Чтение онлайн

– У нас больше нет чести… нет чести, – шептала Олеся. Никто не окликал вожака и не звал на помощь. Брошенные дети крамолы сполна вкусили горечь отцовских грехов.

Сквозь шум дыхания Олеся услышала металлический звон. Она с трудом оторвала от земли набрякшую голову, через клочья серого дыма на неё шли закованные в броню великаны со спаренными пулемётами. Каждый из них – гораздо выше любого охотника Нави, или это только казалось из-за доспехов с щетиной гранёных гвоздей?

– Чужеяды… – шёпотом обронила Олеся, не в силах отвести взгляд от гигантов. Один направился к ней. Тяжесть шагов приминала окровавленную траву, спаренные пулемёты он закинул на плечо, будто пику. Тёмная прорезь шлема безмолвно уставилась на Олесю. Испугавшись, она начала отползать от него, загребая связанными ногами. Великан вытащил из-под наруча нож, величиной с целое предплечье Олеси. Она жадно глотала воздух, старалась скрыться, но великан настиг её всего за пару шагов, пинком перевернул и поставил на плечо тяжёлую ногу.

– Одна в живе, – пробасил он и расстегнул ремни шлема под подбородком. По чёрному мазутному ветру рассыпались его длинные седые волосы. Затянутые белёсой катарактой глаза огляделись. Великан глубоко вдохнул, словно пробуя смрад над побоищем.

– Значит, тако твоё Единение, Бела Шкура?

Он нагнулся, грубо перевернул её на живот и рассёк путы. Олеся немедля вскочила, но зрение затуманилось-замутилось, земля покачнулась, и она едва сподобилась устоять на ногах. Слепой великан отвернулся, он смотрел невидящими глазами в ту сторону, куда убежали христианские Волкодавы. Всего двадцать железных гигантов отбросили от норы самых лучших Монастырских бойцов. Со стороны северной чащи подходили всё новые и новые бронированные исполины. Олеся с опаской, но поскорее их обошла, торопясь добраться до логова и вывести мать на поверхность.

Внезапно земля задышала и вспучилась. Полыхнул раскалённый газ и из каждой отдушины вырвался столб голубого пламени. С неба посыпались горячие комья земли. Олеся упала, гигантов качнуло от силы подземного взрыва. Логово выдохнуло и медленно осело внутрь себя. Вместо норы осталась лишь бугристая дымящаяся впадина с обваленными краями.

Олеся бросилась к тому месту, где ещё недавно чернел вход в нору, упала на колени и голыми руками начала разгребать горячую землю.

– Мати, нет! Мати! Не помирай!

Её горло перехватило от едкой вони, Олеся закашлялась и зажала себе рот ладонью. Тысячи тонн тяжёлой породы раздавили межени, сокрушили опоры и засыпали галереи с тайными закаморами.

– Не умирай, мамочка! – заорала Олеся по-человечьему, скребя землю руками. Взорванная нора погребла всё, зачем Олеся ещё только жила.

Великаны оттащили её, когда она почти лишилась сознания от ядовитого смога. Она не видела солнца: солнце скрылось за дымом подожжённого леса. Она не слышала голосов своей стаи: Волчата мертвы – убиты монастырскими Волкодавами. Она больше не обнимет ни мать, ни сестру: они сгинули от человеческих рук страшной смертью. В день начала войны, в день предательства и безжалостного чёрного ветра Олеся осталась одна.

*************

Грохот взрыва настиг Волкодавов почти у самой окраины леса. Огнемёты оставили ратникам окна для отступления, но ветер подстёгивал пожар с юга на север, прямиком к родовому гнезду. Смог и пепел так густо кружились в воздухе, что Волкодавы скоро запутались и заплутали. Протяжное завывание сирен с башен Монастыря указало им направление. Дымовая завеса повернулась против людей, но они отходили с освобождёнными пленницами, доверяя чутью Настоятеля. В лесной полутьме Сергей видел лучше и дальше любого из христиан.

