мы хотели бы в шоу-бизнесе поучаствовать.

Уважаемый остановился, внимательно посмотрел на них и, не справившись с мукой внезапного интереса, спросил:

– В качестве кого?

– Петь могу, – гордо изрек Николай.

– Что именно?

– Шансон мне ближе.

– Неплохо, неплохо. Только ведь сейчас без денег никуда. Тем более в шоу-бизнесе.

– Понимаем. Средства имеются.

– Что ж, раз так… Твердо решили петь о бандитской жизни и блатной романтике?

– Голос подходит, – сказал с неестественной хрипотцой Николай.

– Знаете что, приходите завтра к 10.00 на прослушивание. Да, и деньги захватите.

– Сколько?

– Чем больше, тем лучше.

На следующий день Николай спел пару песен в какой-то грязной и душной будке. «Уважаемый», который представился как Варфоломей Ганнибалович Иголкин, взял деньги и сказал, что остальное сделает сам. Обещал через неделю выпустить кассеты, а через месяц организовать туры по стране.

Однако, недоброе предчувствие посетило друзей гораздо раньше. Через три дня они пришли в студию звукозаписи, где их ожидал неприятный сюрприз.