Чтение онлайн

Архитектурное решение жилых помещений дворца отличается от парадных атмосферой интимного уюта и комфорта.

Судя по Описи зданий и его интерьеров, в нем были две столовые. Одна из них — Верхняя или Парадная, находилась на первом этаже, а другая, Нижняя, располагалась в подвальном помещении, рядом с подсобными комнатами: кухней, ледником и винным погребом. В. И. Александрова в исторической справке о дворце Алексея Александровича высказала предположение о наличии акварельных проектов по Нижней столовой в коллекции проектов Месмахера. На основании Описи имущества теперь уже можно утверждать, что четыре проекта, нигде ранее не публиковавшиеся, можно отнести к архитектурному решению Нижней столовой. Ограниченное пространство с невысокими потолками в подвале дворца с выступами арок и нишами архитектор оформил в виде уютной комнаты с мягкой удобной мебелью в восточном стиле. Как и в других помещениях дворца, низ стены отделан дубовыми филенками. А далее стены обтянуты тисненой кожей, пол выстлан метлахской плиткой. На акварельном проекте Месмахера показан прямоугольный обеденный стол, низкая оттоманка с прямоугольной резной спинкой яркой обивкой, по обеим сторонам которой помещены легкие «восточные» столики с кальянами. Здесь также находились двенадцать резных дубовых стульев, ширма, часы. Нижняя столовая освещалась люстрами из оленьего рога. Удачно обыграны ниши: в центре самых больших помещены резные дубовые полки с парадной посудой, вокруг полок и в малых нишах укреплены многочисленные расписные керамические и подносные серебряные блюда, являющиеся основным декором стен. Известно, что во дворце только серебряных блюд, которые были поднесены великому князю, было тридцать четыре [34, п. 169]. Поражавшие роскошью званые приемы и обеды чаще всего происходили в Парадной столовой. Современники отмечали, что иногда после спуска на воду новых кораблей великий князь Алексей Александрович проводил там заседания своего ведомства в непринужденной обстановке. Великий князь Александр Михайлович вспоминал: "Он (Алексей Александрович) приглашал членов Адмиралтейств-совета к себе во дворец на обед, и после того как наполеоновский коньяк попадал в желудок его гостей, радушный хозяин открывал заседание Адмиралтейств-совета традиционным рассказом о случае из истории русского парусного флота… Его повар был настоящим артистом" [3, с. 115].

Знаменитый в Петербурге погреб Алексеевского дворца насчитывал сотни марок отечественных и иностранных крепких напитков и вин. Помимо уже упоминавшегося коньяка «Наполеон», здесь были такие марки, как «Нарышкина», «Кюба», "Бель Вю", «Монте-Карло», «Клиссон», «Кювилье» и др. Ликеры: «Кюрасо», «Бенедиктин», "Мария Христина"; портвейны "Графа Гурьева", «Марсала»; херес «Депрэ», «Гонзалес», мадера «Кювилье», "Старая Мальвазия"; 40 сортов водки, среди них "Седьмое небо", «Яхт-клуб», «Елисеева», виски, яблочная и прочие. Напитки хранились в бочках, графинах, бутылках и кувшинах [34, л. 71].

Столовое серебро, включавшее в себя более десяти обеденных и десертных сервизов, многочисленные блюда для жаркого и рыбы, суповые миски, подносы, серебряные тарелки, ведерки для шампанского, братины, чайники, сливочники, кофейники, самовары, кружки, фляги, несессеры — всего более 520 наименований занимают несколько страниц. Серебряные вилки, ножи и ложки хранились во дворце ящиками. Одних серебряных солонок в русском стиле более 50 штук [34, лл. 169, 170].

Пять сохранившихся авторских листов Месмахера по Парадной столовой включают в себя профильные и поперечные разрезы, а также изображения камина. Как гласит легенда, хозяин дворца никому не разрешал фотографировать это помещение. По первоначальному проекту снизу стены на треть декорированы дубовыми панелями. Ярусом выше квадратные панели из дуба с небольшими полочками для размещения посуды из драгоценных металлов чередовались с изразцами геометрического рисунка. Средний ярус стены завершался полкой для керамической посуды, которая проходила по всему периметру столовой. Выше над изразцами шел фриз, состоявший из живописных картин, заключенных в дубовые рамы. Учитывая насыщенность интерьера деталями, Месмахер предложил среди сюжетных и декоративных картин лишь одно многофигурное изображение охоты. Оно дополнялось четырьмя небольшими натюрмортами со стаффажем, а также небольшими панно с фигурками амуров среди гирлянд. Здесь также большое внимание уделяется дверям, которые украшены дубовыми наличниками и деревянным картушем с монограммой «АА». Знакомство с фотографиями 1900 года и современным состоянием дворца показывает, что замысел архитектора был изменен. Вместо предложенной темы сюжетов Парадная столовая была украшена серией из десяти картин в духе голландских жанристов XVII века, исполненной Э. К. Липгартом.

