Чтение онлайн

— Какого хрена?.. — выдохнул Алекс, вытирая с лица кровь. И заметил меня. — Ох…

Дэн любезно помог ему подняться на ноги и только потом принялся осыпать его обвинениями. Алекс, надо отдать ему должное, терпеливо слушал и, дождавшись, когда Дэн перестанет вопить, спокойно сказал:

— Ладно, я сам все полностью и бесповоротно изгадил. Знаю.

— Ты мне только вот что скажи, — продолжал Дэн. — Если бы Ребекка ответила «да», ты бы дальше пошел? Разбил мою семейную жизнь?

Алекс уставился в пол.

— Наверно. На самом деле до конца не обдумал. Никогда не собирался действовать реально, дошел до предела, бросил Изабелл, ну… а потом все вышло наружу. Когда вышло, обратно не переиграешь. Это была ошибка. — Он с полным равнодушием взглянул на меня. — Теперь понимаю. Большая ошибка.

Дэн немного помолчал и сказал:

— Значит, ты мог разбить мой брак, а потом пришел к выводу, что это большая ошибка? Кому от этого легче?

— Конечно, никому… Просто хочу сказать… э-э-э… не хочу, чтобы ты беспокоился, будто я все еще ее люблю. Это не так. Не люблю.

— Ну, тогда все в порядке, — саркастически заметил Дэн. — Все нормально. Едем вместе отдыхать.

— Мне сказать нечего, кроме того, что я виноват. Не могу ничего изменить. Говорю просто, что, если бы ты ничего не узнал, все развеялось бы само собой, вот и все. — Он бросил на меня обвиняющий взгляд.

Я промолчала.

— Ребекка мне ничего не рассказывала, — объявил Дэн. — Это Лорна.

Алекс на мгновение опешил.

— Когда ты с ней виделся?

— Она приходила сюда, чтобы мне объяснить, какой ты замечательный друг. Как я понял, по этой причине вы с ней разбежались?

Алекс покосился в мою сторону.

— Мы из-за Ребекки расстались.

— Надеешься на мое сочувствие? — хмыкнул Дэн. — Ты потерял подружку, которую знал пять минут, а я чуть не потерял жену, с которой двадцать лет прожил.

— Нет, — быстро вставила я. — Не потерял бы.

— Да ведь он на это рассчитывал. Этого он пытался добиться. Мой лучший друг.

— Дэн, — говорит Алекс. — Не знаю, что тебе сказать. Это была ошибка. Колоссальная дерьмовая ошибка, о которой я буду жалеть до скончания жизни. Просто хочу… должен знать, есть ли какой-нибудь шанс забыть? Ты мой ближайший друг… Я… — Голос его дрогнул, прервался, и, должна признаться, я на секунду его пожалела, но быстро опомнилась. — Не знаю, что без тебя буду делать…

Он ждал ответа, Дэн молчал, и поэтому Алекс продолжил:

— Прошу тебя, пожалуйста… Давай поговорим…

— Я уже сказал, мне с тобой говорить не о чем. Не хочу тебя больше слушать. И не звони мне, ладно? Теперь уходи. Проваливай в задницу. Я серьезно.

— Дэн… — Алекс не сдвинулся с места, так и стоял с потерянным видом.

Казалось, что Дэна вот-вот стошнит. Я за все время знакомства не видела его таким взбешенным.

— Все кончено, Алекс. Если ты в самом деле чувствуешь себя таким виноватым, как утверждаешь, тогда убирайся, оставь нас в покое. Вот чего я хочу.

Алекс по-прежнему не шевелился, и Дэн крикнул:

— Уходи немедленно!

Его голос прозвучал так громко, что я на миг забеспокоилась, что подумают соседи. Наконец Алекс понял, чего от него требуют, и направился к двери. Мельком посмотрел на меня, я отвела глаза, просто не зная, что делать. Все пошло вразнос, превратилось в безумие.

Обняла Дэна, которого била дрожь, начала уговаривать, что все будет хороню, сама тому не веря. Чем заменишь тридцатилетнюю дружбу? Знаю, как Дэн меня любит, но также знаю, что в жизни ему нужна не только я. Крепко его стиснула, с ужасом поняла, что он плачет, обливая меня слезами. Прижалась щекой к его щеке, вот так мы и стояли. Наконец я сказала:

— Прости. Мне очень жаль.

