Чтение онлайн

При встрече была уверена – он явился по мою душу. Все тот же пресловутый мусорный пакет не дает покоя. Но сейчас Глеб распыляется комплиментами и явно пытается угодить.

Уже чувствую на губах привкус яда и готовлюсь обвинить: «Ага! Опять твой хирургический кружок, да?» Но вдруг на втором этаже громко хлопает дверь, уводящая в зал гик-кафе, а Глеб, будто спасая от осколков гранаты, вместе со мной вваливается в небольшой отсек под лестницей.

Больно ударяюсь затылком и протяжно шиплю сквозь зубы. Глеб приваливается сверху, плотно припечатав к стене. Боль пульсирует в такт чечетке шагов компании, быстро сбегающей по лестнице. Ребята шумно разговаривают и смеются, когда за ними закрывается дверь, в небольшой комнате повисает звенящая тишина. Или то звенит в моих ушах?

Жмурюсь, словно это поможет заглушить боль. В нос ударяет тонкий и пряный аромат, а я не могу сдержать нервный смешок. Ну вот. Отшибла себе мозги – уже и запахи чудятся!

На плечо ложится ладонь, тепло которой прожигает кожу через тонкую ткань платья. Прикосновение будто искрит током, и от такой встряски все мысли вдруг резко встают на место, а тараканы собираются в привычную ворошащуюся кучку.

– Грабли свои убери! – резко толкаю Глеба в грудь, но с таким же успехом могла бы щелкнуть ему по носу. – Ты что творишь?

Он отстраняется и делает короткий шаг назад. Свет падает на Глеба со спины, и туман полумрака под лестницей прячет все его эмоции.

– Я хотел поговорить с тобой, – бесцветно роняет он и тут же получает новую затрещину.

– Это что за разговоры такие, что девушку для начала нужно головой о стену приложить?! – Кровь в висках пульсирует в такт гневу. – Пусти!

Пытаюсь выбраться из-под лестницы, отодвигаю Глеба, ухватив его за рукав темно-синей рубашки. Стоит сделать всего шаг навстречу свободе, и ноги вдруг подкашиваются, комната кренится и двоится.

Глеб придерживает меня за плечи, помогая не упасть. Медленно стекаю по стене в темный угол. Он садится на пол напротив меня.

– Может, вызвать скорую? – все еще держит меня за плечи.

Качаю головой, а комната пускается по волнам. Меня качает и штормит, на глазах выступают слезы. Смахиваю горячие капли краем красного супергеройского плаща и горько улыбаюсь – как нелепо.

– Диан? Слышишь меня? Позвать кого-нибудь?

– Позови кого угодно, – начинаю я. Глеб тут же оживляется, уже готовый мчать за помощью. – Кого угодно, кто увезет меня подальше от тебя!

Его пальцы резко сжимают мои плечи. Даже в полумраке вижу, как Глеб испуганно отшатывается с широко распахнутыми глазами.

Его раны подпитывают мой яд. Снова показываю клыки:

– Знаешь, что хуже всего? Ты носишься за мной как сумасшедший всего по одной причине, и она выводит меня из себя. Дай угадаю, зачем ты явился?

– Диан, – перебивает он. Безжизненный и сухой голос. – Я не хотел, чтобы все так получилось…

Не слышу Глеба, но чую грызущую его вину. Упиваюсь ею. Злость душит боль.

– У тебя на уме только одно! Я устала! Что дома родители, что ты на учебе!..

– Я просто хотел поговорить наедине. Спокойно. А когда хлопнула дверь… Думал, будет забавно – спрятать тебя от начальника.

– Ты не подумал, что я этого не хотела?! Прятаться от начальника, – наигранно прыскаю и разражаюсь злорадным смехом.

– Тебе ведь плевать на эту работу. – Глеб вдруг становится жестче, а от его напористости тесно и душно. – Думаешь, я не понял, что ты здесь делаешь?

Весь мой пыл испаряется. Он знает? В груди холодеет, сердце сжимается тяжелым колючим комком. Откуда он знает?!

– Специально, чтобы позлить меня! – провозглашает он. От изумления перехватывает дыхание. А Глеб все продолжает толкать абсолютно абсурдную теорию. – Обиделась на меня? За что? Что я не позвонил вчера? Что не сказал сегодня, когда начнем заниматься?

Лицо вытягивается от потрясения.

– Еще бы мне из-за этого обижаться, – опешив, возникаю я. – Мне вообще, кстати говоря, глубоко плевать на твой конкурс и кружок.

Из его груди вырывается нервный смешок, он устало ерошит угольные вихры. А я торопею. Глеб мне не верит!

– Это ты сейчас так говоришь, – насмешливо протягивает горе-напарник. – Но я-то понимаю, зачем ты этот цирк устроила.

– Какой цирк? – настороженно щурюсь. Внутри до предела сжимается пружинка нервов. Еще чуть-чуть, и взорвусь вместе с ней.

– Напялила этот глупый наряд, – Глеб пренебрежительно дергает за край плаща. – Пошла позориться в нем на улицу, чтобы разозлить меня.

– Чего?! – пищу от негодования. – Не много ли на себя берешь?!

Лицо горит. Кулаки сжаты так, что ногти впиваются в ладони. Ноздри дрожат от тяжелого дыхания. Как он может так говорить? Обо мне. О костюме, который я шила!

– Ну а как еще объяснить, что вчера ты узнала, в каком районе я живу…

– Я сейчас ослепну от твоего сияющего самомнения! И я ничего не знала! Ты просто пристал ко мне в метро!

– …а сегодня, когда я не выполнил уговор, ты уже здесь. Прыгаешь в каком-то странном костюме.

– Замолчи, – говорю тихо и медленно, но в голосе угрозой звенит сталь. – Ты не знаешь меня, так что не ровняй с собой под одну гребенку. Мы с тобой совершенно разные.

Глеб недолго обдумывает мои слова, а потом произносит:

– И ты, и я – медики. Это уже делает нас очень похожими.

– Неправда, – припечатываю тоном, не терпящим возражений. – Как раз это и создает между нами огромную пропасть.

– Как точка соприкосновения может быть камнем преткновения? – отказывается понимать Глеб.

– Очень просто, – отрезаю я и встаю с пола.

Больше не шатает, в глазах почти не плывет. Голова только раскалывается, на душе кошки скребут, а ком в горле не дает дышать…

Нарочито переступаю через ноги Глеба, неподвижно сидящего на полу. Хватит с меня новенького… Он просто чокнутый, узколобый и самодовольный павлин с единственным интересом – медициной. Может, для него это и к лучшему. Из Глеба выйдет достойный доктор. Но как человек он вызывает во мне только приступы тошноты.

– Диан. – Он настойчиво ловит мою ладонь, когда гордо, чуть покачиваясь, вышагиваю к лестнице. Что-то в его тоне заставляет меня остановиться, обернуться и заглянуть во взволнованные глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.