Чтение онлайн

— Что именно?

Дыхание Риса коснулось моего уха, нежная ласка, точная копия той, что он подарил мне менее часа назад в небе.

— Что каждый мужчина здесь раздумывает, что готов отдать, чтобы почувствовать на своем теле твой прелестный красный ротик.

Я ожидала, что сейчас мои щёки вспыхнут, и меня захлестнёт смущение.

Но я была красивой. И сильной.

Я выжила и победила. Как и Мор выжила в этом страшном, ядовитом месте…

Так что я лишь слегка улыбнулась, первая улыбка, тронувшая моё лицо-маску. Позволяя всем рассмотреть свой прелестный красный ротик и белые ровные зубы.

Его рука скользнула выше по моему бедру — собственнический жест мужчины, знающего, что он является хозяином чьего-то тела и души. Рис заранее попросил у меня прощения за это — за эту нашу игру, наши роли, которым мы должны будем следовать.

Однако я позволила себе поддаться этому касанию, прижаться к его сильному, тёплому телу. Я была так близко к нему, что почувствовала телом, как глубоко пророкотал его голос, когда он наконец бросил подданным:

— Поднимитесь.

Все встали, как один. Я ухмыльнулась некоторым из них, восхитительно скучающая и бесконечно забавляющаяся.

Рис провёл костяшками пальцев по внутренней стороне моего колена, и каждый нерв моего тела напрягся, а весь мир сузился лишь до этого касания.

— Развлекайтесь, — проронил он присутствующим.

Все подчинились и рассеялись по залу, а в дальнем углу зазвучала музыка.

— Кейр, — позвал Рис, и его голос разрезал зал будто молния тёмную ночь.

Одно это слово, и отец Мор поспешил к подножию трона. Кейр снова преклонил колено, хотя его лицо выражало холодную неприязнь, когда он посмотрел на Риса, и затем на меня… и бросил быстрый взгляд на Мор и обоих иллирийцев. Кассиан медленно кивнул ему, давая знать, что помнит… и никогда не забудет, что сделал со своей собственной дочерью наместник Вытесанного Города.

* * *

Но это был Азриэль, перед кем Кейр съежился в страхе. При виде Говорящего Правду.

Однажды, я вдруг осознала это, Азриэль использует этот клинок на отце Мор. И будет разделывать того на кусочки очень, очень медленно.

— Отчитайся, — приказал Рис, продолжая проводить костяшками пальцев по моим ребрам. Кивком головы он отпустил Кассиана, Мор и Азриэля, и троица затерялась в толпе. За одно мгновение Азриэль растворился в тенях и исчез. Кейр даже не оглянулся.

Рядом с Рисом Кейр выглядел угрюмым мальчишкой. Но я знала, что отец Мор был гораздо, гораздо старше. Уже далеко не юноша. И судя по всему, наместник льнул к власти…

А Рис был воплощением власти.

— Добро пожаловать, милорд, — промолвил Кейр глубоким мягким голосом. — Рады приветствовать и вашу… гостью.

Рука Риса замерла на моем бедре, когда он повернул голову, чтобы посмотреть на меня.

— Она просто прелесть, не правда ли?

— В самом деле, — согласился Кейр, опуская глаза. — У нас не много новостей, милорд. Всё спокойно со времени Вашего последнего визита.

— И что, даже наказывать некого? — кот, играющий с едой.

— Нет. Разве что вы желаете, чтобы я выбрал кого-нибудь из присутствующих, милорд.

Рис прищелкнул языком.

— Какая жалость, — затем он вновь посмотрел на меня, склонился и прикусил зубами мне мочку уха.

И провалиться мне в ад, но я еще сильнее прильнула спиной к нему, ощущая, как он сомкнул зубы в тот же момент, когда его большой палец, поднимающийся по моему бедру, провел по нежной, чувствительной коже долгим, роскошным касанием. Мое тело ослабло, и одновременно напряглось, а мое дыхание… Котёл побери меня еще раз! Запах Рисанда, цитрус и море, мощь, исходящая от него… мое дыхание сбилось…

Я знала, что он заметил, ощутил эту перемену во мне.

Его пальцы замерли на моем бедре.

Кейр принялся говорить о незнакомых мне придворных, скучных сообщениях о браках и союзах, кровавых распрях. Рис позволил ему говорить.

Его большой палец вновь коснулся меня… в этот раз вместе с указательным.

Приглушенное рычание наполняло мои уши, и в этом звуке тонуло всё, кроме этого скользящего прикосновения к внутренней стороне моего бедра. Музыка в зале была пульсирующей, древней, дикой, и люди прижимались друг к другу, танцуя под нее.

Не спуская глаз с наместника, Рис неопределённо кивал ему время от времени. В то время как его пальцы продолжали ласкать мои бёдра, медленно, уверенно, постепенно поднимаясь всё выше.

Все смотрели на нас. Они ели и пили, некоторые танцевали по кругу, но все они не отрывали от нас глаз. Я сидела на его коленях, его личная игрушка, и каждое его движение, каждая ласка была видна всем… и всё же я чувствовала, будто мы здесь одни.

Кейр показал счета и затраты на управление двором, и Рис опять кивнул ему. На этот раз я почувствовала, как его нос задел чувствительную кожу между моей шеей и плечом, и вот ту же лёгкую ласку повторяют его губы.

Моя грудь напряглась, отяжелела, налилась желанием — желанием, которое сейчас разлилось в самом центре моего тела. Жар залил мне лицо, запылал в крови.

И наконец, будто его самоконтроль внезапно сорвался с поводка, Кейр произнёс:

— Я слышал разговоры и не мог поверить, — он уперся в меня взглядом, на мою грудь, проглядывающую сквозь полоски платья, на мои ноги, расставленные чуть шире, чем несколько минут назад, и руку Риса, лежащую на опасной территории моего тела. — Но похоже это правда: у питомца Тамлина теперь новый хозяин.

— Видел бы ты, как я заставляю её умолять, — промурлыкал Рис, и кончиком носа провел по моей шее.

Кейр сложил руки за спиной.

— Полагаю, ты привёл её, чтобы этим сделать какое-то заявление.

— Ты знаешь, что всё что я делаю, это заявление.

— Конечно. Вот это заявление, судя по всему, тебе нравится обряжать в паутину и короны.

Рука Риса замерла, и я выпрямилась из-за брезгливости в тоне Кейра. Голосом вовсе не похожим на мой, я сказала:

— Пожалуй, я решу одеть поводок на тебя.

Одобрение Риса коснулось моего ментального щита, рука на моих ребрах вновь выписывала ленивые круги.

— Она любит поиграть, — мечтательно произнёс он у моего плеча. А затем повернул голову к наместнику: — Принеси ей вина.

Чистый приказ. Ни тени вежливости.

Кейр напрягся, однако пошел выполнять.

Рис не мог выйти из образа, но невесомый поцелуй под моим ушком сказал мне достаточно. Извинение и благодарность… и ещё извинения. Ситуация нравилась ему не больше, чем мне. Однако для достижения нашей цели, чтобы выиграть время для Азриэля… он был готов продолжать. И я тоже.