Чтение онлайн

Вначале он подумал рассказать утром ребятам — намеками, как-то в обход ситуации, — что их ночной дуэт пользуется огромным спросом у телезрителей, которые просто засыпали сообщениями, моргающими на экране, но потом подумал, что придется потерпеть, стиснув зубы, и не ломать пацанам кайф. Пусть хоть они, что ли, оторвутся…

Резко поднявшись, Брюс удалился в душевую на третьем этаже и принял холодный душ, что не дало ему возможности заснуть быстро.

Чтобы хоть как-то отвлекаться от постоянного желания залипать «на и в» обретенном любовнике, Вуди, понятия не имея, что они стали центром внимания ночной жизни шоу, целиком и полностью погружался в работу между конкурсами, остальное время ему не мешало ни во время еды, ни во время готовки или уборки делать свои заметки в планшете. Он, получив массу информации в замкнутом сообществе, теперь выстраивал и обрабатывал ее, строя графики, выводя диаграммы, обобщая те или иные данные, и очень продвинулся в деле написания статьи, видя потенциал для написания серьезной работы — теперь ее следовало тщательно отработать, взвесить и обдумать. Индиана ему всячески помогал и даже не отказался заполнить анкету, в которой было тридцать страниц, и ответил на все, даже дебильные вопросы, слушая ответы на которые Вуди почему-то краснел.

Инди не хотел оставлять в их отношениях никаких, даже малейших черных дыр непонимания, поэтому был откровенен. То, что у них наклевывается что-то посильнее интрижки, Вуди стало понятно после того мудацкого свидания. А дальше Индиана вообще показывал себя только с хорошей стороны, и Вуди влюблялся не по дням, а по часам, как в сказке. Хотя кому, как не ему, знатоку внутренних процессов, знать, что сказок не бывает. Наконец-то он мог быть собой, а не подстраиваться под кого-то, и это настолько расслабляло его, что он даже спросил у Инди:

— Ты на кого ставишь? Как думаешь, кто натурал?

И когда его альфа, массируя голову, лежащую у него на коленях, раздумчиво произнес:

— Говард. Точно Говард — он очень убедительно играет голубого! — Вуди закивал головой.

— Да, я тоже думаю, что он. Брюс — милашка, но у него явно проблемы в жизни — весь проект ходит смурной и печальный. Скорее всего, он расстался с кем-то в процессе шоу, и у него нет возможности лично решить эту проблему.

— Да-да! — Руки Индианы перебрались на плечи, мягко массируя напряженные мышцы — после секса в закутке садового домика, где они испробовали новую позу, Вуди был все еще напряжен физически, хотя морально расслабился. — Брюс очень милый молодой человек, а Говард, пожалуй, слишком позиционирует себя голубым, чтобы это была правда. Странная они парочка…

Брюс долго решался на это и в конце концов решился — альфа же он, должен же активничать. Хоть и с голубым теперь отливом, но все равно альфа, и решение это зрело долго. Всю ночь точно. А утром, сдавшись своим желаниям и ощущениям, вытащив из бельевого ящика чистое полотенце, Брюс отправился в душ, где уже шумела вода — в самой последней кабинке, отвернувшись к стене, стоял Говард. Брюс еще раз внутренне удивился — как можно хотеть это мускулистое, здоровенное тело, поросшее на руках и ногах темными медвежьими волосками, такое большое, совершенно не похожее на омежье. Но тем не менее он хотел его трогать, и чтоб эти здоровенные руки трогали его, и чтобы снова его гладили везде широкие жесткие ладони, и все это не только из-за спермотоксикоза. Если бы сейчас в соседней кабинке внезапно очутился омега, Брюс бы все равно шагнул к Говарду, под горячую плотную завесу воды, и скользнул руками по груди в пене.

— Пришел! — произнес Говард, вжимая его всем телом в стенку из матового стекла.

Брюс не ответил, дрожа от ощущения больших рук на себе, нащупывая его член и стараясь не думать о том, что размерчик тут великоват даже для омег, которые природой были рассчитаны на подобное.

— Да? — Говард, покрывая лихорадочными быстрыми поцелуями его шею, сжал в пальцах ягодицы, оттянул их, и между ними щекотно и возбуждающе стекла струйка воды. — Это значит да? Что ты тоже хочешь?

Брюс не ответил — точнее, ответил, но не словами. Прижался всем телом к его большому, сильному и скользкому от геля, поймал пресные от воды губы своими и прилип задницей к рукам Говарда, который вдруг оказался внутри этой задницы. Пока пальцами, но и этого оказалось достаточно, чтобы член окреп, а в груди что-то заклокотало от нетерпения. Конечно, хорошо было делать это в комфорте и со смазкой, но в комфорте и со смазкой Брюс бы не решился — только так, только спонтанно и, казалось, что не по правде. Когда член почувствовался не только руками, но и растянутым к этому моменту анусом, Брюс, стиснув зубы, надевался на него по своей воле и желанию, не обращая внимания на боль. Сдерживаемое долго возбуждение, отпущенное на волю, смазывало и ее, и ощущение реальности, и всякие мысли. Говард прижимал его к стеклу, и было только опасение, что оно треснет. Но и оно исчезло, когда к движениям бедрами добавилось движение руки по члену.

