Чтение онлайн

В этот воскресный день я возвращалась домой с ранней репетиции, которую мы решили устроить перед завтрашним выступлением с обновленным репертуаром, и вот тогда-то я их и повстречала. Они сидели на лавке возле одного из покосившихся старых железных гаражей и о чем-то говорили, не забывая при этом время от времени прерываться на поцелуи. И эти поцелуи были отнюдь не нежными и скромными. Эта парочка будто бы хотела сожрать друг друга. И я могла бы молча пройти мимо них, почти не обращая на это внимания и забыв о том, что подруга вот уже неделю игнорирует все мои попытки выйти с ней на контакт, если бы не заметила быстро движущуюся по направлению к парочке мужскую фигуру. Темноволосый парень в облегающей синей футболке, словно коршун, налетел на этих двоих и схватил Артема за воротник джинсовой рубашки. Наверняка жутко дорогой. По крайней мере, бедствующим Захаров никогда не выглядел. Да и Вилена часто намекала на то, что он живет на деньги небедной матери.

Парнем, решившим за что-то поквитаться с Артемом, оказался Рома, чему я даже не удивилась и в какой-то степени даже обрадовалась. Все эти три дня мы с ним никак не пересекались, хотя я ловила себя на мысли, что ищу его везде. В прохожих, в авто, проезжающих мимо, за углами домов и возле его подъезда. Но все время натыкалась только на незнакомцев. И вот сейчас мы снова встретились, и на этот раз он был по-настоящему зол. Он буквально оторвал опешившего парня от моей подруги и заставил того подняться на ноги. Температура воздуха в нашем дворе вдруг резко опустилась ниже нуля градусов. Я была более чем уверена, что и солнце в глазах Аморского ненадолго подернулось корочкой льда.

Я сразу поняла, что и эти двое знакомы между собой. Только вот что могло их связывать я пока не знала. Даже в институте они учились по разные стороны. Инженеры и лингвисты никогда не пересекались между собой. А уж с посещаемостью Аморского так тем более такое их знакомство могло равняться нулю.

Мои ноги вне моего желания понесли меня прямиком к троице. Два темноволосых парня, схватившие друг друга за воротники, стояли и ничего не предпринимали. Только смотрели друг другу в глаза с неприкрытой ненавистью и что-то очень тихо говорили. Я не могла разобрать ни единого слова, даже когда оказалась в предельной близости, встав подле лавки, с которой только что вскочила Вилена.

– Что происходит? – решила я уточнить у нее.

Девушка напряженно дернула головой в мою сторону.

– Твой Аморский – псих! Вот что происходит!

Она бросилась в сторону парней, вытянув руки вперед. По всей видимости, хотела их разнять, пока те не натворили дел, а какая-нибудь очень бдительная соседка не вызвала полицию, чтобы та разогнала хулиганов.

Темноволосые разнять себя не дали. Сами в один миг сбросили руки с воротников друг друга и продолжали свое тихое сверление взглядами. Только вот если Рома был зол и источал из себя ненависть, то Артем казался каким-то слишком уж веселым. Он улыбался во всё свое количество белоснежных зубов, а напряжение в нем выдавали только сжатые в кулаки руки и проступившие на них синие узоры вен.

– Думаешь, если богатенький, то тебе все можно, Белованов? – бросил парню в лицо Рома.

Я сначала не придала значения тому, как он его назвал, но потом до меня дошла какая-то нестыковка фактов. Эта фамилия была мне знакома. И злость в глазах златоглазого тоже. Когда мы ждали в машине приезда нашего нового такси, он говорил по телефону о каком-то Германе с той же самой фамилией. И выражался он совсем не литературно на его счет. Но вот только тот, к кому он обращался сейчас подобным образом, Германом Беловановым не являлся. Он продолжал оставаться Артем Захаровым, парнем, укравшим у меня подругу.

– Думаю, если я хочу быть богатеньким мне это нужно, - выделил он интонацией слово «хочу». Значит, проблемы финансового плана его все же настигли.

