Чтение онлайн

Не дав ей опомниться, он приблизился, и от теплоты его дыхания вдоль ее позвоночника пробежала жгучая дрожь, заставляя пальцы ног сжаться.

— Алекс…

Когда ее губы зашевелились, произнося ею имя, она снова ощутила на языке сильный чувствительный вкус его кожи и судорожно сглотнула от еще большей близости с ним. Казалось, спичку поднесли к заранее подготовленному сухому хворосту. И огонь внутри Рии вспыхнул, толкая ее в объятия Алексея.

Она слышала его прерывистое дыхание, шокированная и одновременно трепещущая. От мысли, что он испытывает то же, что и она, и не в состоянии это скрыть, у нее закружилась голова. Невозможно было поверить, что это происходит на самом деле. Сильные руки Алексея ласкали ее лицо.

— Алекс…

Рия попыталась вернуть контроль над собой и убедить его остановиться, но, услышав собственный голос, она поняла, что делает все наоборот. Это имя в ее устах звучало скорее как одобрение его действий.

А мгновение спустя уже не имело значения, что она говорит и как говорит. Когда темноволосая голова Алексея наклонилась, и его губы слились с ее губами, Рия потеряла дар речи. Ее губы покорились ему, открывая прямой путь к языку, ноги молодой женщины снова подкосились, и она покачнулась.

Алексей что-то шепнул и в следующий миг, взяв Рию на руки и не прерывая поцелуя, понес ее через комнату, а затем прислонил к стене. Она задрожала от близости его мощного тела, ощущая обжигающую страсть.

Как хищник, завладевший своей добычей, он вторгся в самую ее сущность, вкушая вкус ее губ, языка. Жаркие прикосновения его рук, ласкающих ее тело, обжигали сквозь цветастое хлопковое платье, с неистовой силой разгоняя кровь. Грудь Рии судорожно приподнималась и опускалась, возбужденные соски, жаждущие прикосновений его пальцев, терлись о мягкое кружево бюстгальтера.

Не способная устоять, она сжимала зубами его нижнюю губу, ощущая его раскаленное дыхание, а потом языком скользила по поврежденной коже. По рычанию, которое издал Алексей, Рия поняла, что не причиняет ему боль. Наоборот, он поощрял ее, прижимаясь к ней все крепче и лаская истосковавшееся тело.

— Ты чертовски красива… — прошептал Алексей.

Рия едва могла поверить услышанному. Он сказал «красива»? Возможно ли, что человек, которому пресса присвоила прозвище Принц-плейбой, завоевавший признание самых сексуальных женщин мира — моделей, актрис, — считает ее привлекательной? Она снова вспомнила подростковые мечты, которым когда-то предавалась. Десять лет назад Рия многое отдала бы за то, чтобы услышать эти слова. Тогда Алексей был добрым, всегда спешащим на помощь другом — и не более того, — не ведающим чувственного голода, который охватил сейчас их обоих.

— Кто мог подумать, что ты так вырастешь?

— Столько времени прошло, — приглушенно откликнулась Рия. От напряжения и желания в горле у нее пересохло. — Я скучала…

Рефлекс самосохранения заставил ее резко замолчать. Опрометчивый порыв чувственности лишил ее здравого смысла, и теперь ей надо было вернуть его — и быстро. Алексей ей больше не друг. Он — человек, в руках которого находится ее будущее, как и будущее ее страны, хотя он об этом даже не подозревает.

В тех самых сильных чувственных руках, которые только что доставили ей столько удовольствии, заставляя ее тело изнывать, желая большею. Но она должна запретить себе эти ласки, несмотря на протест тела, и вспомнить, почему она оказалась здесь.

— А ты… ты скучал? — выдавила Рия, хотя на последнем слове голос дрогнул, выдан ее. И вдруг, осознав, что он воспримет это так, будто скучала она, молодая женщина поспешила добавить: — В Мекджории по тебе скучают.

