Чтение онлайн

«Значит, забота, внимание не ценится, ценится только то, что я могу дать. И я даю без отказа, не задумываясь. Они слишком привыкли брать, вот и обнаглели!»

На ночь Роман остался в кабинете. Ирина подходила к двери, говорила, чтобы перестал дурить.

— Оставьте меня в покое! — злобно выкрикнул он, запустив в дверь попавшейся под руку книгой.

Несколько дней спустя, чтобы задать работу детективу, нанятому женой, Уманцев объявил, что едет по делам в Петербург, а оттуда в Ригу.

Ирине удалось сдержать радостную улыбку. Роман уехал в офис, взяв с собой вещи, чтобы перед дорогой не заезжать домой.

Боясь, что телефон прослушивается, Ирина вышла на улицу и, пройдя квартала два, позвонила по таксофону Ростиславу.

— Кое-кому предстоит большая работа, — сказала она. — Сегодня он едет в Питер. Уверена, не один. Так что интересные фотки нам обеспечены.

Вечером она собрала небольшую дорожную сумку: положила в нее косметичку, несколько платьев, футляр с драгоценностями и, предупредив горничную, что едет к подруге на дачу, ушла.

Она не стала заказывать такси, чтобы за ней не мог проследить нанятый мужем детектив, а воспользовалась метро. Поплутав по переходам с одной станции на другую и, убедившись, что слежки нет, она вышла на улицу и остановила машину.

Решив быть осторожной до конца, Ирина попросила подбросить ее до поселка Елецкий, рассудив, что лучше немного пройтись пешком, чем указать, куда именно она направляется. Когда она вышла из машины, начало темнеть, но это ее не испугало. Надо было всего лишь пройти через поселок и выйти к берегу реки, на котором уже высились особняки фешенебельного дачного городка. Однако ей повезло. На выходе из поселка она посторонилась, чтобы дать проехать машине. Но водитель остановил свой «Фольксваген» и спросил:

— Может, вас подвезти?

Ирина замялась, не узнавая сидевшего за рулем мужчину, а потом кивнула, вспомнив, что видела его несколько раз в городке.

— Не откажусь, — ответила она, подумав, что благодаря этому охрана не будет знать приезжала ли она на дачу. И если кто начнет расспрашивать, охранники ответят, что не видели госпожи Уманцевой.

Благополучно миновав охранный пост, любезный водитель подвез Ирину прямо к воротам ее дома, пожелал приятного отдыха и уехал. Уманцева набрала код и вошла во двор, освещенный фонарями соседней дачи. Пристально огляделась вокруг. Все-таки страшновато было идти между деревьев и кустов. Она даже отругала себя за свою выдумку — провести с Ростиславом здесь уик-энд. Но, очутившись в доме, перестала корить себя, а поспешила переодеться, чтобы встретить Ростислава во всем блеске. Она поднялась на второй этаж, включила свет, вынула из сумки отливающее синевой черное платье. Эластичный шелк обхватил ее отреставрированную фигуру, избавленную хирургическим путем от залежей жира. Затем подкрасила глаза, нарумянила щеки, распылила на волосы лак с золотистыми блестками и надела сапфировое колье.

— Ослепительная женщина, — проговорила она, принимая перед зеркалом эффектную позу.

Немного подумала и накинула на обнаженные плечи легкий шарф. Опустила руки и погрузилась в отрешенное созерцание. Ее «я» смотрело на нее со стороны. Отчего-то стало тоскливо. Но она знала, что нельзя давать волю чувствам. Поэтому тряхнула головой и насильно улыбнулась своему отражению.

Напевая, спустилась по лестнице в гостиную с камином и принялась накрывать небольшой столик. Поставила бокалы, прежде слегка стукнув их друг о друга, чтобы послушать хрустальный звон. Он раздался, густой, нежный, и стих. Положила салфетки, вилки, ножи, поставила посредине подсвечник и вздрогнула, ей как будто почудился шорох. Она нахмурилась и прислушалась. Кто-то был в коридоре, в который выходило сразу несколько дверей, в том числе и из прихожей. Она хотела было позвать: «Ростислав!» Но передумала, решив, что это мог быть ее преследователь. Ирине до спазмов в желудке стало нехорошо от такой мысли, но она быстро взяла себя в руки и прошла из гостиной в кабинет мужа. Достала из ящика его письменного стола пистолет и вернулась обратно. Села в кресло напротив двери, выходящей в коридор, выключила свет и, прикрыв шарфом пистолет, навела его на того, кто появится. Она решила покончить с этим преследователем.

