Чтение онлайн

– Леской, – сказал Скинк, – а не веревкой. Я рад, что у вас не осталось недобрых чувств.

– Вы не можете осуждать меня за то, что я проявляю любопытство.

– Конечно, могу. Это не ваше собачье дело, кто я такой.

– Дерьмо, – сказала Лэни, – вы невозможны.

Скинк сильно нажал на тормоза и уменьшил скорость. Спортивная машина завихляла и, съехав с Джилкрайст, остановилась в поле или на пастбище, среди потрескивавшей сухой травы.

– Мой «Вет» теперь припаркован в коровьем навозе, – заметила Лэни, скорее смущенная, чем испуганная.

Скинк снял руки с рулевого колеса.

– Хотите знать, кто я? Я тот парень, который мог спасти эти места, но упустил свой шанс.

– Спасти что?

Скинк сделал круговое движение рукой:

– Все. Все, что чего-нибудь стоит. Я тот парень, который мог это спасти, а вместо этого бежал. Вот вам и ответ.

– Пожалуйста, дайте хоть намек.

– Это старая история.

Лэни сказала:

– Вы были знамениты?

Скинк просто рассмеялся: не мог удержаться.

– Что тут забавного? – спросила она.

«У него потрясающая улыбка» – подумала она, в этом нет сомнения.

– Покончим с дурацкими вопросами.

– Только один еще, – сказала Лэни, придвигаясь. – Как насчет поцелуя?

Невозможно было ограничиться одним поцелуем, невозможно было ограничиться поцелуями. На Скинка произвели впечатление как ее энергия, так и ловкость – при отсутствии циркового опыта не так-то легко раздеться на сиденье «Корвета», все равно, что сидя в ведре. Сам Скинк порвал свой оранжевый дождевик по шву в процессе борьбы с одеждой. Лэни больше повезло с джинсами и трусиками. Каким-то образом она даже ухитрилась обвиться вокруг него своими длинными голыми ногами. Скинк залюбовался ее загаром и сказал ей об этом. Она нажала на кнопку, и сиденье плавно соскользнуло вниз и стало совсем плоским.

Оказавшись сверху, Лэни начала покачиваться взад и вперед, касаясь грудями лица Скинка. Она посмотрела вниз на его лицо и заметила, что, по-видимому, ему это приятно. Его огромные сапоги лежали на приборной доске.

– Что тебе нравится? – спросила она.

– Светская жизнь.

– Ты все это получишь, – сказала Лэни. – Сначала мы займемся этим, а потом будем лежать рядом и говорить, хорошо?

– Конечно.

Она сильно надавила на него и ее бедра начали ритмично двигаться.

– Познакомимся друг с другом немного лучше.

– Прекрасная мысль, – ответил Скинк.

Потом она нагнулась, прикоснулась языком к его уху и сказала:

– Оставь свои очки, не снимай их, ладно?

Даже для Лэни Голт совиный глаз был бы слишком сильным отвлекающим моментом.

В тот же день позже, посте отъезда Лэни Голт Джим Тайл укрыл Эллен О'Лири в своей квартире. Скинк отправился на своем грузовике в город. Он вернулся, таща на буксире старый трейлер для перевозки лодок, весь в трещинах и выбоинах с осевшей и заржавевшей подшипниковой коробкой. На дне пикапа находился подвесной мотор Меркьюри в шесть лошадиных сил, видавший лучшие дни. Там находилось также пластиковое ведро на сорок галлонов, восемь футов труб, предназначенных для аквариума, и четыре дюжины батареек размера Д. Все это Скинк купил в лавке в Харни, торговавшей разного рода оборудованием.

Он возился со своим пластиковым мусорным ведром, приспосабливая его для каких-то своих целей, когда подошел Декер и сказал:

– Зачем ты ее отпустил?

– Не было причины ее удерживать.

Для Декера причина представлялась очевидной.

– Она побежит прямо к своему братцу.

– Чтобы сказать ему – что?

– Для начала, где нахожусь я.

– Ты не останешься здесь так долго, – пояснил Скинк. – Мы все отправляемся на юг. Джим Тайл и кубинец – они упражняются?

– Целый день, – ответил Декер. – Но Гарсия безнадежен.

– В таком случае он может играть роль капитана.

Декеру надо было спросить что-то еще, но он не хотел смущать Скинка.

– Она не знает нашего плана или знает?

Это была другая редакция вопроса, который вертелся у него на языке: что произошло в «Корвете»? Скинк явно не хотел об этом говорить.

– Некоторые из нас знают, как путаться с женщиной и при этом держать язык за зубами, – сказал он кисло. – Нет, она не знает нашего чертова плана.

У Декера начался приступ мрачных предчувствий: что, если избиение в Делрэй подействовало на Скинка так, что у него сдвинулись некоторые болты в мозгу. Скинк всегда любил пальнуть из пистолета, у него и сейчас был такой вид. Декер попросил Джима Тайла о поездке в город, чтобы сделать несколько телефонных звонков. Эл Гарсия поехал вместе с ними: у него кончились сигареты.

– Город – это скверная мысль, – сказал Джим Тайл, направляясь в сторону от Харни по шоссе 222. – Нас троих не должны видеть вместе. Примерно в восьми милях отсюда находится Зиппи Март.

Декер начал:

– Его план... Не знаю, Джим.

– Это его последний шанс, – ответил патрульный. – Ты видел, как плохо он выглядит.

– Так пусть отправляется в больницу.

– Причина – не глаз, Декер. Или то, что эти ребята с ним сделали. Он страдает от душевной боли. Все идет изнутри. И он сделал это с собой сам, понимаешь? И мучается многие годы.

Эл Гарсия подался на своем заднем сиденье вперед и сказал:

– А что в этом плохого, Р. Дж.? Этот человек принял решение.

Декер возразил:

– Я почти понимаю Скинка. Но почему вы, ребята, ему потворствуете?

– Может быть, у нас тоже есть идея, и мы тоже приняли решение, – сказал Джим Тайл.

Декер прекратил расспросы.

– Не думай об этом, – посоветовал Гарсия. – Двое таких старых дорожных полицейских, как мы, тоже нуждаются в разнообразии. Нам осточертела рутина.

В Зиппи Март Тайл остался ждать в машине, пока Гарсия ходил за сигаретами, а Декер – звонить к себе. Он уехал из Майами несколько дней назад и, учитывая, что ему предстояло и дальше зарабатывать на хлеб насущный, когда с этим делом будет покончено, он подумал, что было бы разумно проверить, кто ему звонил и зачем. Он набрал свой номер, потом код проигрывания автоответчика.

От звука первого голоса он вздрогнул. Это был Лу Зикатто из страховой компании.

– Эй ты, старая мочалка, тебе повезло, Нуньес заболел мононуклеозом. У нас теперь есть отсрочка в две недели, узаконенная судьей. Поэтому так уж и быть, но в следующий раз тебе не будет прощения. А иначе отправляйся покупать костыли, понял?

Ну и важная шишка!

Второй голос показался Декеру незнакомым, он его не узнал.

Да в этом и не было необходимости.

– У меня ваша жена, мистер Декер, и она хорошенькая, как картинка. Поэтому нам придется поторговаться: ее маленький хорошенький задик в обмен на ваш. Позвоните мне... скажем в пятницу в Холидей Инн, Колар Спрингс. Мы зарегистрируемся там, как мистер и миссис Хуан Гомес.

Декер обвис и стал сползать по стене.

Эл Гарсия, вышедший из магазина, посвистывая, схватил Декера за руку: