Чтение онлайн

Зачем же еще ей отвечать на его поцелуй так, как ответила она?

Даже подпустив к себе, тая в его объятиях, она добивалась своей цели.

Еще ни одна женщина не возбуждала его так сильно одним только поцелуем. А женщин было много. Его слава плейбоя была вполне заслуженной, и Алексея это забавляло. По крайней мере, вначале. Только после Мариэтт — и Беллы — все изменилось. Воспоминаний не осталось, но последствия того ужасного дня были тяжелыми. Вкус к жизни исчез, чувства онемели. Ничто его не трогало. Исчезли острые ощущения. Азарт охотника угас.

Нет, он никогда никого не преследовал. Женщины сами бросались в его объятия. Одним-единственным словом или улыбкой он мог заполучить любую. Алексей не питал иллюзий; он понимал, что женщин привлекали его положение и богатство, да и репутация плохого парня была всем известна. Многие красавицы хотели его соблазнить. Они дарили ему наслаждение, делили с ним постель, и порой он находил утешение в их объятиях. Но ни одна не воспламеняла в нем кровь, не заставляла сердце колотиться и не вызывала ощущение сексуального голода так, как единственный поцелуй его бывшей подруги, которая из девочки превратилась в сногсшибательную женщину.

Женщину, которая, как и многие другие, была готова использовать свою сексуальность в своих целях.

Но это…

— Это плохая шутка! — бросил Алексей.

Рия вздрогнула, покоробленная резкостью ею тона, но его это мало волновало.

Однако то, как она на него посмотрела, как от удивления расширились ее изумительные глаза и приоткрылся прекрасный рот, заставило Алексея взглянуть на нее снова, внимательнее. Казалось, выражение ее лица говорило о большем.

— Это ведь была шутка, не так ли? — допытывался он.

Плохой черный юмор. Кто-то хочет всадить нож ему между ребрами с напоминанием о том, что родина отца никогда не станет для него домом. Даже если он законнорожденный принц и член королевской семьи. От неверия и недоверия Алексею хотелось метаться по комнате. Только нежелание показать, что Рия пошатнула его жизненные устои, удержало его от этого. Он стоял, держась одной рукой за каминную полку, а другая рука сжималась в кулак в кармане его брюк.

— Очень плохая шутка… Нет?..

Рия покачала головой, и копна золотисто-каштановых волос закрыла ее лицо, но Алексей не мог не заметить бледность ее щек, контрастирующих с огромными потемневшими глазами.

— Нет, это не шутка, — произнесла она с запинкой низким и неровным голосом. — Это не та вещь, по поводу которой я когда-либо посмела бы шутить.

Как бы ей хотелось, чтобы он хоть как-то отреагировал. Рии было тяжело наблюдать за его неподвижным взглядом.

— Нет никаких доказательств того, что ты говоришь правду. Какую выгоду от этого получит твой отец?

— Мой отец?!

Если бы он знал! Ее отцу от этого не было никакой выгоды, более того, он выиграл бы гораздо больше, если бы ее план провалился и Алексей отклонил бы ее просьбу. Но Рия обещала себе, что не расскажет об этом Алексею; что не воспользуется запрещенным приемом, чтобы убедить его принять решение, которое нужно ей. Ее семья совершила достаточно преступлений в прошлом. И сегодня, здесь, это должно прекратиться — независимо от результата их разговора.

Но Рия слишком долго колебалась с ответом.

— Твой отец определенно намеревается что-то получить от этого, — высказался Алексей прямо и жестко. — Зачем в противном случае ему посылать тебя?

Как ему удается оставаться таким спокойным, непоколебимым, с глазами полными презрения? Он похож на кобру — затихшую, неподвижную, ожидающую удобного момента для атаки.

— Мой отец не посылал меня, но, безусловно, твое решение повлияет на его жизнь. И на жизнь всех граждан Мекджории.

— И мне не должно быть все равно, потому что?..

— Потому что в случае твоего отказа страна погрузится в хаос. Начнется гражданская война. Людей будут убивать. Они лишатся всего.

Отчаяние, которое испытывала Рия, отразилось в ее голосе, но по жесткому взгляду Алексеи, по его плотно сжатым челюстям было ясно, что на него это не произвело никакого впечатления.

— И если ты не займешь трон, единственный, кто имеет на это право, — Иван.

Это имя шокировало Алексея.

Рия увидела, как дернулась его голова, резко сузились глаза. Ее слова произвели на него эффект. Дальние родственники, Алексей и Иван Колоски всегда презирали друг друга. В действительности Иван был одним из зачинщиков превращения жизни Алексея в ад, он был одним из тех, кто интриговал против него. И теперь этот человек стал единственным потенциальным наследником престола в Мекджории.

С одной оговоркой, при мысли о которой у Рии начинало крутить в животе. И она не хотела, чтобы Алексею стало об этом известно.

— Как Иван оказался следующим в списке наследников?

— Существуют древние законы. Теперь, когда король и его племянник умерли, ищут другие родственные связи. А так как прямых наследников нет, корона переходит к тебе.

— Или к Ивану.

Это было сказано пренебрежительно, и Рия поняла, что за этим последует. Безразличное пожимание плечами только подтвердило ее опасения.

— Итак, проблема решена. У вас уже есть наследник — тот, кто хочет сесть на трон намного сильнее, чем я. Тебе даже не потребуется подтверждать законность его притязаний.

Горькая фраза, сорвавшаяся с его языка, заставила ее содрогнуться.

— Но Иван не первый в этом списке. Он будет королем, только если ты откажешься от короны.

Или если бы она здесь сыграла совсем другую роль, чего добивался ее отец. Эта мысль отозвалась болью в ее сердце.

— И мы не можем ему позволить занять трон!

Обеспокоенный и шокированный взгляд Алексея пронзил ее. Ей стало так холодно и неуютно, что она отошла подальше. Рия боялась, что он увидит ее страхи и это даст ему преимущество над ней.

— Мы? — цинично повторил он.

— Ты должен помнить обо всей Мекджории.

— Я? Думаю, я ничего не должен, тем более — иметь дело со страной, которая никогда не была мне домом.

— Не забывай об эруминуме… минерале, обнаруженном в горах, — объяснила Рия, а он сардонически приподнял черную бровь, цинично ставя под вопрос ее утверждение. — Его сейчас добывают в шахтах…

— Прекрасный источник дохода для моего кузена, — сказал Алексей, прислоняясь к стене с выражением полного безразличия ко всему, что она говорит.

— Но это то, что может… эруминум может быть использован для создания оружия, почти такого же опасного, как ядерная бомба. Ивану все равно, для каких целей его будут добывать, — он продаст права на шахты тому, кто предложит наивысшую цену.

Что-то промелькнуло в глубине обворожительных глаз Алексея. Но у Рии не было уверенности в том, что именно выражала эта реакция — возможную помощь ей или нечто совершенно противоположное.