Чтение онлайн

– Что за бредни? Думаешь, я бы позволил ему обыграть себя и забрать свою тачку? Ну нет. Просто одолжил на время его транспортное средство. Теперь возвращаю.

– А как же твои принципы по поводу того, что ты никогда не сядешь на мотоцикл? – ехидно отметил друг, - где эти все твои «мотоцикл только для самоубийц»?

– Я просто знаю, что машину тебе доверить нельзя. А за них я отвечаю головой. Но если не хочешь мне помочь, вызову такси.

– О, я мечтаю помочь, мой господин, - засмеялся в трубку Вадик. Роме тут же захотелось вмазать ему неплохую оплеуху, как делал он это всегда.

– Через полчаса жду, - только повторил Рома, сбрасывая вызов и открывая створку шкафа в поисках сносной для поездки на мотоцикле одежды.

Спустя двадцать минут Рома уже стоял на пороге квартиры номер шестьдесят восемь и давил на кнопку звонка. Ишутин не открывал долго. Настолько, что Рома уже собирался уходить и забирать ключи себе. Как тут же, едва тот сделал шаг в сторону, дверь квартиры распахнулась и из-за нее выскочил взъерошенный Толян. Таким он обычно выглядел после бурных ночей со своими подружками.

– Чего хотел? – с порога спросил он, совершенно позабыв о том, что одалживал другу свою машину.

Рома потряс ключами перед носом их владельца. Тот сразу же их перехватил и зажал в кулаке.

– Всего час прошел, - заметил Аморский, насмехаясь над другом. Вот уж у кого в кровать попадают все без разбора. И ведь не противно ему каждый раз целовать новую девушку.

– Ты пунктуален, - решил не отвечать на подколку Анатолий.

– А ты предсказуем.

– Зато ты нет. Что это была за милашка с тобой? – словно кот облизнулся вдруг Ишутин. У него там женщина наверняка в постели, а он тут интересуется еще какими-то милашками.

– Тебе-то какое дело? У тебя и так вон очередь – не продохнуть.

– Да собственно никакого. Чистое любопытство и не более.

Рома кивнул в сторону штанов друга.

– Ты б свое любопытство прятал лучше. Не всем на него смотреть интересно.

Толя перевел взгляд туда, куда указывал друг и тут же улыбнулся во все тридцать два. Ну или сколько он там имел зубов. Смущение было не в его стиле.

– Так ты бы еще позже заявился, брат, и не такое бы рассмотрел.

Рома поморщился и шагнул чуть назад.

– Вот только давай без подробностей, бога ради, - с отвращением произнес Рома, - забирай ключи и проваливай обратно к своей принцессе.

– К королеве. Она – королева.

– Да хоть папа римский. Мне как-то плевать.

Светловолосый парень ударил друга по плечу, обтянутому футболкой, и широко улыбнулся, кивнув.

– Ладно, иди уже. Одуванчик твой тебя заждался, - рассмеялся он.

Опять этот Одуванчик. Только ведь избавился от нее.

– Аривидерчи, - махнул нервно Рома рукой, удаляясь в сторону лифтов.

– Приводи ее снова. Лучше с подругой, - услышал он, уже заходя в первый отозвавшийся лифт. Вновь грузовой, как и всего час назад, когда они с Нелли собирались уезжать, а потом еще долго не решались этого сделать.

– Обязательно, - пробормотал он сквозь зубы, - Когда Земля со своей орбиты сойдет.

Вадим приехал, как и обещал, спустя полчаса и ждал друга на паковке рядом с въездом в крутой двор, где проживал их общий товарищ Анатолий Ишутин, ловелас, богатей и любимый сынок своих родителей. Они не жалели ради него ничего. Ни времени, ни денег. Вот и вырос он таким беспринципным и получающим от жизни все. И все равно ему вечно чего-то не хватало. Сначала он думал, что это девушки, но потом стал пускать в свою постель всех подряд и понял, что это не так. Увлекся дорогими авто и тоже не попал. Разве что гонки и азарт подстегивали в нем интерес к жизни. Ишут был хорошим гонщиком, который умел побеждать. Только выигрыши его не интересовали. Только чистейшей воды адреналин и драйв от рева моторов. И все равно этого ему было недостаточно.