Эрнест Карлович Липгарт был сыном богача-помещика и знаменитого коллекционера, барона Карла фон Липгарта, славившегося своей эрудицией. Художник был лишен покровительства отца, так как женился в Париже на натурщице против родительской воли.

А. Н. Бенуа вспоминал, что "баронская воспитанность проявлялась в его чрезвычайной готовности быть всем и каждому полезным, а также в том умении, с которым он «поддерживал конверсацию» на любую культурную тему. О живописи великих мастеров он говорил с неподдельным трепетом, отдавая предпочтение итальянцам — как «флорентийским кватрочентистам», так и художникам XVIII в. с Тьеполо — «его богом» во главе" [6, т. I–III, с. 581]. По приезде из Парижа в 1857 году он был очень популярен и завален заказами светских портретов. Не случайно он был представлен великому князю Алексею Александровичу и сразу получил заказ по созданию панно для вновь строящегося дворца, так как помимо портретов, Липгарт писал плафоны и стенные панно. Художник создал их в 1887 году сразу же после приезда из Парижа.

Представляется, что многофигурные стенные панно Липгарта значительно ухудшили и исказили замысел Месмахера. Центральную часть в интерьере Парадной столовой архитектор уделил многоярусному камину из резного мореного дуба в стиле Ренессанс. Вокруг топки камина удачно расположено майоликовое панно с изображением плодов, гирлянд, масок и декоративных ваз. Изразцы были исполнены в 1884 году В. Андре — супругой архитектора. Изразцы выполнялись в мастерской Центрального рисовального училища барона А. Л. Штиглица. Большая часть их была уже готова к осени 1883 года, о чем свидетельствует запись в дневнике А. А. Половцова, который осматривал их в стенах училища в ноябре этого года. Во втором ярусе камина скомпонованы два резных панно — "Иисус, превращающий воду в вино", и "Исцеление слепого", исполненные в 1883 г. А. Г. Адамсоном (сегодня панно сняты, стоят у стены). Обратимся к анализу предметов прикладного искусства, исполненных для меблировки Парадной столовой. Одним из самых дорогих изделий был парадный трехъярусный буфет из резного дуба. В описи имущества он оценен в 15 тыс. рублей. Как правило, в таких буфетах выставлялись самые ценные предметы прикладного искусства. Здесь же находился круглый раздвижной закусочный обеденный стол, тридцать шесть дубовых стульев, обитых тисненой кожей. Парадная столовая освещалась двумя бронзовыми люстрами в стиле петровского барокко. После обильной трапезы здесь можно было удобно разместиться на диване и банкетках, которые находились недалеко от белого рояля фирмы Беккер. Уютный полумрак создавали торшеры из лазурита с бронзой и многочисленные подсвечники. Сохранились рисунки буфета, сервировочного стола и стульев, в форме декора которых ощущается влияние как Ренессанса, так и барокко петровского времени.

Среди самых интересных помещений жилой части дворца — Кабинет великого князя. Его интерьер в коллекции М. Месмахера представлен шестью проектами, показывающими общий вид, декор стен, арок, дверей и камина. По художественному решению это — один из самых оригинальных и лучше всего сохранившихся интерьеров дворца. Одна его часть через дубовую арку связана с Приемной, тогда как другая через тройную дубовую арку имеет выход к небольшой Библиотеке. Стены Кабинета на треть облицованы профилированными дубовыми панелями. Выше они обтянуты тисненой кожей с золоченым узором. Кессонированный потолок также облицован дубом. Важное место в декоре Кабинета отводилось дверям, украшенным картушами и резными наличниками. Двухъярусный камин из серого песчаника декорирован вензелем владельца.

