Чтение онлайн

Тихие всхлипы дошли до моих ушей. Своими глазами я принялась искать их источник и остановилась на светловолосой девушке, поджавшей под себя ноги. Тяжелые капли слез падали на морозный пол. Она дрожала. То ли из-за холода, то ли из-за своего горя.

— Что с вами? — я подошла к ней, мой гнев как рукой сняло.

Девушка подняла на меня свою голову и у меня чуть челюсть не отвисла…

— Рейчел?! — что скрывать, я была в шоке! Никогда не видела, чтобы эта кукла ревела. Я немного растерялась…

Рейчел была похожа на обычную девушку у которой произошло горе, которой надо помочь. Она нуждалась в заботе, помощи, жилетки, куда можно выплакаться. Никогда не могла и подумать, что этой жилеткой могу быть я.

— Рейчел что случилось? — она не переставала плакать, а моя к ней неприязнь исчезла, не смотря ни на что.

— Она у них, — подумав секунду, ответила сквозь слезы. В любой другой ситуации она бы оскорбила меня и ушла, но тогда ей было необходимо выплакаться.

— Кто у них? — забив на всю нашу вражду, спросила я.

— Пенелопа. Моя сестра. Она слишком мала, эта война не должна была её тронуть! — в её голосе слышалось отчаяние, злость и ненависть к врагам. Не знала, что у нее есть сестра. Имя какое-то знакомое, но не помню где я его слышала…

— Сколько ей лет?

— Восемь… — шмыгая носом, ответила Рейчел. Я вспомнила девочку, которая пришла ко мне в спальню еще в первые дни в университете, для нее я оказалась примером. Примером, что и настроиться на работу не может. Ее, по моему тоже, звали Пенелопа. Сердце неприятно кольнуло. Девочка ведь говорила, что её старшая сестра учится там, да и на вид ей лет восемь… Нет, этого не может быть!

— Как она выглядит?

— Кудрявые светлые волосы, голубые глазки, она еще иногда носит очки… — Рейчел было больно. Теперь я поняла, что она не просто эгоистичная стерва, она — любящая старшая сестра, хрупкая девушка, которой тоже нежна забота, — а что?

Боже… По всей видимости, та девочка, что приходила увидеть меня и есть сестра Рейчел…

— Все будет хорошо, её спасут, — мой голос немного дрожал от холода, хотя скорее всего не только из-за него.

Я обняла Рейчел. Это было немного странно, но я ей сочувствовала. Она плакала, что заставило и меня проронить слезу, не такая я уж и крепкая стала…

Мы наверное просидели так минут десять. Я уже не обращала внимание на зимний холод. Волосы покрылись небольшим инеем, но мне не было холодно.

Рейчел начала подниматься, я выпустила её из своих объятий. Девушка резко поменялась в лице, одев маску безразличия.

— Ты сейчас выйдешь от сюда и все забудешь, что тут было, поняла? — грубо потребовала она, смахивая последние слезы с щеки.

— Почему ты так холодна со всеми, можешь же быть приятной и искренней? — проигнорировав её слова, спросила я.

— Мое дело, как себя вести, — съязвила она, — пообещай, что никто не узнает о том, что здесь только что было, что ты видела мои слезы.

— Слезы — это нормально, — я её не понимаю, что в этом плохого? Почему она так боиться, что кто-то увидит её слезы?

— Слезы — это проявление слабости, — отрезала Рейчел. Все равно я её не понимаю, — обещай!

— Хорошо, хорошо, обещаю, — раз ей это так сильно нужно, пускай. Но, по моему, это глупо.

— Забудь, что только что было, — она поднялась и пошла на выход, — это никак не повлияет на наши взаимоотношения.

Она вышла. Ну и ладно, больно надо. Сидя в обнимку с заплаканной Рейчел, я уже даже на время забыла о том, зачем сюда пришла.

Всё же, иногда даже самые эгоистичные особы способны беспокоиться о другом человеке. Даже самые чёрствые и стервозные порой оказываются забитыми в угол, от чего приходиться снять наигранные маски золотых царей. Ведь, в конце концов, все мы люди, и каждый может сломаться в какой-то момент, и в этот момент ему понадобиться сухое плечо, в которое можно будет выплакаться.

Что бы тут не произошло, мне все равно надо вернуться в спорт зал.

Я зашла внутрь. Почувствовав явный контраст в температуре, меня обдало теплом. Я пошла в сторону зала. Мне надо усмирить свои эмоции и научиться этим дурацким способностям…

Глава 5. Счастливая Сказка

КЭМ И БЕККА

Свет. Тьма. Свет. Тьма. Эта последовательность сводит с ума. Кэмерон Джонс лежит на холодном бетоне. Из его ран уже не течет кровь. Сердцебиение слишком слабое, чтобы его услышать придется долго прислушиваться. При каждой возможности парень глазами пытается найти девушку, лежащую неподалеку. Девушку, которая ему так дорога.

Очнувшись в который раз, картинка перед его глазами меняться. В их небольшом заточении появляется еще один человек. Из-за тьмы трудно различить кто это, свет тусклой лампы совсем не помогает. Лишь добавляет масло к этой нагнетающей атмосфере.

Крохотный клубок лежит уткнувшись личиком в плече его любимой. Грудь этого существа вздымается очень редко и слабо. Через эту мертвую тишину слышится тихое и отчаянное сопение.

"Это ребенок!" — проноситься в его голове. Спасение… Хм, какое смешное слово. В таких обстоятельствах твои взгляды меняются, меняются и приоритеты.

Его голова тяжелеет, так и норовит упасть на пол. Холод пробирает до мозга костей. Зима предупреждает о своем наступлении.

Не понятно одно: Почему они еще не избавились от пленников? Вроде как крови им достаточно. Хотя, наверное, ответ на этот вопрос очевиден. Зачем им пачкать руки, когда природа сама хорошо с этим может справиться? Они легко могут умереть от голода. Да, почему бы нет? Думаете, их кормят три раза в день? Как бы не так. Глоток воды получил, считай ты особенный. А холод? Температура стремительно падает вниз, не думаете же вы, что им станут настраивать отопление? Пленникам максимум от силы можно дать дня так три, а дальше к ним придет естественная персона, одетая в черный плащ с капюшоном и в её руках будет острая коса. "Счастливый" конец, не так ли?

— Джонс? — послышался хриплый голос Бекки.

— Соскучилась? — голос парня был не лучше. Они опустошены физически и морально.

— А ты хватку не теряешь, — пробубнила она, не двигаясь. Для нее было очень важно слышать его голос, единственное, что спасает её от безумия.

— Чувство юмора — это святое, — слабым голосом ответил Кэм. Удивительно как человек, которого ждет скорая смерть может так хорошо держаться.

— Прощу, скажи что-нибудь, — умоляла девушка.

— Что ты хочешь услышать?