Два Мира: Избранники Судьбы
Шрифт:
– Кто устроил конец света? – задал вопрос муравей.
– Опять, наверное, эти выскочки, – ответил другой муравей.
– Как они мне надоели, думают раз больше, то им все можно. Вот вырасту, тогда посмотрим, кто кого бояться будет! – крикнул муравей из-за укрытия.
Галвин и восемьдесят шесть лучников не слышали муравьиных угроз или были поглащены, как им самим казалось, делами поважнее.
Сосредоточенные, ожидающие боя. Все уже заняли свои позиции по всему периметру на вершине ущелья. Восемьдесят шесть лучников заполонили всю каменистую поверхность, как назойливые комары, присевшие на голую руку в готовности одновременно выпустить жало.
– Жаркое утро. Не к добру это, – произнес Галвин, закрываясь рукой от палящего солнца. – Слушайте, – выпрямился Галвин, гордо вскинув соколиный нос к солнцу, – я знаю, эта жара делает нас слабее, но наш боевой дух не должен упасть. Именно от нас зависит, сможет ли королевство оттеснить врага. Нам остается лишь ждать, когда захлопнеться этот капкан. Галвин бросил взгляд в самую даль ущелья, тихим беспокойным голосом добавив, – хоть бы все у нее вышло.
Эвелин бросила все силы, не пожалев ни единого солдата. Лагерь Элиуса оказался пуст, остались только догорающие угольки от ночных костров. Все без исключения сейчас штурмовали лагерь углей. Эвелин нужно было, чтоб Файраз решил, что сейчас на них брошены все силы и атаковали всеми силами в ответ.
– Не бойтесь! В атаку! Драконы на нашей стороне. Вперед, в атаку! – кричали командующие силами империи.
– Какие же они безмозглые, рвутся в бой, как бешеные собаки – никакого плана, – посмеивались драконы, держа непроходимую живую стену, выкашивая гвардейцев, пытающихся пройти.
Снова начался безумный танец, солдаты падали замертво. Море крови, отрезанные конечности, стоны боли и крики безнадежности.
Этому пройдохе, который подсматривал за всеми действиями до этого события, опять достался билет в первом ряду на уже новое представление. Он уж точно ничего не упустит. Пройдоха наблюдал за всем, что происходило на сцене, не упуская ни малейшей детали. Рассмотрел даже, как воин повалил на землю другого. Какое-то время они ползали по земле, пока один из них не взял окончательную и неоспоримую победу. Достал нож из-за пазухи и начал медленно выкалывать другому глаз. Наверное, почувствовал себя хирургом, давшим себе клятву обязательно спасти своего пациента, даже если тот кричит и сквернословит. Еще одному гвардейцу так метко прилетело моргенштерном в коленную чашечку, что теперь колено больше напоминало небольшой дуршлаг. Отрубленные пальцы, уши, носы – собралась целая куча пациентов с такими диагнозами.
Ансгар убивал как профессионал, не возился и не издевался. Уклонился от пики, сразу не церемонясь отрубил атакующему руку и с размаху рассек горло скимитаром. Провернулся на коленях, уходя сразу от двух лезвий клинков, проделал финт со скимитарами напоминавщими кружащуюся юлу, после которой у гвардейцев вывалились кишки из разрезанного живота.
На другом конце лагеря случайно разбудили медведя. Тот решил проучить наглецов. Коди выхватил молот в левую руку, он не был левшой, но убежденно твердил, что в левой руке у него больше сил, поскольку в кузнице ударная рука была именно левая. Ударил молотом в солнечное сплетение гвардейца как по наковальне, правда, такой же отдачи не последовало. У гвардейца неестественно впала грудная клетка, глаза чуть не повылетали из орбит. Не успев произнести крика боли, гвардеец повалился замертво.
Угли снова начали теснить сосулек, чувствовалось преимущество, элитный отряд идеально оправдывал свое звание.
– Сейчас! – крикнула капитан Эвелин сидя верхом на Арби с вершины утеса.
Прозвучал вой рога, означающий немедленное отступление. Гвардейцы побежали к утесу, где их уже поджидали запряженные скакуны.
Один из командиров углей закричал: – Догнать наглых трусов! Их самоуверенность их и убьет. Седлайте коней! За ними!
Гвардейцы во главе с капитаном Эвелин скакали прямиком к ущелью.
