Две непорочные полоски
Шрифт:
Бабушка с дедушкой не знали кто мой отец, как и он не знал о том, что у него где-то есть дочь. Мама никогда не рассказывала о нём, да и о беременности своей тоже. Ей было стыдно ехать домой с пузом, всё-таки деревня, такие слухи растащат, что век не отмоешься. Не хотела она подставлять родителей. Но за неделю до родов не выдержала, врачи запугали её последствиями. Они настаивали, чтобы на родах присутствовали родственники. В случае чего за ребёнком и за ней самой присматривать будет не кому. Вот мама и вернулась.
Я невольно улыбнулась, вспоминая с какой нежностью в блестящих от слёз глазах рассказывала бабушка, когда в дом сначала вплыл огромный живот, а за ним невысокая бледная девушка, спрятавшая стыдливо глаза за пушистыми ресницами. Не было ни криков, ни единого упрёка, лишь слёзы счастья, что в родной дом вернулась дочь, да ещё и не одна. Меня ждали все, я была любима и желанна, разве не это счастье? Даже у нашего ворчливого дедушки, за хмурыми бровями всегда светилось счастье, когда в доме вспоминали о маме. Они часто рассказывали о детстве мамы, о том какие проказы вытворяла и как я похожа на неё.
Именно наше сходство помогло обрести мне отца. То был дождливый день – день моего рождения. Так вышло, что родилась я осенью. Слякоть, хмурое небо, ветер, пробирающий до косточек, и на пару с моросящим дождиком больно жалящий кожу. В этот день, словно сам мир оплакивал маму вместе со мной. Каждый год мой день рождения начинался с утренней прогулки. Я гуляла и подставляла лицо дождю, чтобы он смыл мои слёзы. А потом тучи расходились, ласковое солнышко лучиками касалось лица, словно мама ласкала, стирала следы горьких слёз. И тогда на душе становилось легче.
Но день, когда я встретила отца, начинался совсем по-другому. Без бабушки и дедушки. Без, уже ставшей традицией, пробуждением в шесть утра – час, когда я появилась на свет, а через час не стало мамы. Никто не будил нежным поглаживанием волос и поцелуем в лоб. Не поздравлял, даря родные улыбки и ласковые взгляды.
Не было утренней прогулки.
Мой первый год в детдоме, а там никто не выпустит тебя под дождь. Но я, всё же, смогла выпросить поездку в город. Была в детдоме традиция, нянечки как могли, баловали своих воспитанников, и в день рождения позволялось выбирать подарок. Я выбрала поездку, просто прогуляться по парку. Дедушка с бабушкой часто возили меня туда, и, потеряв их, я хотела почтить память о родных именно там.
Я уехала в город одна. Шестнадцать лет, рассудительная и самая ответственная из детдомовских, только по этой причине мне позволили ехать. Гуляла в парке, ловила губами дождь, позволяя смывать горькие слёзы. А когда пришло солнышко, улыбка сама расцвела на губах. Я никогда не буду одна! Мои самые любимые будут присматривать, и помогать в тяжёлую минуту.
И этот день не стал исключением. Я решила присесть на лавочку, а потом сходить в кафешку.
– Маргарита? Одинцова? – услышала мужской оклик. Ко мне спешил парень с логотипом курьерской доставки на бейсболке.
Я непонимающе хлопнула глазами, но кивнула и в моих руках тут же, оказался тяжёлый конверт.
– С днём рождения, – широко улыбаясь, поздравил курьер.
На вид лет двадцати пяти. Я думала к этим годам мужчина должен уже иметь работу посолиднее. Но кто я такая, чтобы судить чужие вкусы? Может, он занимается любимым делом?
Этого курьера я вспоминаю до сих пор, уж больно запоминающимся стал для меня тот день, как и парень. Особенно его глаза. Круглые очки в чёрной оправе с очень увеличивающими линзами, должно быть зрение у него было ужасным. Но они позволяли рассмотреть во всех деталях изумительный цвет изумрудных глаз, где плескались карие искорки. Я ни разу таких не встречала. Хотя вру, на тот момент не встречала, а после лишь два раза…
Они затмили остальную внешность парня, в памяти остались лишь ощущение, что мной восхищались. Отдав мне конверт, он отсалютовал и ушёл насвистывая. Но через пять минут вернулся с букетом жёлтых листьев, в упаковке из обёрточной бумаги для посылок.