Разведчики доложили Сергею о великанах в прошлом бою. Но даже если бы само тёмное воинство из преисподней поднялось вслед за ними, Волкодавы и так бежали, не останавливаясь, в бронежилетах, с оружием, волоча за собой ещё и обессиленных женщин. Чернушки не успевали за подготовленными бойцами, спотыкались и падали, отряд замедлялся и становился лёгкой добычей. Вот один из Волкодав запнулся на корнистой земле и тоже упал. Сотник немедленно выругался.

– Ты что, Ирод, погибели нашей хочешь!

– Не останавливаться! – крикнул Сергей и повёл дальше. Чернушек подхватили на руки, на плечи и на закорки, и побежали опять. Вой сирен нарастал, треск пожарища слышался ближе. Из дыма в небо торчали копья огня – это древние сосны горели в мазутной отраве. Ветер рвал по вершинам, разносил огненный вихрь, осыпал бегущих жаркими искрами и закручивал серые вихри пепла.

Дымный смог начал краснеть, к мазутной вони примешался запах гнили и протухшей воды. Сергея кольнуло дурное предчувствие, и он остановился. Кажется, ещё пару шагов и напорешься грудью на брошенное из зарослей папоротника копьё. Ощущение близкой угрозы никогда не обманывало, Звериный Дух чуял опасность, даже если человеческий глаз её проглядел.

– Почему встали? – спросил догнавший сотник. – На месте торчать будем, пожар путь нам отрежет!

– Что-то не то здесь. Не дойти нам до машин – не дадут.

– Кто не даст?

Тотчас Волкодав перед ними беззвучно упал. Выстрела не было, но боец лежал мёртвый. Остальные пригнулись в высоком папоротнике и прижали чернушек к земле. Вот ещё один ратник ни с того ни с сего завалился на бок. Сергей увидел, как у него из затылка торчит маленький дротик. Под светом горящего дерева пробежала расписанная красными узорами белокожая тварь.

– Окружили! – открыл огонь сотник. Волкодавы поддержали его, но ни в кого не попали. В ответ из чащи со свистом понёсся рой белых дротиков. Один укол отравленного наконечника валил бойцов замертво. Вот уже пятеро ратников лежали в раскидистом папоротнике, но ни одного из нападавших никто до сих пор толком не видел. Лишь Сергей чуял их.

– Бегите! – крикнул он и начал палить из Смаги в заволоченные дымом заросли. – Бегите к машинам, не останавливайтесь!

Волкодавы подхватили чернушек, свою подопечную Сергей отдал сотнику. В ответ раздались разрозненные хлопки винтовок. Белые стреляли метко, несколько бойцов завалились, не пробежав и сотни шагов.

– Уходите! – Сергей чувствовал, что перекрыть им дорогу у белокожих не хватит сил. Огнём Смаги он не давал им приблизиться к убегающему отряду. Чуть только рядом появлялась расписанная красным фигура, он валил её одним выстрелом и тут же переводил огонь на других. Враги в дыму хотели подкрасться для рукопашной. Снайперская работа и дротики – лишь попытка ослабить отряд и задержать. Но вдруг ноги завязли в грязи, под сапогами Сергея зачавкало. Откуда болото? Он отвлёкся и поглядел вниз на кипучую кровавую жижу. Дух забил металлический запах, едкий и смрадный. Смог загустел, так что дальше ствола карабина не видно. Сергей отстал от отряда и очутился неизвестно где и один.

Вблизи что-то зачавкало. Сергей повернулся и выстрелил на удачу, но в ответ из кровавого смога по ведьмовски засмеялись.

– Азмь здесмь... – окликнул голос по левую руку. Сергей выстрелил вновь, но только рассёк свинцом воздух.

– Нет! Азмь здёсмь! – рассмеялась играючи бестия. Она отбила его, отделила от стаи, и теперь сужала круги.

– Здесмь, здесмь, здесмь!.. – тараторила нечисть, всякий раз с другой стороны. Сергей оборачивался на звук её голоса, но всякий раз стрелял мимо. Его противница отлично умела охотиться на людей.