Чтение онлайн

Высокомерный Скайр не поверил Судьбе. Однако он до сих пор одиноко бродит по миру. А между ним и Далайн стоит она – богиня Лантернария. Она плетёт прочную сеть, не позволяющую Скайру прорваться к богине морей. Судьба унизывает паутину жизней жемчугом и бриллиантами звёзд, создавая новые миры и отдаляя Скайра от его цели[2] .

Эйван завершил рассказ, а я ещё долго не могла произнести ни слова, впечатлённая драматической историей жизни богини.

– Благодарю вас, эр Джойванн. К сожалению, не один ваш бог Скайр был так высокомерен. У нас на Земле тоже есть похожий персонаж.

– Расскажете, эрия? – негромко спросил мужчина.

Я кивнула, стараясь отогнать от себя глупые мысли, нахлынувшие на меня после его короткого вопроса. Это всего лишь любопытство исследователя. Эйван очень образован, отсюда его интерес ко всяческим новым легендам и историям. А вовсе не оттого, что он хочет подольше поговорить со мной…

– Это легенда о Нарциссе[3] . Сын речного бога был юношей самовлюблённым и обладал холодным сердцем. Много прекрасных девушек он пленил своей красотой, но ни в одну не был влюблён сам. Так и нимфа Эхо страдала от неразделённой любви к Нарциссу, он прогнал и отверг её! Поняв, что ей суждены вечные страдания, прекрасная нимфа ушла в горы, да там и умерла от тоски, оставив лишь голос, который повторял: «Нарцисс, Нарцисс». Увидев это, Немезида – богиня возмездия – решила покарать высокомерного юношу. Она предрекла ему неразделённую любовь… к самому себе. Однажды, увидев вновь своё отражение в ручье, Нарцисс влюбился. Он не мог ни спать, ни есть, лишь часами сидел у ручья, боясь отойти, чтобы не потерять из виду своё отражение! От безысходности и печали Нарцисс умер, а там, где его душа покинула тело, вырос прекрасный цветок с поникшей головой.

– Ваша легенда восхитительно нравоучительна. Злодей понёс заслуженное наказание, – улыбнувшись, сказал эр Джойванн. – Однако время уже позднее, эрия Анна, пойдёмте в дом.

Впервые за время моего пребывания в этом мире ночью мне снились красивые сны. Не было горечи от расставания с родными. Я танцевала на балу с Эйваном. Он кружил меня в вальсе под музыку Иоганна Штрауса из оперетты «Летучая мышь».

Из рук прекрасного эра меня вырвала Лин. По своему обыкновению она ворвалась ко мне в спальню небольшим энергичным смерчем и собственноручно раздвинула шторы.

– Анна, имей совесть! Уже время обеда, а ты даже не завтракала ещё! Просыпайся, соня, – командовала девушка.

А я сидела, сонно хлопая глазами, и улыбалась ей. Хотелось обнять весь мир. Совершенно не похожее на меня состояние.

Обедали в нижней столовой, но снова вдвоём. Что никоим образом нас не печалило. Затем, взяв шляпки и зонтики, мы отправились в сад. Лин обещала мне показать кое-что любопытное, до чего я сама явно ещё не добралась. Хозяйка знала тайные тропки, ведущие напрямую к таинственным местам.

Мы весело щебетали ни о чём, неспешно бредя по лиловой дорожке, которая петляла, огибая причудливой формы деревья с листочками, каких я отродясь не видывала. Щебетали пташки. Сияло местное светило. Кстати!

– Лин, как называется ваше солнце? – вырвала я девушку из каких-то мечтаний.

– Какое солнце? – недоумённо переспросила подруга.

– Вот это, – махнула я рукой на светящийся в небе яркий шар. – Звезда, что согревает ваши земли.

– А, это! – улыбнулась девушка. – Аташ. На языке древних означает «огонь». А на его закате выйдет второй – Афлес, что значит «оранжевый». Но он проходит низко над горизонтом и заходит немногим позже Аташа. В некоторые вечера мы его и вовсе не наблюдаем. А ты видела нашу чёрную паучиху? – хитро стрельнув глазками, спросила Лин.

– Да, мне о ней рассказал эр Джойванн.

– Правда? – Инналин встала как вкопанная. – Когда же?

– Сегодня ночью, – поняв, КАК прокололась, тихо ответила ей.

– Ночью?

– Я любовалась вашим Скайром, – сбивчиво начала лепетать в ответ. – А тут эр спросил: «Интересуетесь звёздами, эрия?» Он появился очень внезапно, я даже испугалась сначала, – смущённо улыбаясь, продолжила отчёт. – Затем я спросила, что за тёмное пятно на небе. Твой брат и рассказал мне легенду о Лантернарии, вашей тёмной луне.

– Легенду, говоришь? – подозрительно прищурившись, Лин посмотрела на меня.

– Д-да…

– Снова сыплешь загадками. Что за луна?

– У нашей Земли всего один естественный спутник, такой же яркий, как ваш Скайр. И называется он Луной. По аналогии земляне привыкли называть такие спутники других планет лунами. Когда Луна приближается на минимальное расстояние к Земле, она кажется наиболее прекрасной и огромной. На людей она влияет по-разному. Многие её рассматривают как неизменный атрибут романтики. Стихи и музыка посвящаются ей.

– Пойдём, – кивнув своим мыслям, сказала Лин и решительно направилась дальше.

На протяжении всей прогулки меня наводняло какое-то радостное чувство, словно я выпила шампанского, и его пузырьки переполняли моё тело, щекоча в области сердца и души. Я думала об Эйване. О том, что даже в его отсутствие я ощущала заботу эра на себе. Это проскальзывало в отношении ко мне прислуги, «случайно» оставленном на библиотечном столе томике с другими легендами мира Далайн. И даже повар начал готовить лично для меня похваленный мной однажды десерт. Возможно, я заблуждалась. Скорее всего, Джойванн привык заботиться о своих домашних. А я, пока находилась под защитой Дома Ошер, тоже относилась к этому кругу.

Через несколько шагов мы вышли на небольшой цветастый луг. Фиолетово-жёлтое великолепие затопило собой пространство, радуя глаз и благоухая тонким ароматом. А посреди буйства ярких красок примостились небольшие двух- и трёхъярусные домики, с виду похожие на китайские миниатюрные пагоды[4] красного и зелёного цвета. Неподалёку возвышалась монументальная постройка в виде такой же пагоды, только размером больше, оказавшаяся беседкой, в которую мы с Лин прошли. Основание и стены строения составляли шестигранник, вдоль каждой грани коего стояли скамеечки с разбросанными по ним разноцветными подушками, вторящими цветовой гамме здания.

Уютно разместившись, мы тихо наблюдали за полётом насекомых, собиравших нектар из цветков.

– Это асалары[5] , – заметив мой интерес, сказала Лин. – Полезные насекомые. Они собирают сахаристый сок из цветов и уносят в свои зегии[6]. Видела маленькие домики?

Я кивнула, соображая, что, вероятно, речь идёт о пчёлоподобных и их ульях. Только их «пчёлы» были другой окраски, нежели наши, и напоминали пушистые красно-оранжевые полосатые шарики с длинными хоботками.