Чтение онлайн

Оба грабителя были одеты в черную одежду, на головах у них балаклавы, а на руках перчатки. На ночь свет почти во всем коридоре отключали, поэтому сама видеозапись очень темная и не позволяла уловить мелкие детали и подробности. Видны лишь силуэты преступников и их основные действия.

Грабители довольно быстро разделались с банкоматом, таймер на видеокамере зафиксировал не более трех минут. Опять же по причине плохого освещения трудно рассмотреть все действия злоумышленников. Один из них постоянно орудовал сидя на коленках перед банкоматом, а второй крутился вокруг него то с одной стороны, то с другой, демонстрируя полицейским свою спину и правый бок.

После содеянного молодчики уложили кассеты с деньгами в приготовленные матерчатые сумки и также незамеченными покинули помещение через окно.

Сейчас банкомат лежал на боку и с треснутым монитором – эксперты, работавшие на месте происшествия, с ним не церемонились.

– Можно осмотреть комнату, где находился охранник во время ограбления? – спросил Марк у Герасимчука.

– Конечно, можно, что за вопрос. Идемте за мной.

Валентин Аркадьевич пошел назад в сторону проходной. За ним проследовали детективы.

Под лестницей, что находилась между проходной и помещением с банкоматом, находился небольшой проход, а там – дверь. За дверью – крохотная каморка: комната для охранников практически всегда выделяется по остаточному принципу. Почти все место в каморке занимала кровать, застеленная несвежим покрывалом. Небольшой столик-тумба, лампа, полуразвалившийся стул и электрочайник – вся нехитрая обстановка комнаты охраны.

Марк вошел внутрь и осмотрелся. Низкий потолок давил сверху. Платов сел на кровать и вытащил из-под нее мужские ботинки.

– Где же охранник, который дежурил сегодня ночью? – спросил частный детектив.

– Его забрали в отдел, – ответил Морозов. – С ним уже работают.

– Надеюсь, он не босой пошел. Это же его обувь? – держа в руках, Марк рассматривал ботинки.

– Они все переобуваются на дежурстве, – усмехнулся Валентин Аркадьевич. – Не переживайте.

– Рост у него примерно метр семьдесят, – забубнил себе под нос Марк, не обращая внимания на окружающих, продолжая с пристальным вниманием изучать оставленную обувь. – Нормального телосложения, но недавно появились проблемы со спиной или с ногой. Правой ногой…

– Вы о ком сейчас? – удивленно спросил Герасимчук. – О Михаиле Петровиче?

– Если Михаил Петрович – это охранник, дежуривший этой ночью, то да, о нем, – ответил Марк.

Герасимчук встрепенулся и откашлялся.

– Да, у него месяц назад защемило позвонок в пояснице, он только успел вернуться к работе. Это его второе дежурство после больничного… Но как? – он прищурившись смотрел на детектива.

Чуть меньше эта ситуация удивила только Косова: он уже слышал о Марке Платове и его заслугах, но до сегодняшнего дня не видел воочию, как он это делает. А Морозов уже привык и, прислонившись к стене, просто ждал объяснения.

– Каблук сточен, – Марк поднял правый ботинок выше головы и мизинцем провел по внешнему краю обуви. – Видите, сточился. Ботинки достаточно старые, сезонов шесть-семь отходили, а набойки свеженькие, поэтому все очень хорошо видно.

– А насчет его габаритов? Угадали, да? – ехидно спросил Валентин Аркадьевич.

– Обычно мужчины носят сороковой размер при росте около метра семидесяти, хотя это достаточно условно. Но вот то, что обувь старая и не растоптана, как калоша, говорит о его стройном телосложении, скорее, даже худощавом, – Марк продолжал крутить ботинок перед своими глазами. – Ваш Михаил Петрович, пенсионер и очень бережливый человек.

– Ну, это и я смог бы отгадать. Кто кроме пенсионеров идет на вахту сидеть.

Марк бросил ботинки на пол, встал с кровати и подошел к Герасимчуку:

– Может и отгадали, но самостоятельно зашивать ботинки вряд бы стали. Там изнутри виден неровный шов, явно следы самодельного ремонта. Такой техники кройки и шитья современная молодежь уже не обучается. Незачем.

На мгновение установилась полная тишина.

– Вы говорите, у него спина заболела? – переспросил еще раз Платов.

– Да, – ответил Герасимчук.

– Отчего, спрашивали? – большая фигура Марка еле умещалась в тесной комнатушке охраны.

– От старости, – пожал плечами Валентин Аркадьевич. – Вы ж сами сказали.

– Что сказал? – удивился Марк.

– Что он старый. Пенсионер, – не понял вопроса заместитель генерального директора по безопасности.

– Ясно, – выдохнул Марк. – Можно пройти? – Платов нагнулся и вышел из комнаты охраны.

– Валентин Аркадьевич, – обратился к Герасимчуку Морозов, – отведите нас, пожалуйста, в отдел кадров. Пусть нам предоставят списки всех ваших работников и личные дела, которые мы попросим.

– Как скажете, – в полном недоумении Герасимчук вышел из-под лестницы в коридор. – Идемте за мной.

Отдел кадров находился на втором этаже. Поднимаясь, сыщики несколько отстали от своего провожатого.

– Безопасность на высоте! – с сарказмом и шепотом произнес Морозов, чтобы его не услышал Герасимчук. – Зато как гордо звучит «Заместитель генерального директора по безопасности»! Наверняка зарплата соответствует названию должности, а не уровню охраны.

– Ага, – одобрительно кивнул Косов.

На лице Марка читалось, что ему не дает покоя какая-то мысль. Шутку, отпущенную Морозовым, он пропустил мимо ушей. Марк старался идти так, будто для него все ясно, но нахмуренные брови и невидящие ничего вокруг глаза указывали, что его что-то гложет.

Герасимчук прошел по коридору второго этажа, в точности повторяющему первый. Дойдя до нужной двери, он молча зашел внутрь, оставив дверь открытой.

– Располагайтесь, – махнул рукой Валентин Аркадьевич, указывая на пустые столы. – Это свободное помещение, здесь всего одна кадровичка Светлана Григорьевна, она вам во всем и поможет, я ее сейчас проинструктирую.

– И еще, Валентин Аркадьевич, можете дать список арендаторов и их контактные телефоны? – фраза Морозова застала Герасимчука в дверях. – Мы с ними сами свяжемся.

– Хорошо, – сухо ответил он и ушел.

4

В отделе полиции шел второй час допроса Михаила Петровича Ползунова – худощавого мужичонки пенсионного возраста. Именно он проспал ограбление банкомата, не услышав, как за стенкой орудовали грабители. Черная униформа с желтой надписью «Охрана» обтягивала сгорбленную спину, а седовласая голова виновато клевала в пол.