– Что, мамочка наследства лишила? Поэтому ты хочешь подставить меня по всем фронтам и занять мое место? Не получится. Учти. Я не всегда такой добренький, - совсем не выглядел добреньким Аморский.

– Наша гонка еще не закончена. И я не выйду из игры, пока не добьюсь своего. Ты тоже прими это к сведению, цыпа.

Рома поморщился, отвернув голову в сторону и только сейчас видимо заметил меня. В его глазах промелькнуло узнавание. И что-то еще. Можно было подумать, что и он сам был рад тому, что мы вновь встретились. Пусть и как обычно при странных обстоятельствах.

– Привет, - беззвучно сказала я ему, слегка улыбнувшись. Он тоже немного оттаял, но не улыбнулся. Просто кивнул и вернул взгляд на Захарова. Или все же Белованова?

– Прошлую гонку ты слил. Я все еще жду реванша, - не унимался Артем.

– Это произошло не по моей вине. А ты ведешь себя как пятилетний ребенок, у которого отобрали конфетку.

– Мои конфетки не стоили миллиона, Аморский.

Рома хмыкнул.

– Самомнение, - его кисть взлетела вверх на уровень макушки парня.

– Тём, пошли отсюда, - Вилена дернула Захарова за рукав рубашки, а он резко повернулся к ней лицом, перестав улыбаться. Девчонка чуть отступила назад, прикрывая рот ладонью.

– Тём? – переспросил удивленно Аморский. – Так ты еще и прикрываешься чужим именем. Крутишь интриги, бросаешься на рожон, подставляешь меня перед Дементьевым. Да еще и не можешь набраться храбрости, чтобы делать все это от своего лица. Что, думаешь, если мама узнает, машинку отберет?

Артем, передумавший смеяться над ситуацией, бросился в сторону Аморского, но тот отскочил вбок, так что Захаров едва не покатился кубарем с небольшого пригорка, запнувшись о корень одиноко стоящего неподалеку старого дерева.

– Еще хоть слово на этот счет, - зашипел, как змей, Захаров. Да уж, его слабое место было видно невооруженным взглядом.

– И что будет? Ну, что? Ударишь меня? Подставишь? Так поздравляю, тебе больше никто не верит. А в драках ты не силен, как я помню. Скула не болит?

Рома потер костяшки своих пальцев на левой руке о щеку. Значит, дерется он также левой, тем самым играя с методом неожиданности. Ведь все ожидают удара с другой стороны и защищаются иначе.

– Ты мне должен, - громко воскликнул Артем, указательным пальцем тыча в своего оппонента.

Я стояла, наблюдая за всей этой картиной и ничего не понимала. Почти ничего. Например, то, почему Рома мог слить какой-то из их заездов, я знала. Мой папочка постарался. Но вот с чего же все началось, понимала не до конца.

– Я так не считаю. И девчонка твоя тоже на моей стороне, так ведь?

Аморский вдруг оказался рядом с Виленой и взял ее одной рукой за плечи.

Так, а вот это мне уже не нравится.

– Да пошел ты, - брыкнулась она в сторону от него.

– Не боишься меня посылать, малышка? – улыбался Рома. Злости в его глазах больше не наблюдалось. Одно лишь расплавленное коварство приправленное язвительностью и капелькой отборной порции секретов.

Глаза подруги нашли меня.

Вообще-то, если смотреть со стороны, то я среди всех этих кареглазых брюнетов выглядела как белая ворона. В самом прямом смысле слова.

– Только попробуй, - прошипела она в лицо Ромы. Разве что не плюнула. Хотя наверно могла бы.

– О чем вы? – наконец решилась я подать голос. Он оказался намного слабее, чем я представляла, но все же меня услышали.

– Да знаешь, Одуванчик, вам с подругой, думаю, есть, что обсудить на досуге. Так ведь? – глаза Аморского стали метать искры в сторону Вайтович. Ее глаза делали то же самое.