Незамедлительно последовала за самая реакция, которой она боялась. Рия почувствовала, как напряглось его тело. Алексей затих и отшатнулся, его руки стали ледяными.

— Очень сомневаюсь, — небрежно бросил он грубым и хриплым голосом, как будто царапая ее обнаженные нервы. — Не думаю, что это правда.

— О, но это так! — запротестовала Рия, принуждая себя продолжать, ведь она за этим и приехала, в конце концов. — Ты нужен Мекджории.

— Нужен?

Ее сердце упало, когда Алексей отошел и посмотрел на нее холодными глазами — в них не было ни огня, ни тепла. Она добилась, чего хотела, — повернула разговор вспять, к причине ее прихода. Но теперь Рия чувствовала себя потерянной и одинокой, ей вдруг стало холодно без жара и силы, только что окружавших ее. Кожа, грудь, губы — все стало ледяным.

Она снова потеряла Алексея. Это было понятно по одному только взгляду на него: выражение лица стало замкнутым, а взгляд — бесчувственным. Он поднес руку к горлу и оттянул узел галстука, как будто тот его душил, затем расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, потом еще одну. Эти движения притягивали ее взгляд, и она зачарованно наблюдала за его действиями.

Но это было ошибкой — большой ошибкой. Вглядываясь в глубокие глаза Алексея, Рия вдруг увидела в них новую искру — тревожную, сжигающую; она предупреждала, что в его душе крылось что-то неизведанное, о чем Рия даже не догадывалась. Она вспомнила то, что произошло несколько мгновений назад. Тогда, прижатая к стене горячими руками Алексея, Рия точно знала, чего он хочет. И она была опасно близка к тому, чтобы дать ему это, не страшась ничего. Ее тело еще не забыло их недавнюю близость, а во рту по-прежнему ощущался вкус его губ. Стоило ей облизнуть губы, как это ощущение становилось сильнее, и Рии казалось, что он снова целует ее. О боже, как она хотела, чтобы Алексей снова ее поцеловал!

— Нет никого, кто скучал бы или нуждался во мне…

— Ты не прав. Совершенно не прав.

Но как убедить его в этом? Рии было известно, как сильно изменилась жизнь Алексея в Лондоне, который стал его домом. И судя по тому, что он говорил о Мекджории, было очевидно: ее родина ничего для него не значит. Имеет ли она право просить его бросить все это?

Рия не знала. Но единственное, в чем она была уверена, — она не смеет скрывать от него правду. А решение, каким бы оно ни было, должен принять сам Алексей.

— Я скажу проще, — проговорил он, растягивая слова. — Ты уже дважды повторила, что я нужен в Мекджории. Скорее всего, это ложь.

— Нет, не ложь, это правда.

— Ты хочешь, чтобы я поверил, что я нужен стране, которая меня отвергла, лишила всего и не нуждалась во мне целых десять лет?

Единственным ответом, который смогла дан. Рия, был быстрый кивок. Она внезапно потеряла дар речи.

— Тогда объясни. Для чего я нужен?

— В качестве…

Рия дважды попыталась начать, но безуспешно. И только когда Алексей сузил глаза, глядя на нее, и обратился к ней по имени, она принудила себя говорить:

— В качестве короля. Ты нужен Мекджории, чтобы занять трон, поскольку Феликс умер.

Занять трон… В качестве короля…

Новость ударила прямо в сердце, вызвав водоворот мыслей. Он правильно расслышал?

«Ты нужен Мекджории, чтобы занять трон, поскольку Феликс умер».

Алексей ожидал всего, чего угодно, только не этого. Рия однозначно дала понять, что на состояние ее семьи наложили арест во время переворота, который стал следствием борьбы за корону Мекджории. И сюда она пришла просить помощи — это очевидно. Сначала она пыталась смягчить его тем, что отдала ему документ, подтверждающий законность его происхождения. Затем, сыграв на том, что когда-то они были друзьями, Рия начала уговаривать его стать королем и тем самым спасти ее семью. Конечно, зачем же еще ей сюда приходить?