«Бояться мне нечего. Ясно, как день, его нанял Роман, поэтому ему убивать меня незачем. Его задача — застать меня с любовником. Бояться мне нечего…» — неожиданно повторила она и поняла, что боится. Потому что было за что ее убить.

В последнее время красный алмаз никому не давал покоя. Сначала он был их защитой от всевозможных бед, которые могут случиться с ними, но затем, когда они обрели уверенность, алмаз превратился в камень преткновения. Он не выходил из головы, проскальзывал в разговорах, а зачастую становился причиной стычек. Каждый считал себя вправе владеть им. Она, как жена. Дети, как наследники, которые полагают, что не стоит лицемерить и ждать смерти отца, чтобы завладеть алмазом. Елена заявила об этом в открытую, Константин пока молчал, но и у него скоро прорежется голос.

Легкий шум стал чуть явственнее. Ирина вся напряглась, сняла пистолет с предохранителя и положила палец на курок. Дверь приоткрылась и появился преследователь…

Ирина удивилась своему спокойствию. Маленький пистолет превратил ее из обыкновенного человека в вершителя судеб. Вот сейчас, если не получится заставить этого наемника разговориться, чтобы он выложил все, да еще при включенном диктофоне, который у него несомненно имеется, то она убьет его. Убьет!.. При самообороне. Все факты налицо: посторонний человек ночью проник в дом. Что оставалось делать беззащитной женщине?..

Валерий Приступов решил не идти по пятам за Ириной. Он догадался, что та отправилась на дачу, чтобы провести выходные с Каплуновым. Поэтому детектив оказался у дома Уманцевых полчаса спустя. Воспользовавшись тем, что на соседней даче шел ремонт и еще не были установлены ворота, он зашел на участок и взобрался на забор, разделявший два владения, соорудив из строительного материала что-то вроде лестницы. Спрыгнув на землю, двинулся к дому, удивляясь, что ни одно окно не освещено.

«Странно, — думал он, — неужели они уже залегли? Вроде сначала должны были поужинать, поднять настроение, выпив бокал-другой…»

Он подошел к двери, прислушался, было тихо. Подпрыгнул и, ухватившись за край навеса над крыльцом, взобрался на второй этаж. Открыл балконную дверь, на это он был мастер, и оказался в спальне. Вышел на лестничную площадку, освещенную бра, опять прислушался, пожал плечами и стал спускаться. Подойдя к двери гостиной, приоткрыл ее и… увидел склоненную фигуру человека.

Детектив включил верхний свет, человек в ужасе вскрикнул и отпрыгнул в сторону, устремив на Приступова испуганный взгляд. Приступов, не выпуская из своего поля зрения человека, мельком глянул на то место, где тот только что находился, и увидел лежавшую на полу Уманцеву.

— Что случилось? — обратился он к насмерть перепуганному Каплунову.

— Н-не знаю, — стуча зубами, с трудом проговорил он. — Н-не знаю!.. Я вошел, а она вот тут. Я наклонился и… — На его ладонях Приступов увидел кровь.

Детектив подошел к Ирине, лежавшей на левом боку, присел на корточки, приложил руку к ее шее, чтобы проверить пульс, а другой приподнял шарф, пропитанный кровью.

— Мертва, — сказал он.

Каплунов вздрогнул и вжался в простенок.

— Так, — покачал головой Приступов, увидев торчавший в груди жертвы нож.

— Что же это вы? — чуть повернулся он, чтобы взглянуть на Каплунова.

Тот несколько мгновений в величайшем изумлении смотрел на детектива, а потом взвизгнул:

— Что?! На что?!.. На что это вы намекаете?!