Дважды укушенный
Шрифт:
Тихий стон вдруг раздался из задней комнаты. Это был звук боли, может быть, с некоторым отчаянием в придачу.
Волосы на моем затылке встали дыбом.
Кровь на баре и стоны в задней комнате — что-то было очень, очень неправильно.
Я оглянулась на дверь, жалея, что не попросила Адама остаться и проводить меня в бар. Что, черт возьми, произошло за то время, пока он был в пути, чтобы забрать меня? И так много для теории Габриэля о том, что Coзыв положит конец драме оборотней.
Я бормотала проклятия, размышляя о вариантах.
Вариант первый: я остаюсь и жду возвращения Адама, Бог знает с чем за дверью.
Вариант второй: пойти и посмотреть. Это конечно, рискованно нападением и гневом Этана, но там был кто-то ранен. Я не могла стоять в стороне и ждать их, когда кто-то может умереть.
Я приподняла штаны, вытащила из сапога кинжал и отрегулировала его вес, пока он удобно не разместился в руке. Постояла рядом с баром несколько секунд, пока собирала все свое мужество, чтобы сделать шаг.
Почувствовав готовность, я вздохнула и пошла с лезвием в руке в сторону двери, обитой красной кожей. Дойдя, я положила руку на нее и толкнула.
В комнате было темно, свет разливался вокруг меня, пока я стояла, одной рукой удерживая дверь.
Запах крови здесь был сильнее, но было еще что-то... покалывание магии страха. Большое количество магии.
Когда мои глаза приспособились к темноте, появилось очертание прислоненного к стене человека, лицо в крови и синяках, одна нога согнута коленом вверх, другая вытянута. Его футболка была порвана, джинсы порваны на коленях.
Даже несмотря на то, что покалывание было знакомым, моему мозгу потребовалось время, чтобы понять, что я вижу. Кого я вижу. Это был Ник.
— Ах, Боже мой.
Я бросилась к нему, игнорируя боль, когда мои колени ударились об кафельный пол. Я откинула кинжал и начала осматривать его порезы и синяки.
— Ты в порядке? — Он застонал в ответ. — Что с тобой случилось? — спросила я. И что самое главное как? Ник же оборотень. Он, возможно, не был Апексом, но я чувствовала силу его магии, знала, что у него была собственная власть.
Кто имел власть, чтобы так ранить Ника?
— Габриэль, — пробормотал Ник, затем хрипло кашлянул. — Это был Габриэль.
Я заморгала в замешательстве.
— Габриэль?
— Он думает, что я... — начал Ник, но прежде, чем он смог закончить, мой кинжал отлетел в другой конец комнаты.
Потрясенная, я замерла, с одной рукой на виске Ника, мое сердце, вдруг бешено заколотилось в груди, пока я наблюдала за движением в дальнем углу.
— Слишком поздно. — пробормотал Ник.
Проглотив густое чувство страха, я посмотрела на обутую ногу возле меня, которая пнула мой кинжал в угол, и на оборотня которому она принадлежала. В сверкающие золотые глаза.
Габриэль.
Мое сердце понеслось вскачь.
Улучшились спаррингом мои навыки или нет, я почувствовала себя маленькой и слабой, прижатой к земле человеком, который был настолько зол, что воздух сделался колючим от его магии.
— Это был я, — подтвердил он.
Он сделал это? Нику? Одному из членов своей Стаи? Я не догоняла, не могла его понять. Что мог такого сделать Ник, чтобы побудить Габриэля к такому роду насилия?
Без слов Габриэль прошел к двери и щелкнул переключателем над дверью, затопляя комнату светом. Я мигнула из-за белых пятен, затем встала и осмотрела его.
Его пальцы были в свежих ссадинах, а на правой скуле расцветал синяк. Ник успел нанести удар, но в конечном счете Альфа победил.
И я была одна с ними в этой комнате, без моих коллег, а мой кинжал в дальнем углу.
Пришло время использовать единственное оружие, которое я имела в запасе — старомодный вампирский блеф.
Я приняла самый надменный тон, который только могла.
— Что ты сделал с ним?
Габриэль выгнул бровь, как будто удивленный тем, что я оспариваю его авторитет, его право на разборку с членом его Стаи, когда он посчитал это целесообразным.
Поглядев на меня мгновение, он выдвинул стул из-за стола и сел на него. Его поза была небрежной — вытянутые ноги, один локоть лежит на столе.
Я не была уверена, действительно ли он был так обеспокоен тем, что сказал ему вампир... или это была какая-то уловка.
— Ты лгала мне, Мерит.
— Извини?
Габриэль скрестил ноги в лодыжках, затем провел круг по поверхности стола кончиком пальца. Моя кожа начала зудеть от булавочных уколов его магии.
Я боролась, пытаясь сдержать свои клыки и посеребрение глаз, в то время, как моя генетика кричала — беги или готовься к борьбе. Сейчас.
— Ты сказала мне, что узнала о контракте на мою жизнь, потому что получила анонимный телефонный звонок. — Он посмотрел на меня, сверкающими яростью глазами. — Это была ложь.
Я встретила его проницательный взгляд с нейтральным выражением лица. Он указал головой на Ника.
— На самом деле, я узнал, что г-н Брекенридж не являлся для тебя анонимным источником. С этим человеком тебя связывают долгие личные отношения.
Я, нахмурившись, посмотрела на Габриэля. Ник дал мне информацию, потому что он получил анонимный телефонный звонок.
И, да, у меня были личные отношения с Ником... но в средней школе. В замешательстве, я посмотрела на Ника, но тот покачал головой.
— Он думает, что это я сделал. Думает, что это я запланировал нападения. Покушения на его жизнь.
— Ты знал об этом, — сухо сказал Габриэль.
Ник закашлялся, задушенный смехом.
— При всем уважении, Aпекс, я проклятый журналист. Я получаю сведения. Это моя работа.
— Он пытался помочь тебе, — добавила я. — Он сказал мне, чтобы я предупредила тебя о возможном нападении на собрании. Именно поэтому мы сказали тебе. Именно поэтому мы были готовы, когда хаос начался.
— Я жалею о том, что собирал Созыв, а не повел всех назад в Аврору. Один оборотень Альфа мертв, и теперь появилось разделение между остальными. Ты хоть представляешь, как разочаровала меня? Когда я доверял тебе?