Чтение онлайн

Рыжий конь медленно нагонял гнедого. Вот они почти поравнялись. Вот рыжий почти впереди. Наконец, Михаэлю удалось преградить дорогу испуганному коню брата и остановить животное. Даниэль сидел в седле, вцепившись в повод. Когда он понял, что бег закончен, он всхлипнул и вдруг громко расплакался.

Глава 4

Даниэль прошел вдоль длинного стеллажа с книгами, всматриваясь в каждый корешок.

– Оставь ты эту затею! – устало проговорил Рафаил, сидя в высоком кресле и вытянув ноги. – Я много раз просматривал эти книги и бумаги, но так и не смог понять, по какому принципу ведьмы избирают место для своих плясок.

– Шабаш сегодня ночью, и что-то мне подсказывает, что я разворошу это осиное гнездо! – пылко бормотал охотник, просматривая книгу за книгой.

Умудренный опытом экзорцист, усмехнувшись, покачал головой:

– Это бессмысленно, ты напрасно тратишь время. Тебе ведьм не найти. Как хочешь, но я никуда не пойду. Я уже не в том возрасте, чтобы ночью прочесывать лес, зная, что ничего не удастся отыскать.

– Я не прошу вашей помощи, Рафаил, – улыбнулся священнику юноша. – Я отправлюсь один, и, быть может, я не ошибусь в своих догадках.

Монах вскинул тонкие брови:

– Ты слишком самоуверен!

– Я настойчив, – мягко поправил его Даниэль и снова вернулся к книгам.

Отец Рафаил закатил глаза. Он был почти вдвое старше молодого охотника и уже практически забыл, как еще не так давно был сам одержим поисками и жаждой приключений.

Много лет назад он и его брат поклялись перед Богом, что всю свою жизнь посвятят служению ему. Два молодых священника были неразлучны с детства. Похожие, как две капли воды, они за все брались вместе. Даже вместе решили, что охота на нечисть – не их призвание. В глубине души, оба жалели волшебный народ и потому отказались видеть их страдания. Избавлять людей от мук нравилось обоим, поэтому они с жаром взялись за дело. Прихожане любили двух юношей, которые по очереди читали проповеди в воскресные дни. Их будни были насыщены обучением, а выходные радовали светящимися от умиления лицами людей.

Такая жизнь была по вкусу обоим, пока однажды любимого брата Рафаила не отправили с отрядом охотников. Им необходим был священник, чтобы взять живьем вампира, который держал в страхе небольшую деревеньку.

В тот день Рафаил плохо спал. А проснувшись, поспешил в церковь. Он предчувствовал беду. Слезы катились из его черных глаз, когда он лично совершал обряд погребения своего брата. Церковь настояла на том, чтобы хоронили его как вампира, а не как настоятеля, ведь кто мог поручиться, что он не был заражен дурной кровью.

С того дня сердце Рафаила покрылось льдом. Как одержимый он выискивал всех, кто мог оказаться в сговоре с Дьяволом. Он выносил приговор за приговором, отправляя невинных на костер, лишь для того, чтобы его жаром растопить свое замерзшее сердце.

…

Рагна, напевая какую-то замысловатую мелодию, порхала из комнаты в комнату. Рыжие волосы ее сияли в свете заходящего солнца.

– Присядь хоть на минуту, ты мешаешь мне работать! – с напускным раздражением ворчал Просперо, стараясь сосредоточиться на книгах. Однако душа его порхала вместе с ведьмой и тоже пела от счастья.

– Ах, наконец-то я смогу выплеснуть всю себя! Я наберу ночного воздуха и сплету из него покрывало, я буду дышать этим фиалковым запахом. Я растворюсь в лесу, я буду небом и землей, я стану луной и звездами, – радостно восклицала девушка, кружась на месте. – Своими танцами я почту память ушедших.

Дома никого не было: Элиза отправилась на ярмарку, чтобы продать свое рукоделие, Джак тоже старался заработать, развлекая народ фокусами, а Эрколь, предупреждая свое превращение, ушел глубоко в лес.

– Порадуйся со мной! – лукаво попросила ведьма, стараясь увлечь колдуна за собой.

Просперо, не в силах противиться ее чарам, закружил девушку в бешеном танце. Радостный смех наполнил пустую комнату.

– Я так счастлива! – прошептала Рагна, опуская голову на грудь молодого человека. – Впервые за столь долгое время.

– Скоро так будет всегда. Я близок к разгадке, – улыбнулся колдун.

– Как только сядет солнце, я полечу, – рыжая взмахнула руками, отчего с кончиков пальцев посыпались алые искры. Задорно блестя, они вихрем взметнулись вдоль тела девушки и растаяли в воздухе.

– Ну, хватит! – попытался утихомирить ее Просперо. – Посмотри, последние лучи солнца – скоро и они погаснут, а пока отдохни немного. Тебе предстоит бессонная ночь.

Но Рагна продолжала дурачиться.

Солнце действительно скоро уснуло, и ведьма засобиралась в путь. В глазах ее пылало адское пламя, огненные волосы разметались по плечам. Тонкий стан ее обнимало легкое черное платье, ноги были босы. Девушка вышла на улицу и ловко оседлала старую метлу.

– Будь осторожна, – попросил колдун, но рыжая лишь усмехнулась, поднявшись в воздух.

Остывающая синева неба радостно приняла разгоряченное тело ведьмы и послушно понесла ее над землей. Ветер трепал волосы и выбивал слезы из глаз, но с губ девушки то и дело срывался тихий смех. Под ногами проплывали равнины и леса, высились горы, извивались реки.

Когда Рагна спустилась к лесу, ночь уже сгустилась и раскрасила мир черной краской.

Девушка смело ступила босыми ногами на лесной ковер и бесшумно двинулась в самую чащу. Деревья приветливо расступались, едва касаясь ветвями волос и платья ведьмы. Впереди сверкнул огонек, Рагна прибавила шаг. Огонек замелькал ближе, оказавшись маленькой шаровой молнией, которая послушно легла в ладонь девушки и заиграла ярким пламенем.

Освещая себе дорогу, ведьма вышла на поляну. Вокруг стояла звенящая тишина. На поляне никого не было. Она была одна.

Рагна бросила огонек, что держала в руке, на середину поляны и на том месте тут же вспыхнул огромный костер. Он горел так алчно и уверенно, будто его разожгли несколько часов назад. Ведьма тихо запела. Сначала она слегка раскачивалась в такт песне, будто огонек пламени, потом, взмахнув руками, закружилась вокруг костра. Песня стала громче, голос ее зазвенел в ночном воздухе, взметнулись искры костра. Звездами закружились они в волосах девушки. Танец становился жарче, огонь пылал, песня манила, увлекала. В ней была древняя сила всех ведьм, каждой магической души, каждого произнесенного за столетия заклинания. Магия заструилась сквозь лес, пронзила деревья, засветила листья и травы. Волнами свет поднялся в небо, будто стремился слиться с его чернотой. И погас.

Рагна стояла на поляне, чуть запыхавшись. Щеки ее раскраснелись, а волосы рассыпались по плечам, струились по спине. В зеленых глазах ее гас огонь. Лес погрузился в тишину и тьму, горел лишь костер, чуть потрескивая. По щеке девушки скатилась слеза по ушедшим подругам. А затем еще и еще одна.

– Стой, где стоишь! – раздался совсем близко мужской голос.

Рагна в ужасе вскинула голову – в свете костра она смогла разглядеть юношу. В одной руке он держал меч, а в другой – вербеновый факел. Запах вербены легко разнесся по поляне, одурманивая ведьму, путая мысли и лишая возможности ворожить.