Чтение онлайн

От взгляда, брошенного в мою сторону, захотелось отправиться обратно в ров. Подумаешь, глупости спрашиваю. Я насупилась, надувая губки и делая самые жалобные глазки, вдруг хоть так дрогнет сердце, этого неприступного мачо. И оно дрогнуло. Кирилл вздохнул, закатил глаза и пояснил, что ни каких волшебных палочек тут нет. Я расстроено повесила голову.

– Зачем махать какими-то палками, если магия живет в нас? Хватает и рук, – пожал он плечами, – а вот метлы есть.

Я просияла и даже захлопала от радости. Я буду летать на метле!

Вот так, нагруженный багажом голубоглазый блондин, бегущий чуть впереди, серьезный темноволосый парень, медленно вышагивающий рядом со мной, девочкой с ясными, широко распахнутыми восторгом глазами и ртом, мы и предстали перед ректором, выходящим из академии. Нет, вряд ли я достойна такой чести, как встречать меня ректору.

 Женщина лет сорока, высокая, статная с гордо поднятым подбородком и синими, казалось видящими насквозь глазами, выходила из стен замка по своим собственным делам. Возможно, отправиться в одно из времен или просто прогулять по саду, а может быть, она направлялась в город, разноцветные крыши которого я видела чуть вдалеке. До нас ей не было ни какого дела и она прошла бы, даже не повернув голову на пребывающих с каникул студентов. Но Тимофей идущий чуть впереди, кивнул женщине:

– Добрый день, Ядвига Анатольевна.

Тут у меня, начитавшейся о русском фольклоре за время моего ожидания, сработал режим всезнайки. Такой позор я не испытывала еще ни когда в жизни, но замолчать уже просто была не в состоянии.

– Вы баба Яга? – Вылупившись на ректора, на повышенных тонах завопила я так, что это разнеслось по всей округе, – А почему вы не старая? Я читала, что вы сморщенная, старенькая, живете в лесу, в ступе еще летаете и…

Договорить она мне не дала, перебив мой словесный поток:

– И детей я не ем, студентка, – от голоса ректора я захлопнулась, впав в ступор. Ужас какой, и взаправду Яга. Низкий, ровный, невероятно спокойный, но тем не менее показывающий свое превосходство, – О истории образования русского фольклора вам расскажут на лекциях. Идите, заселяйтесь, студентка.

 Я от этого "идите" припустила так, что за секунду обогнала нервно переступающего с ноги на ногу Тима и остановилось только когда перестала ощущать на себе взгляд женщины, скрывшись за стенами замка. Кошмар, надеюсь ректор, это самое страшное, что есть в этой академии.

Заселение в студенческое общежитие, это отдельная история. Почему? Да потому что я, в очередной раз, могла только хлопать глазами, да беззвучно открывать и закрывать рот.

– Она у вас что, немая? – скептично заметила завхоз, записывая что-то в огромную амбарную книгу, лежащую перед ее носом. А я просто не могла оторвать глаз от этого существа, больше схожего с гоблином, чем человеком. – как учиться то будет?

– Не немая, обычная, – пнул меня в бок Тим, я ойкнула от неожиданности и энергично закивала в знак согласия.

 Растрёпанная голова женщины оторвалась от писанины и осмотрев меня ещё раз, ещё что-то пробормотала. Когтистая ручка гобленши подцепила один из висевших у стола ключей:

– Держи, соседка твоя уже заселилась, так что скучно не будет, – улыбнулась, если эту гримасу можно назвать улыбкой, женщина.

– Спасибо, госпожа… – ой, а зовут то ее как? Вопросительно посмотрела на ожидающих меня парней.

– Госпожа Киселева, – сама пояснила женщина, поняв мое затруднение, – если будет что-то нужно обращайся.

– Спасибо, госпожа Киселева, – лучезарно улыбнулась я завхозу, подхватила любезно протянутый мне ключ и кинулась к выходу, подхватив своих провожатых под локотки.

 Стоило двери за спиной захлопнуться, выдохнула. Оказывается все время в кабинете я стояла затаив дыхание. Надежда, что самой страшной будет ректор, канула в лету.

– И тут все такие? – спросила я у спокойно стоящих рядом парей, судя по их лицам, откровенно надо мной посмеивающихся.

– Какие? – уточнил Тим.

– Как эта, гоблинша, – передернула я плечами, по которым до сих пор ползли мурашки.

– Она не гоблинша, в наших краях эта раса не живет, – как всегда надменным тоном, пояснил Кирилл, – Госпожа Антонина Киселева является шишигой1.

– Это кикимора что ли? – вспоминала я что успела прочитать об этом существе, сморщив лобик. Мальчики, правда, это сравнение не очень оценили, зашикав и оглядываясь.

– Осторожнее со сравнениями, от кикимор можно и в глаз получить, обидчивые они, – прошипел мне в ухо Тим.

– Кстати, вот и одна из них, – заметил Кирилл выходящую из-за поворота молоденькую девушку, с кожей нежно зеленого оттенка. Она плыла по коридору, легонько покачивая бедрами, окутанная копной изумрудного цвета волос. На ее месте, я бы тоже обиделась за сравнение с уродливым завхозом.

 Сойдясь с девушкой посередине коридора, мы синхронно повернули к двери комнаты, на которой значились три золотые цифры "313". Моя комната и судя по всему кикимора, это моя соседка. Девушка такому соседству не очень обрадовалась, сморщив носик:

– Фи, человечка, – бросила она мне и покосилась на парней, – это женское общежитие, проваливайте.

Какая грубиянка, это ж надо! Кикимора болотная, одним словом. Мальчики, правда, расстроились не сильно, видимо и правда им сюда вход был закрыт, поэтому распрощавшись со мной, они бросили в коридоре мои баулы и удалились восвояси, оставив меня с девицей наедине.

 Комната, в которую нас заселили, была не большая. Две кровати, две тумбы, большой шкаф, разделенный на две половины перегородкой, занимал собой стену у входной двери и большой письменный стол, делящий собой комнату на две половины. На улицу выходило большое окно, открывающее шикарный вид на лес, расстилающийся от стен замка, до самого горизонта.

Зеленоволосая стервочка, по какому-то недоразумению назвавшаяся моей соседкой, кинула свои вещи, на стоящую у дальней стены кровати, плюхнулась туда же и в очередной раз, сморщив свой носик, объявила:

– Можешь занять вторую кровать, – ну, спасибо что разрешила. Пять минут живем вместе, а уже хочется придушить соседку. Спорить или возмущаться я не стала, так же молча оттащив свои баулы к кровати и принявшись разбирать их.

 На третьей сумке в животе предательски заурчало. Интересно, во сколько тут обед, или уже ужин и самое главное, куда идти. Парни то бросили меня, так и не объяснив, а соседку спрашивать как-то не очень хотелось. Но девица, заслышав вой моего брюха, видимо решила, что тоже оголодала и кинув свои вещи начала собираться.