Он взглянул на меня и опять повторил:

— Ты ни в чем не виновата. Это только его вина.

Необходимо решить, что можно рассказать Изабелл о случившемся. Хотя мы больше не общаемся всей компанией, она непременно узнает о страшном скандале между Дэном и Алексом. У нас есть общие знакомые, которые скоро почуют неладное и разнесут весть повсюду. Алекс и Лорна непредсказуемы, неуправляемы. После происшествия с Дэном я больше не намерена хранить секреты, но и разглашать их не готова, сообщая подруге, что ее семейная жизнь была сплошным обманом. Мы с Дэном поговорили об этом, прежде чем в субботу утром я отправилась за детьми. Отныне буду просить его одобрения на каждый свой дальнейший поступок. Пока мы остановились на несколько отредактированной, удобоваримой версии правды, которую я решила максимально естественно вплести в беседу.

Изабелл многодетная мать и единственная кормилица. Она из тех женщин, у которых, кажется, всегда есть все — дом, работа, прекрасные дети, любящий муж (ох, как мы ошибались на этот счет!), — но завидовать ей невозможно, потому что она очень добрая, милая и рассудительная. Ей прощается даже завидная внешность — хорошенькая блондинка, мягкая, нежная, — от нее никогда не исходит угроза. Она обо всех придерживается наилучшего мнения, пока ей не докажут обратное, — словом, полная противоположность мне. Сколько раз она меня поддерживала и выручала, даже не сосчитаешь. Я всегда знаю, что она будет рядом, когда мне понадобится. Изабелл для любого сделает все что угодно. Она никогда не забывает про дни рождения и годовщины, она не только хорошая мать и хорошая дочь, она двадцать лет была верной женой, содержала семью… Сказать, что она заслужила выпавшую ей судьбу, — все равно что приговорить к изгнанию из дома щенка за то, что тот однажды чихнул. Мягко говоря, жестоко и несправедливо. Я все сделаю, чтобы не расстраивать ее еще больше.

Войдя, я увидела Уильяма на куче подушек на кухонном стуле, с салфеткой, повязанной на шее вроде слюнявчика. Никола и Натали по очереди «кормят малютку», засовывая ему в рот ложку овсяных хлопьев.

— Привет, девочки, — говорю я, целуя своего младшенького в макушку. — Хорошо проводите время?

— Малыш ведет себя отлично, — ответила Натали, погладила моего сынка по головке и тоже чмокнула.

— По-моему, малыш пукнул, — объявила Никола, когда я выходила с кухни на поиски Изабелл. — Теперь пусть срыгнет.

Зоя лежит на диване в гостиной, набирая, как всегда, сообщения.

— Привет, мам, — бросила она, не поднимая глаз.

— Хочу немного поболтать с тетушкой Изабелл, — говорю я. — Ты не против?

— Отлично, — кивнула дочь. — По пути забросишь меня к Керри? Она хочет пробежаться по магазинам.

— Конечно.

Я ждала, что Зоя скажет: «Вы с тетушкой Изабелл можете поговорить здесь, а я уйду в другую комнату», — но ей тринадцать, поэтому она не сказала. Я направилась к двери. Выходя, спросила:

— Кстати, где тетушка Изабелл?

Зоя пожала плечами:

— Не знаю.

Она была в спальне, застилала постели. Я взялась ей помочь. Как ненавязчиво завести разговор об Алексе?

«Да, слушай, я тебе не рассказывала, что Алекс ушел от тебя, потому что любит меня?»

«Знаешь, вчера вечером Дэн дал Алексу в морду и велел навсегда убираться из нашей жизни к чертовой матери. И все из-за меня!»

Пожалуй, не пойдет.

Иза рассказывает, что Зоя весь вечер разучивала с девочками стихи с обложки каталога Лили Аллен. С одной стороны, я рада, что моя сердитая дочка потрудилась обратить внимание на двух своих младших некровных кузин. Напомнила себе, что Лили Аллен неплохая модель для подражания: сильная, независимая, преуспевающая молодая женщина, которая известна и другими делами, кроме раздевания. С другой стороны, мысль о том, что мои обожаемые двойняшки бегают по игровой площадке и без всякой иронии декламируют: «Хочу кучу шмоток, гору бриллиантов…», показалась не слишком приятной. Хотя вроде бы Изабелл считает это забавным, что, пожалуй, самое главное.