— Да-а-а! — прохрипел Брюс, и колени подогнулись. — Ну же!

Говард ускорился, понимая, о чем его просят, и Брюс закинул руки за голову, привлекая к себе как можно ближе. Когда они оба кончили и Брюс осторожно привалился к стенке плечом, ожидая, пока они смогут разъединиться безболезненно, Говард коснулся носом его шеи. Вода стекла между их телами, расслабляя напряженные мышцы.

— Я не знаю, что сказать, — произнес Брюс медленно.

— Не говори, — хмыкнул в затылок Говард, и по спине побежали мурашки. — Мне хватило и того, что ты сделал.

— Я натурал. Думал, что натурал…

— Я догадался.

Брюс бы развернулся, если бы Говард все еще не был в нем, — его как подкинуло:

— Догадался?

— Сегодня ночью. Сложил все факты, и оказалось, что складывать нужно было всего-то два плюс два, потому что все лежало на поверхности. Но я никому не расскажу, потому что не хочу, чтобы то, что между нами, закончилось.

Брюс мог сказать, что между ними сейчас только его хуй, но не стал, слишком уж хорошо ему сейчас было. За последние полчаса он ни разу не вспомнил Лоиса и то, как тот кинул его так по-скотски, ни разу потом не напомнив о себе, наверняка решив обезопасить свое дальнейшее существование при любом раскладе: если Брюс выиграет — охренительно, если нет — есть другой альфа, который позвал его замуж. Наверняка, судя по рассказам, обеспеченный. Только вот какой-либо обиды уже не ощущалось, когда спину грело чужое тепло. Правда, главный приз ему все равно теперь не светил, потому что и сам секс, и разговор явно же ушел в прямой эфир.

Выходя из душа Брюс заметил, что камера не мигает красным и переглянулся с Говардом.

— Похоже, мистер Бошен пока не готов закончить шоу, — хмыкнул тот. — Камеры не записали. А жаль, я бы посмотрел на это со стороны.

С Говардом они потом разошлись, будто ничего не было, но под вечер, не сговариваясь, встретились в саду у купальни с птицами: Говард ходил проверять, не появилось ли свежих нор, продолжая дело Харви, как обещал, а Брюс решил проветрить мозги. Сзади еще все побаливало, но когда Говард прижал его к дереву, забылось обо всем.

— Какой ты сладкий, когда оттраханный, — произнес Говард, прикусывая его нижнюю губу и шаря руками по спине. — Невозможно просто смотреть.

Брюс ухмыльнулся, полез ладонями ему под футболку и краем глаза заметил мелькнувшие среди стволов розовые шортики Джесси. Тот бесшумно уходил, оставив рядом с купальней раскрошенный батон, но Брюс не сомневался, что о том, что он видел, спустя пятнадцать минут будут знать все. Потому что ведущий, полирующий щекой каждую ночь пузо плюшевого крота, больше всего хотел полировать ночами нечто поинтереснее, а для этого нужно было сперва закончить с шоу, отработав контракт.

— Дорогие друзья. Вы, наверное, уже поняли, что это наш последний общий сбор, — прозвучало с экрана, и Джесси от нетерпения завозился в кресле.

— У нас же еще несколько недель согласно контракту, — произнес Вуди, переглядываясь с Индианой.

— Согласно контракту, организаторы могут увеличить или уменьшить срок пребывания на проекте, не предупреждая заранее. Вы же читали то, что было написано мелким шрифтом на пятьдесят первой странице? — сказал мистер Бошен, и завозилась уже все. — Нет смысла продлевать шоу, если зрители уверены, что Вуди и Индиана состоялись как пара партнеров. Зрители, хочу вам сообщить, просили повторить ваш ночной эфир на бис.

— Очень го’ячо, — поддакнул Джесси. — Подтвейждаю.

— Вчера на официальном сайте проекта прошло голосование — зрители уже выбрали того, кого они считают натуралом. Теперь настал ваш черед. Если сейчас вы не угадаете, кто все это время прикидывался натуралом, то он получит обещанный приз. Если угадаете — приз будет разделен на четверых. Я хочу, чтобы каждый из вас ушел отсюда счастливым. Итак, Вуди?

— Не анонимно разве?.. Ладно. Я думаю, что это Говард, — произнес тот задумчиво. — У него явно не было никакого травмирующего опыта, абьюзивных отношений, он не зажимается и открыт для внешнего мира. Он слишком жизнерадостен и уверен в себе, чтобы быть геем.