Фотография 1900 года и сохранившаяся отделка подтверждают, что интерьер Кабинета полностью соответствует замыслу архитектора. В декоративном оформлении этого интерьера Месмахер использует в основном ренессансные мотивы с элементами барокко. В Кабинете великого князя Алексея Александровича была мебель, которая создавалась по проекту Месмахера специально для этого интерьера и потому была решена в едином стиле с отделкой. Помимо письменного стола и кресел, исполненных в манере необарокко, в кабинете были также готические кресла "а ля Генрих II", шкаф «ампир», оттоманка в восточном вкусе, бронзовые люстры в русском стиле, а также японские этажерки, лампы и другие предметы. Кабинет украшали бюсты знаменитой серии фабрики Шопена, изображающие российских князей и монархов, а также терракотовые бюсты императоров Николая I и Александра II, фарфоровые бюсты Екатерины Великой и Александра I. Морская тема нашла свое выражение в ряде предметов прикладного искусства. На столе стояла бронзовая чернильница "тумба с дельфином", и часы «якорь» [34].

Примыкающая к Кабинету небольшая Приемная оформлена в том же стиле и материале. В ней находился бронзовый стол с мозаикой, двенадцать ореховых кресел с шелковой обивкой, напольные часы фабрики Брегет, бронзовые бюсты Екатерины Великой и Вольтера.

Библиотека Алексеевского дворца — небольшое, скромно отделанное помещение, было сплошь заставлено узкими дубовыми шкафами. Сохранились проекты книжных шкафов и дверных проемов. Как и некоторые другие помещения дворца, Библиотека освещалась многоярусной бронзовой люстрой в стиле петровского барокко. В шкафах хранились разнообразные исторические атласы, книги и справочники по морскому делу, часть которых выписывалась из Англии и других стран.

Через небольшое помещение — Шкафную, стены которого были закрыты шкафами из красного полированного дерева, можно было выйти к Ванной комнате с бассейном. В коллекции М. Месмахера Ванная комната представлена пятью проектами, продольными и поперечными разрезами, декором стен и камина, рисунками изразцов и проектами декора перекрытия. Проект был выполнен без изменений. Все пространство этого помещения было поделено на две небольшие зоны. Одна — для мраморной ванны, другая — для небольшого бассейна. Основным декором ванной комнаты является майоликовое панно с полихромными изображениями мифических повелителей морских стихий. Характер росписи панно отдаленно напоминает сюжеты росписей итальянской майолики эпохи Возрождения. Датировка этих панно 1880 и 1894 гг. позволяет сделать выводы о продолжительных сроках этой работы и ее уникальности. Сохранилась подпись художника-керамиста — В. Бабенчиков. Кроме панно стены облицованы голубыми изразцами без рисунка. Вероятно, это было связано с развертыванием деятельности класса майолики в Училище Штиглица, основанного в 1882 году. Пол был выстлан мрамором. Морская тема в отделке ванной была выбрана не случайно. Она была связана не только с утилитарным назначением этого помещения, но и в какой-то мере отражала профессиональные интересы великого князя Алексея Александровича.

Как показывают планы, опубликованные Архитектурной энциклопедией Барановского, в Алексеевской дворце было две спальни: Верхняя или Большая, которая находилась на втором этаже здания, и Нижняя, которая располагалась на первом. Хотя проекты этих помещений не сохранились, по Описи известно, что стены первой были затянуты тканью в дубовых рамах. Верхняя спальня отапливалась камином, отделанным полихромными изразцами с изображениями парусника, сельского пейзажа и птичьего двора. Здесь находились бронзовая кровать, диван, умывальник в "русском вкусе", шкафчик, кресло-качалка, удобное и мягкое кресло, стенные бра в стиле рококо и фонарь.

Нижняя спальня отличалась простотой отделки. Известно лишь, что ее стены были расписаны. Меблировка Нижней спальни состояла из кровати, ночного столика, оттоманки, японской ширмы, зеркала, резного стола с якорем и других предметов.

Во дворце Алексея Александровича, в отличие, например, от дворца его брата, Владимира Александровича, на Дворцовой набережной, русский стиль представлен лишь предметами прикладного искусства, такими, как люстры, посуда, мебель, статуэтки. Великий князь был скорее «западником», чем «славянофилом». Вероятно, его многочисленные путешествия больше ориентировали его на восточную экзотику и западную культуру.