Двойная звезда
Шрифт:
Айлин вздохнула, свернула запасную мантию, тунику, сорочки и платок. Сунула в тумбочку и велела:
– Пушок, сторожить!
И принялась стягивать платье. Интересно, как на ней будет сидеть мантия?
Она сама не знала, чего ей хочется больше: чтобы ее пустили к милорду Морхальту или чтобы не пустили. С одной стороны, не навестить родного деда – это недостойно! С другой – ведь она совсем его не знает! Даже не знает, как к нему обращаться!
«Согласно этикету! – решила она. – Матушка говорит, что, если не знаешь, как себя вести, веди как полагается».
И все-таки – пустят ее или нет? Кстати, куда? Может быть, милорда Морхальта увезли к нему домой? Наверное, мэтр Бреннан знает. Вот его и следует искать! Только где?
У кого бы спросить? Айлин завертела головой, надеясь найти в пустом коридоре общежития хоть кого-нибудь. И почти тут же увидела, как из-за поворота вынырнула знакомая фигура в темной мантии. Отлично!
– Доброе утро, адепт Эддерли! – вежливо поздоровалась она, успела сделать реверанс и удивленно ойкнула, когда староста факультета в три шага оказался рядом с ней, обхватил за плечи и повертел в разные стороны.
– Доброе утро, Ревенгар! Отлично выглядишь! – радостно сообщил он. – Это правда, что тебе из дома прислали умертвие и оно сожрало дежурного? И что теперь ты собираешься натравить его на боевиков? О, прости, то есть исследовать их взаимодействие?
– Нет! – возмутилась Айлин. – Ну… Пушка и правда привезли, но он вовсе никого не ел! Он вообще никого не обижает!
Эддерли скептически хмыкнул, но улыбаться не перестал.
– Красные умрут от зависти, – мечтательно сообщил он. – Ну ладно, а куда ты идешь? До занятий еще час! А завтрак подают только после второго урока.
– Мне нужно найти мэтра Бреннана, – заторопилась Айлин. – Не знаешь ли ты, где он может быть?
– Конечно, знаю! – Саймон одобрительно улыбнулся. – Это правильно, что ты ко мне обращаешься, я тут знаю все. Прямо отсюда сворачиваешь направо, спускаешься по лестнице на четыре пролета, потом – налево и прямо до еще одной лестницы. Там спускаешься еще на два – и вот оно, больничное крыло. Туда можно и из парка попасть, но отсюда быстрее. А кабинет мэтра Бреннана – пятая дверь с правой стороны, – и, бросив на нее быстрый взгляд, уточнил: – Может, тебя проводить?
Айлин замялась. С одной стороны, ей хотелось, чтобы проводили. С другой же… Саймон ведь явно куда-то шел! Невежливо отвлекать соученика, мало ли какие у него планы? Леди не должна быть навязчивой!
– Пожалуй, не стоит. Благодарю за помощь!
Она снова присела в реверансе, а Саймон разочарованно вздохнул:
– Ну, как хочешь. Тогда увидимся на первой лекции. Удачи!
«И еще раз благодарю, – подумала Айлин, сворачивая за угол. – Удача мне наверняка понадобится!»
К собственному удивлению, больничное крыло она нашла легко. Наверняка благодаря подробному объяснению Саймона! Через несколько минут Айлин уже стучала в пятую дверь с правой стороны, предусмотрительно выкрашенную в зеленый – цвет Милосердной Сестры и ее служителей.
Дверь открылась, и усталый, взъерошенный, в помятой мантии – будто в ней и спал или со вчера не ложился – мэтр Бреннан улыбнулся Айлин.
– Доброе утро, дитя мое, – сказал он мягко. – Что привело вас ко мне?
Айлин стало стыдно. Что, если она разбудила целителя? Вдруг он действительно не спал всю ночь? Но теперь просто развернуться и уйти – это было бы слишком неприлично! Мало того что потревожила, так еще и напрасно!
Она поспешно сделала реверанс.
– Доброе утро, мэтр Бреннан, простите, что побеспокоила вас, – выпалила она, от неловкости глядя не на целителя, а в пол. – Я хотела бы навестить милорда Морхальта, если это возможно…
– Вашего деда… – протянул мэтр Бреннан таким странным голосом, что Айлин, забыв про смущение, взглянула на него.
Целитель вздохнул.
– Вы, конечно, можете навестить милорда магистра, – сказал он, как показалось Айлин, нехотя. – Но, юная леди, будьте готовы к тому, что он вас не узнает. Или не сможет с вами говорить. Или не захочет…
Айлин закивала. Разумеется, она ведь не маленькая, она хорошо понимает, что милорд Морхальт болен! И что он может не хотеть никого видеть – тоже!
Мэтр Бреннан вздохнул еще раз.
– Хорошо, дитя мое. Идемте.
Айлин на минуту показалось, что это уже было. Вот только вчера мэтр Бреннан так же шел рядом с ней по длинному коридору, только тот, вчерашний, не был выкрашен в нежный зеленый цвет и там не пахло легкой травяной горечью. И милорд Морхальт вчера был еще здоров…
Мэтр Бреннан остановился у одной из дверей, ободряюще улыбнулся Айлин и кивнул.
– Входите, дитя мое. Надеюсь, ваш визит взбодрит магистра.
Комната за дверью – палата, вспомнила Айлин, это называется палата! – оказалась просторной. И светлой не от магических светильников, а от солнца, любопытно заглядывающего в высокое окно.
За окном шелестели липы и отчаянно заливались птицы, а в палате, как и в коридоре, свежо и горько пахло травами. И грозой.
Айлин смущенно замерла у порога – милорд Морхальт был не один. Опираясь на подушки, он полусидел в постели, укрытый по грудь одеялом, его взгляд блуждал по палате, а спиной к двери на стуле возле самой кровати сидел высокий черноволосый мужчина в белой мантии. Совсем такой же белой мантии, как та, что пострадала вчера на Совете! О, Претемная… может, это другой разумник? Благие Семеро, пожалуйста, пусть это будет кто-нибудь другой!
– Амелия… – негромко сказал разумник, немного наклонившись к больному. – Брайд… Элоиза… Элоиза? – повторил он словно неуверенно и тут же продолжил: – Мэйв… Гвенивер…
«Да это же имена матушки и тетушек, – поняла Айлин. – Но… зачем? Зачем он их называет?»
– Экс-с-с… – прошипел еле слышно больной. – Не… не…
– Мэйв? Гвенивер? – очень мягко и с едва уловимой вопросительной интонацией продолжал человек в белом. – Ирэн… Колетта… Родрик… – перешел он к именам кузенов и кузин Айлин. – Артур…
Айлин даже попятилась, уперлась лопатками в дверь, и в тот же момент взгляд милорда Морхальта остановился на ней.
Айлин сглотнула. Мутно-зеленые, как стоячая вода в пруду, глаза больного показались ей абсолютно бессмысленными. Он моргнул и медленно, как-то неумело улыбнулся ей.
– А… Гвен…
В голосе тоже не было ничего от вчерашнего шипения. Чистый голос, ясный, только очень слабый. Но почему «Гвен»? Неужели ее приняли за матушку?
Мужчина в белом обернулся, и Айлин замерла от ужаса – это все-таки был магистр Роверстан. Ой…