"Для самой светлой девочки, что я встречал. Пусть жизнь твоя искриться лишь счастьем." – было написано на углу чёрным маркером. Красивый каллиграфический почерк. Всегда мечтала о таком, но, как говорила бабушка – "как курица лапой" мой предел. Это был мой самый дорогой сердцу подарок, он до сих пор хранится в моём тайном сундучке с разными милыми сердцу безделушками. А сколько фоток я наделала! Боялась, что могу потерять или испортить букет.
Когда первый восторг от неожиданного подарка прошёл, я вспомнила, зачем вообще ко мне приходил курьер. Письмо.
Получатель – я. Отправитель – Одинцова Католина Ивановна – моя бабушка. Внутри я нашла небольшое письмо и ещё один конверт, разрисованный разноцветными ручками. Сердечки, цветочки, чьи-то росписи. Конверт хоть и был запечатан, но видно, что хранили его давно. Бумага слегка испортилась от времени, а краски потухли.
Прочитав письмо бабушки, где было и от дедушки пару строк, я не смогла сдержать слёз. Они извинялись, что раньше не осмелилась отдать мамино письмо. Боялись, точнее, знали, что там будет мамина история и имя моего отца. А если я узнаю имя, то непременно захочу найти, хоть я и говорила часто обратное. Зачем мне чужой мужчина, когда самые дорогие и любимые люди рядом? Мои любимые боялись, что я уйду от них к отцу…. Только я уже не узнаю, как поступила бы раньше, но когда письмо от мамы было в моих руках, они дрожали.
Я рыдала, читая ровные строчки, каждое слово было пропитано любовью и сожалением, что не смогла стать смелее ради меня. Что не нашла в себе силы признаться отцу в том, что носит его ребёнка. Ведь всё могло сложиться иначе. Он очень влиятелен, смог бы найти врачей, способных спасти нас обоих. Но после одной провальной попытки, когда её прогнал лучший друг отца, мама не стала пытаться, думала, сможет…. Но не смогла.
Письмо она писала в роддоме за несколько дней до моего рождения. Она решила перестраховаться и рассказать если не отцу о моём существовании, то хотя бы мне о нём. Мама писала, как была счастлива с ним. Как он любил её, бескорыстно, несмотря на все "но". А их между деревенской девочкой и будущим политиком было бесконечное множество. Их роман длился полгода, даже разговоры заходили о свадьбе, но судьба решила иначе. Отца отправили на практику в другой город, а мама осталась дожидаться его. В день его приезда она уже знала о беременности и спешила поделиться радостной новостью, сомнений не было, он был бы счастлив ребёнку. Только вот вместо отца её встретил друг семьи. Встретил и прогнал. Мама не вдавалась в подробности и не писала имён. Но вскоре письмо закончилось, и пришёл черёд фотографий.
ГЛАВА 3
Машина ехала плавно, не мешая мне смаковать приятные воспоминания. Почему-то сегодня, когда я увидела первый раз своего малыша, мне хотелось вспомнить в красках, как я обрела отца.
До сих пор вспоминаю те чувства, когда дрожащими руками открывала тоненький фотоальбом. Первым снимком было моё узи. Следом фото мамы. Молодая девушка с рыжей толстой косой, перекинутой через плечо поверх лёгкой курточки. В карих глазах сияли отблески солнечных лучей. Она стояла под жёлтым листопадом и придерживала выглядывающий из куртки животик. Красивая, очень красивая. И действительно, я сильно была похожа на неё, особенно когда подросла. Черты лица, улыбка, разрез глаз, круглые щёки. Разве только я была крупнее, в отца пошла.
В тот день на мне была похожая курточка, совсем не по сезону и белая. Стремясь, стать ближе к маме, я заплела косу и перекинула на плечо. Только потом перелистнула страницу.
Мама стояла не одна, она держала под руку мужчину. Выше её на целую голову и крупнее раза в два. На этом фото лицо сложно было рассмотреть, только профиль. Мама с отцом смотрели друг на друга. А вот на следующем, я впилась в мужское лицо, стараясь вспомнить, где я могла видеть его. Ведь видела точно!
Я не злилась на отца, знала, что вины его нет. Я не испытывала ничего, да и откуда появиться чувствам? Мы чужие люди, но зато теперь я знаю, что он действительно любил мою мать. И за это я была благодарна. Ещё одно фото, они сидят в парке на лавочке, мама смеётся и смотрит в камеру, а отец не отводит влюблённого взгляда от неё. В нём столько нежности и обожания сколько и в мамином письме, в тех строчках о нём.