Чтение онлайн

– Расскажешь о них когда-нибудь?

– Да, только не сейчас.

– Не сейчас, – согласилась Селеста.

Она провела рукой по груди Гаррика, отыскала спрятанные под волосками соски и погладила их кончиками пальцев.

– Похожи на мои, но другие. Когда я трогаю их, ты чувствуешь то же, что и я?

– То же, что и ты? – Селеста кивнула, а Гаррик пожал плечами. – Не знаю, но мне нравится это ощущение. Очень нравится.

Она нежно ущипнула сосок – так же, как он щипал ее, и когда Гаррик судорожно вздохнул, сказала удовлетворенно:

– Да, наверное, мы чувствуем это одинаково. Затем, решив, что ее маленькая месть состоялась – попутно и небольшое открытие, – она перенесла руку к выпуклости на брюках Гаррика и обнаружила, что та нисколько не уменьшилась. Пожалуй, стала даже еще больше.

Селеста сглотнула и принялась неловко расстегивать брюки Гаррика.

Все это время он держал ее за плечи, стараясь то ли поддержать Селесту, то ли сам удержаться на ногах.

– Я обещаю тебе… – начал он.

– Знаю, – прервала его Селеста.

Она наконец справилась с пуговицами, подсунула ладони за пояс брюк и стянула их с бедер Гаррика вниз, на пол.

– Сейчас освободим тебя от брюк, и… И потрясенно замерла, увидев…

Да, она знала, что именно должно быть у мужчины на этом месте, но увидела это впервые. Да еще так близко, и такой… большой. Огромный, можно сказать.

– Святые небеса, – выдохнула Селеста. Гаррик скосил вниз свои серые глаза, полуприкрытые тяжелыми веками.

– Ну, Селеста? Что ты об этом думаешь?

– Я думаю, что мне хочется потрогать его.

Ствол Гаррика нервно качнулся.

– Раньше ты не спрашивала разрешения, – откуда-то издалека долетел до нее голос Гаррика.

Она протянула палец и осторожно притронулась. К самому кончику.

Гаррик напряженно вздохнул.

Подняв голову, Селеста перехватила его взгляд – это был взгляд мученика, которого сжигают на костре. Но поскольку Селеста не могла сделать Гаррику больно, оставалось предположить, что он мучается не от боли, а от наслаждения, не менее острого, чем боль.

Она осторожно обхватила ствол ладонью.

Странно, что наслаждение может оказаться таким сильным, непереносимым. И странно, что наслаждение Гаррика может передаться ей, но так оно и было. Она провела рукой вдоль ствола, ощущая его неровности чувствуя его мощь и силу. Гаррик застонал, и от этого стона запылали сначала щеки Селесты, а затем зажглось пламя между ее собственных ног.

И тут Гаррик словно взорвался. Одним резким движением он прижал ее к себе, затем принялся лихорадочно расстегивать платье Селесты, заставляя ее сердце биться все сильнее и тревожней.

– Гаррик, – она с улыбкой развела руки в стороны, чтобы ему было легче снять с нее платье, – к чему такая спешка?

Он не отвечал, не замедлил движений. Расстегнул пуговицы на платье, распустил пояс на нижней юбке. Платье с легким шорохом соскользнуло на пол. Гаррик обхватил Селесту за талию, поднял на руки и понес к подушкам, разбросанным на полу.

Оба они, и Гаррик и Селеста, дрожали, как в лихорадке.

На нем не осталось ничего, кроме ботинок.

На ней – только тонкая белая кружевная сорочка и шелковые чулки.

Но и этого не должно было оставаться между их разгоряченными, льнущими друг к другу телами. Напрягшиеся соски Селесты коснулись груди Гаррика. Его ствол рвал ее кружевную сорочку.

– Корсет? – хрипло спросил Гаррик.

– Нет.

Он покосился на темный треугольник, проступающий сквозь тонкую ткань ее сорочки.

– Панталоны?

– Я же шла к тебе, – покачала головой Селеста.

Он повалился на подушки, утягивая Селесту за собой. Она не успела и глазом моргнуть, как Гаррик уже оказался сверху. Селеста негромко вскрикнула, скорее от неожиданности, чем от испуга, он задрал подол ее сорочки. Затем он протиснул колено между ее ног, развел их в стороны и теперь она лежали бедром к бедру, грудь с грудью. Натиск Гаррика оказался столь стремительным, что у Селесты закружилась голова.

Она вздрогнула, попыталась оттолкнуть Гаррика, но он сказал, кладя руки Селесты себе на плечи:

– Держись. – И еще раз, после короткого поцелуя: – Просто держись за меня.

Рука Гаррика проникла между их телами. Сначала она ощутила их короткое прикосновение, легкая разведка, а затем…

Селеста что было сил вцепилась в плечи Гаррика. Она испытывала напряжение – обычное напряжение, которое испытывает любая женщина, впервые оказавшись в постели с мужчиной.

А особенно, когда это у нее впервые в жизни.

Гаррик, совсем недавно раздевавший ее с такой неудержимой страстью, вдруг стал двигаться медленно и осторожно. Его палец скользнул между ног Селесты, и она вскрикнула, но не протестующе, как в прошлый раз, когда они с Гарриком лежали в этой самой оранжерее, а скорее от радостного предвкушения. Ее ноги… она совершенно не знала, куда ей деть свои ноги, и опустила их на пол.

Гаррик нашел заветное отверстие, осторожно провел вокруг него пальцем, а затем вошел внутрь – неглубоко, но достаточно для того, чтобы Селеста не боялась больше его проникновения. Затем он сместился вниз и приподнял ей бедра.

О боже, он не просто был на ней. Он уже был я ней.

Селеста вздрогнула, словно от ожога. Гаррик замер, но больше не отодвигался. На лоб ему упала темная прядь, туго натянулась кожа на скулах, а на виске показалась капелька пота. Грудь его тяжело вздымалась.

– Ты обещал мне чудо, – медленно проговорила Селеста.

– Скоро, – напряженно улыбнулся он.

– Лжец.

– Я просто… не говорил тебе… всего. – Он еще выше поднял бедра Селесты и слегка отодвинулся назад.

Но не успела Селеста вздохнуть, как Гаррик вновь подался вперед.

Селеста почувствовала острую, жалящую боль, запустила пальцы в волосы Гаррика и дернула их.

Он не обратил на это никакого внимания.

А Селеста тянула к себе лицо Гаррика, желая поцеловать его, коснуться горящим языком его губ.

А когда она припала к ним, Гаррик вошел в нее до конца.

Двинулся немного назад, затем опять заполнил все лоно Селесты.

Боль очень скоро прошла, и тело Селесты, словно пробудившись от долгого сна, принялось отвечать движениям Гаррика – неторопливым, осторожным.