Зато всего было достаточно Вадиму Бавыкину. И нет, он не обладал богатствами, не жил в роскоши и не имел кучу подруг. Что там говорить, он и популярностью-то среди них не пользовался. Разве что байк почему-то завлекал их в его сети. Иногда некоторые экземпляры за обычную поездку были готовы отдаться водителю прямо на конечной точке заезда, но Вадиму всего этого было не нужно. Он искал чего-то настоящего, хоть и крутился среди разврата и больших денег, где честность и искренность совсем не ценились. Но и это парня не огорчало. Его вообще ничего не огорчало в жизни. Есть деньги – здорово, нет денег – займу у друзей и поем доширака пару денечков. Есть, где жить – отлично, нет – ну что ж, вокзал тоже вариант. С Вадиком вообще было легко, наверно, поэтому люди к нему и тянулись. Также как и Рома спустя какое-то время понял, что мотоциклист не так уж плох и что ему можно доверять.

Вечером того же дня парни решили вместе пойти на концерт той самой группы, о которой оба они уже были наслышаны и даже каждый из них уже успел насладиться их творчеством. Только если Вадим шел, чтобы послушать коллектив в целом, то Рома хотел насладиться лишь скрипкой. Или скрипачкой. Одно из двух совершенно точно.

Я оказалась дома только в первом часу ночи, отыграв очередной концерт и посидев еще недолго с парнями в кафе, отмечая день образования нашей группы. Я даже позволила себе выпить немного, отчего теперь приходилось красться настолько незаметно, насколько это только было возможно, ибо если хоть кто-то из родных учует запах алкоголя с моей стороны, мне не сдобровать. Хоть мне уже и исполнился двадцать один год, на выпивке для меня стоял строгий запрет, что в принципе смешно, ведь даже в странах Европы я уже считалась вполне себе совершеннолетней для чего-то подобного, и никто бы даже глаза не повел, увидев дату моего рождения и бокал шампанского в руке. Родители же так не считали, а потому думали, что имеют право до сих пор отчитывать меня за всякие глупости.

Я очень тихо разулась в прихожей и, не включая в ней света, стала красться на цыпочках в свою комнату. Все домочадцы видели уже седьмой сон. Все, кроме Джефри. И именно сейчас ему вдруг захотелось со мной поиграть. Наверно он считал, что сейчас особенно подходящее время, когда никто из хозяев его развлечь больше не может и одна только я шляюсь непонятно где так поздно.

– Кыш, Джефри, тише, - зашептала я, отпихивая от себя влажный собачий нос. Он упрямо тыкался мне в ногу, а острые зубы пытались слегка цапнуть за нее, как Джеф обычно делал, чтобы на него обратили внимание. – Я не могу поиграть с тобой сейчас. Подожди до утра.

Пес закружился вокруг себя волчком, виляя хвостиком. Я постаралась воспользоваться моментом и пройти дальше через общую гостиную в свою спальню, минуя родительскую, а также спальню брата. Благо, что в нашей семье все привыкли запирать двери на ночь. И я только уже была готова открыть свою, как на весь дом раздался собачий лай, и на меня сзади запрыгнула многокилограмовая мягкая тушка.

– Что ты делаешь? Отстань, – сбросила я со своей спины пса, стараясь все же спасти свое положение, но это было тщетно. Меня уже заметили.

Едва я потянула на себя ручку двери, из родительской спальни показалась светловолосая голова матери.

– Нелли? – сонно спросила она.
– Это ты? Сколько времени?

Меня словно молнией поразило от ее голоса, поэтому я только в ступоре отпустила дверную ручку и повернулась к женщине, ничего ей на это не отвечая. Нет смысла ей врать. Если узнает, то ору поднимется немеренно. Пусть лучше поругается слегка из-за того, что припозднилась, и уйдет спать, не приближаясь ближе.

Но только я успела подумать о том, чтобы мама не приближалась ко мне, как она сделала с точностью да наоборот. Она прошествовала в мою сторону, прямо к выключателю, который находился поблизости. Я продолжала плотно сжимать губы и стараться не дышать, чтобы не распространять аромат алкоголя.