– Прекрасно, ими уже полностью овладело чувство превосходства, они не отступят, – убедившись в этом, произнесла Эвелин.
Солдаты Элиуса нёслись прямиком к ущелью, подгоняемые углями, которые, как обезумевшее стадо буйволов, пытались нагнать их.
– Как странно они несутся прямо в ущелье, оттуда нет выхода. Эта верная западня для них. Там лишь водопад, но они не прыгнут, эта верная смерть, – задумчивым голосом сказал Ансгар.
– Они уже поняли, что проиграли, наверное, думают, что самоубийство лучше, чем погибнуть от наших клинков. Трусы! Вы потеряли мои крошки уважения к вам! – кричал Коди в спины гвардейцам верхом на богатырском коне.
Все без исключения влетели в ущелье. Скакали, пока не достигли тупика из разнообразных каменных пород до самой вершины ущелья. Теперь оставался лишь тесный проход который вел к водопаду, а значит, к неизбежной гибели. Уже был слышен звучащий шум водопада и смерти.
Угли поспрыгивали с лошадей. Ошалевшие, предвкушая убийства. Сосульки смотрели, как на них с криками несется смерть – это конец…
– Еще немного… Еще пару метров… Давай! – закричала Эвелин.
Комары, севшие на руку, вонзили жало по команде с завидной точностью.
Бежавших углей накрыла огромная тень.
– Что это? Затмение? Твою ж…
Воины все как один смотрели в небо безнадежными глазами. Смертью оказались не они. То, на что угли уставились, много больше походило на смерть. Все небо над ущельем закрыло черное непроходимое облако, и оно падало на огромной скорости.
– Драконы, мантии! – Ансгар крикнул командующим голосам. Исполнение приказа последовало незамедлительно.
Смерть приземлилась на Файраз. Полилась кровь, кто-то кряхтя, утыканный стрелами, похожий уже на дикобраза, а не на человека, боролся со смертью, но все тщетно. Он, как и остальные, уже проиграл, когда посмотрел смерти прямо в глаза. Выжившие воины начали медленно подниматься с земли. Ряды значительно поредели, но ни одного дракона сегодня смерть не настигла.
– Замкнуться! – приказал Ансгар.
Все стояли в полукруге. Настало время Элиуса нападать. Шел бой, сосульки пытались задавить количеством, но драконы мастерски отбивали волны врагов. Сражение шло напряженное, теперь силы были равными. Со всех сторон умирали, многие драконы тоже попадались под смертельные выпады многочисленных пик.
– Сражайтесь! Мы победим! Атакуйте! – поднимала боевой дух капитан Эвелин, и у нее это получалось, гвардейцы теснили драконов. Но ненадолго…
Из отряда выскочили Ансгар и Коди. Убивая одного за другим гвардейца, не забывая прикрывать друг друга.
– Опять эти демоны! – кричал один из офицеров Элиуса.
– Теперь они больше похожи на людей, не бойтесь, оставьте их мне! – Эвелин влетела верхом на Арби между гвардейцами. Прыгнула на спину Коди, пытаясь придушить того. Ансгар еле уклонился, клыки Арби прозвучали возле уха.
Началась схватка. Драконы продолжали сражаться с гвардейцами, но это был не такой интересный бой, поэтому наш пройдоха полностью был увлечен боем демонов.
Арби лапой ударил в плечо Ансгару, оттолкнув того. Дракон упал на лопатки, держа скимитары в напряженных руках. Арби давил на него когтями, пытаясь пройти через защиту и разорвать Ансгара в клочья. Эвелин продолжала душить медведя, пока тот кружил ее на плечах, пытаясь сбросить.
– Командир! Давай поменяемся, я хочу драться с этим чудищем, – начал ныть Коди, кружась туда-сюда, словно Эвелин для него была назойливой мухой.
– Я бы с радостью! Но, видимо, он предпочел меня, – с давлением в голосе сказал Ансгар, все еще не позволяя Арби подправить себе лицо.
– Я что шутка для тебя! – крикнула Эвелин, поняв, что душить бессмысленно, достала кинжалы.
– Ой-ей, кинжалы дамам не игрушка, – Коди подпрыгнул и ударился спиной о камень. Эвелин, сотрясенная, упала на землю. Дракон уже развернулся к ней.