Чтение онлайн

Игорь рассмеялся, словно только и ждал этого. Вспыхнув, как факел, он заискрил огненными плетями по всей библиотеке. Одна из искр попала на Марка, и он поспешно ретировался, прячась за массивный деревянный стол.

Капец! У нас тут вся королевская рать вот-вот в дверь постучит, а они тестостерон гоняют! Идиоты!

Бурый медведь взревел от боли при соприкосновении с плетью, и встал на задние лапы, заполняя всё пространство библиотекой своим телом.

Запах подпаленой шерсти ударил мне в нос, возрождая в памяти события, забравшие жизнь моего друга.

Желудок скрутило, и вдоль позвоночника пробежала знакомая дрожь. Вспышка зелёного света преобразила моё тело в новое могучее чёрное и лоснящееся. В зелёном спектре я видела каждую деталь в библиотеке чётче и ярче, чем когда-либо ранее.

В наступившей тишине только огненные плети Игоря шипели, раздражая мой острый слух. По горлу поднялось хриплое рычание, и волна звука накрыла библиотеку. Огненные плети исчезли, и Игорь погас, как спичка, опущенная в воду.

Костя обратился на лету, с силой ударившись об стену, где стоял стеллаж с книгами. Игорю повезло больше. Его отбросило на диван, который смягчил падение, перевернувшись вместе с ним. Бедолагу Марка, так не кстати попавшего под раздачу, накрыло треснувшим пополам столом.

— Придурки! — зарычала я. — Оба!

Покинув библиотеку, я едва осознавала, что произошло. Вознесение близилось к своему завершению, и сила становилась доступна мне в неограниченом количестве во всех моих формах. Я могла лишь гадать, сколько ещё у меня оставалось времени до полной магической трансформации, которую так ждал Витольд.

Как ушёл Костя и Марк я не слышала. Закрывшись в спальне, я вышла только когда антикварные часы на прикроватной тумбочке пробили полночь.

Где был Игорь, я понятия не имела. Может, всё ещё разбирал погром в библиотеке, а может, спал в одной из гостевых комнат. Мне было всё равно, я ещё слишком злилась и на него, и на Костю и вообще на всё и всех.

Закурив, я села на ступеньки дома. Лоза на беседке, посаженная близняшками, сильно разрослась. Не знаю, может, её следовало подрезать весной.

— Сердишься? — Игорь присел рядом, откатывая рукава рубашки. Всё-таки наводил порядок в своей библиотеке.

— А ты как думашь?

— Думаю, что мне следует как минимум неделю приносить тебе завтрак в постель, стирать и гладить твою одежду и заправлять твой мотоцикл, — пристыжено улыбаясь, ответил он.

— А разве ты и так этого не делаешь?! — фыркнула я.

— Извини меня, пожалуйста…

— Ты вообще поимаешь, что говорил обо мне, как о какой-нибудь вещи?! — перебила я. — Вы оба говорили! Это просто возмутительно!

— А то, что ты няньчишься с бывшим парнем не возмутительно? — предпринял он попытку переключить моё внимание на Костю.

— Ты тему не меняй! — отрезала я, и Игорь разочаровано засопел. — Тебе это не поможет!

— А что поможет? — начал поясничать он. Я встала и потушила остаток сигареты в пепельнице, стоявшей на перилах.

— Время, Игорь, — ответила я, глядя на него сверху. — Время, которое на исходе.

Глава 14. Время на исходе.

Звуки шагов тяжёлых сапог эхом отскакивали от стен зала. Роман шёл впереди меня. После всего того, через что мы прошли вместе с ним и его ребятами, он не стал ни завязывать мне глаза, ни связывать руки.

Чувства и доверие, зародившееся между нами, обнадёживало его и совершенно беспочвенно позволяло ему думать, что моя дальнейшая участь будет решена с учётом смягчающих обстоятельств, ведь я спасла ему и его друзьям жизнь.

Глупец! Моя участь была предрешена задолго до его прихода в монастырь. Я видела это по глазам того животного, к которому меня вели.

Человек, имя которого было Лев, с моложавым лицом и чёрными с проседью волосами был главным среди белолилейников. Именно по его приказу десятки детей остались бездомными сиротами лишь потому, что владели искусством магии. Именно его улыбающийся уста приказали сжечь мой дом дотла и убить моих родителей и младшего брата.

— Прекрасно! — восхитился он, обращаясь к Роману и его людям. — Ваша служба будет вознаграждена по достоинству!

— Что с ней будет, господин? — хрипло спросил он. Лев оценивающе посмотрел на него.

— Тебя это волнует? — с интересом спросил он.

— Она спасла нам жизнь!

— Полагаю, поэтому она не связана?

— Господин, она… Она другая! Не такая, как все! — уверенно и с надеждой заявил Роман. Лев перевёл холодный взгляд пустых серых глаз на меня и улыбнулся.

— Я знаю! — ответил он. Сложив руки за спину, он подошёл ко мне. — Я знаю, что она особенная!

Это был мой шанс! Всё, что я так долго в себе держала, хранила и наращивала, холила и лелеяла как раз для этого момента, закипело и забурлило во мне с невиданной, необузданной силой.

Время пришло, и зелёная вспышка света накрыла весь зал. С диким рёвом, отшвыривающим всех белолилейников прочь, я обратилась. Моё тело было больше и сильнее, чем ранее, и сила била через край.

Я бросилась на него, но ошейник, появившийся, словно из воздуха, щёлкнул у меня на шеи. Толстые цепи от него натянулись, и я взревела ещё сильнее. Высокий потолок задрожал вместе со стенами. Казалось, сооружение вот-вот посыпется. Но, чем сильнее я билась и рвалась, тем глубже врезались в шею тонкие, но смертельно острые лезвия, выходящие из ошейника.

Лев хохотал, как сумасшедший, наслаждаясь зрелищем. Потолок сыпался прямо на него, но ни один из огромных кусков не касался его, пролетая мимо, словно его защищал невидимый, но очень прочный щит.

Я металась из стороны в сторону, забрызгивая зал кровью, пока совсем не выбилась из сил. Последним, что я увидела, падая на пол, был испуганный взгляд тёплых карих глаз.

***

— Я так устала, Макс! — я сидела на земле, покручивая в руках крошечный игрушечный мотоцикл.

Конечно, это было глупо разговаривать с могилой, хранившей остатки смертного тела, в то время как душа человека была совсем в другом месте, но, как я слышала, люди так делали, когда скорбили.

— Устала скучать за тобой, — продолжала я, — жить с мыслью, что я могла спасти тебя. Устала сражаться, бояться, оглядываться через плечо, вспоминать… Знаю, если бы ты мог мне сейчас что-нибудь сказать, то сказал бы что-то вроде "Что нас не убило — ещё об этом пожалеет!". — Я улыбнулась. — Но это так сложно! Вообще всё сложно, Макс! — Я вытерла слёзы. — Мне так тебя не хватает!

Я опять глупо улыбнулась. Так много существовало разных слов, способных описать чувства и передать мысли, что я терялась в них, испытывая так много всего и сразу.