Два "я" одного "мы"
Шрифт:
– Ты идиот, Фомин. Озабоченный прдурок.
– Не отрицаю. В клуб поедешь?
– Поеду.
Глава 6
Потанцуй со мной в диком танце
подразни меня засранца
Дикий танец зажигает
мое сердце обжигает...
Dj Burguy - Потанцуй со мной в диком танце
– Ты никуда не поедешь в ЭТОМ!!!
Олег стоял посреди коридора и кричал на красившую ресницы Славу. Когда девушка вышла из комнаты в том самом платье, что они купили на свадьбу к ее сестре, мужчина с минуту прибывал в шоке, затем ревность вытиснила все остальные чувства, когда он представил, что все мужчины в клубе увидят ее в этом наряде. В магазине он предложил ей это платье, не думая, что она его купит, и уж тем более, что когда-нибудь наденет.
Черное платье, если его можно так назвать, состояло из мелких тесемок, соединенных между собой в незамысловатый узор, вместо подкладки был тонкий прозрачный материал. Держалось все это безобразие на тоненьких бретельках из той же тесьмы. Наряд больше открывал, чем закрывал тело девушки, подчеркивая мягкие изгибы и выпуклости. От одного взгляда на Славу в этом платье, Олега охватывала безумное желание сорвать с нее эту провокационную вещь, и заниматься любовью до изнеможения.
– Сними это немедленно!
– Чего ты орешь, как макака в зоопарке. Ты сам выбрал мне это платье.
– Приподняв правую бровь, ответила ему Слава. Реакция мужчины ей безумно понравилась. Девушка ощутила себя красивой и желанной женщиной, и это после того, как Олег не однократно намекал ей на недостатки ее фигуры. Сейчас, наблюдая за жадным блеском в его глазах, девушка ликовала.
– Я прикольнулся! А ты повелась! Я не пойду с тобой в клуб, пока на тебе надето это.
– То есть мне совсем раздеться?
'ДА!!!!', замигала в голове Олега красная кнопочка, а перед глазами замелькали картинки откровенного содержания.
– Просто переоденься.
– Хриплым голосом ответил он ей.
Слава скорчила недовольную гримаску и, отыскав в косметичке блеск, нанесла его на губы, украдкой посматривая на Олега, жадно следившего за ее движениями. Звонок в дверь разрядил накаленную обстановку. Недовольно ворча, Олег открыл дверь, и на пороге появился улыбающийся Нияз.
– Здорова, Олегин! Ну что, готов покорять и соблаз...нять.
– Нияз, увидев Славу, остановился и, с широко раскрытыми от удивления глазами, уставился на девушку.
– Челюсть с пола подобрал! Слюни подтер!
– Прорычал Олег, толкнув друга в плечо.
– Оскомина? Ты?
– Не обращая внимания на друга, спросил Нияз.
– Я.
– Весело хиикнула Слава.
– Вот те на! Мужик, у тебя такая роскошная девушка живет, а ты не словом.
– Заметил тот Олегу и, улыбнувшись, добавил уже Славе, - Ярослава, кажется, я влюбился!
– Придурок!
– Олег, схватил с вешалки пальто Славы, и натянул его на нее.
Под веселые шуточки Нияза, и хмурый взгляд Олега, Слава достала из шкафа туфли на высоком каблуке. Девушка как раз обула одну ногу, как из комнаты выбежала Антонина Юрьевна с криком:
– Меня, меня не забудьте!
Три пары глаз в шоке уставились на нее. Женщина была одета в черное платье футляр, облегающее ее тело, подчеркивая подтянутую фигуру. На ногах красовались модные туфельки, на невысоком каблучке. Легкий макияж и веселые кудри делали женщину как минимум на десять лет моложе.
– Ёп-тудей!
– Вырвалось у Нияза.
– Ба!!!
– Не ворчи, милый. Я тоже хочу костями потрясти.
– Строго ответила она Олегу, и улыбнувшись повернулась к Ниязу, - Добрый день, Нияз.
– Антонина Юрьевна??? Олегин, я помер и в раю? У тебя здесь, что фабрика по производству сногсшибательных девушек? Подари мне на пару деньков, я тоже себе таких наделаю.
– Совсем рехнулся!
– Отвесив другу подзатыльник, Олег хмуро посмотрел на женщин, - Все! Прекратили этот балаган! Ба, ни каких клубов! Слава, иди переодевайся! Быстро!
– Милый, да ты растешь тираном! Ох, говорила я Люське, что эти ее новомодные штучки в воспитании до добра не доведут.
– Ба, ты вообще сама себя слышишь? Какой на фиг клуб! Тебе уже давно не восемнадцать!
– Циц! Не груби бабушке!
– Антонина Юрьевна, уперев руки в бока, грозно посмотрела на внука.
– Я еду и точка!
Олег, с силой сжав челюсти, переводил взгляд с бабушки на затихшую в стороне Славу. Он уже тысячу раз пожалел, что согласился на предложение Нияза.
– Фиг с вами! Поехали.
Эвелина стояла у входа в клуб, нервно теребя ремешок сумочки. Ярослава позвонила ей час назад и сообщила, что они с Олегом и Ниязом едут в клуб. Девушке очень давно нравился друг брата, но тот не обращал на нее никакого внимания. Лина ловила каждый момент, стараясь чаще попадаться ему на глаза, и сегодняшний поход в клуб, был отличным поводом.
Увидев машину брата, Эвелина выпрямила плечики и кокетливо улыбнулась, но когда задняя дверца машины распахнулась, губы девушки растянулись буквой 'О'.
– Бабуля???
– Нет, Александр Родионович Барадачь. Господи, как же вы меня достали!
– Вздохнула Антонина Юрьевна, одергивая подол платья.
Эвелина в шоке повернулась к подошедшему Олегу.
– А...
– Молчи, Линка! Лучше молчи!
– Процедил он сквозь зубы, и взяв под локоть Славу, направился ко входу в клуб.
– Эвелина, давно не виделись.
– Влад. Мило улыбаясь, нежно приобнял девушку и чмокнул в щеку, от чего та покрылась легким румянцем.
– Привет, Нияз.
– Так, детки, бабуля хочет денсинг. Попы в руки и на танцпол.
Антонина Юрьевна обняла обоих за талию, и они дружной толпой последовали в клуб.
– Welcome to Sensation
Кричал в микрофон DJ. Музыка 'разрывала' колонки. Толпа людей извивались под зажигающий ритм. Антонина Юрьевна, едва переступив порог клуба, и сбросив пальто Ниязу, шепнула Лине на ухо:
– Не ищите меня.
– Скрылась в толпе.
– Охринеть!
– Олег смотрел на спину удаляющейся бабушки, и чувствовал ,что сегодняшнюю ночь он не забудет никогда.
Раздевшись, они вчетвером направились к столикам, стоявшим в углу. Олег просто кипел от злости, замечая возбужденные взгляды мужчин смотревших на Ярославу. Его бесило то, что она, высвободив из его руки свою ладошку, кокетливо всем улыбалась. Еще немного, чувствовал, Олег, и он сорвется, и утащит эту негодницу в машину, увезет ее домой и зацелует до смерти. Он уже признался себе, что его словно магнитом тянет к ней, и сопротивление бесполезно. Да он и не хотел. Уже давно нужно было плюнуть на все эти предрассудки, и начать действовать. Единственное, что его останавливало, так это почти полное безразличие Славы.