Чтение онлайн

Как-то вечером Антименко заглянул в кафе, имевшее славу места сборищ розовых и голубых всего города. Тогда у Коти еще не было постоянного партнера, и он находился в состоянии активного поиска.

К нему за столик подсел импозантный мужчина, представился и завел ничего не значащую беседу. Они выпили, пообщались, и вскоре Антименко уже оказался в квартире Бориса.

В однополой любви господин Щербинин был не особо опытен, но этим не смущался. Через несколько дней они снова встретились, потом еще и еще. На ближайшие выходные Борис пригласил своего нового «друга» к себе на дачу — попариться в баньке. Пребывавший в первой стадии влюбленности Костя, разумеется, с радостью согласился.

Попариться-то они попарились.

Вот только Борису нравились более жесткие формы секса. Ко всему прочему, в тот же день на дачу были приглашены еще трое господ весьма бандитской наружности. То ли деловые партнеры Щербинина, то ли местные мафиози. Каждый, и не по разу, приложился к Костиному телу.

Чтобы ночью, когда все перепились и отрубились, Костя не сбежал, на него надели собачий ошейник, привязали к батарее и сковали руки и ноги наручниками. На следующий день «веселье» продолжалось.

В ночь с субботы на воскресенье компания укатила в город за «девочками». Измученного Костика бросили на холодном полу, не позаботившись связать. Собственно, это его и спасло.

Как он выбрался из проклятого дома, Антименко не помнил. Болело у него все. Как потом оказалось, у него были серьезные травмы, перелом трех ребер и вывих плеча. Это не считая ссадин, синяков и следов ожогов от сигарет, которые тушили о его кожу.

— П-понимаешь теперь, — заикаясь и не глядя мне в глаза, сказал Костя, — почему я так боялся, что ты поедешь на его дачу.

Обливаясь слезами, я все же спросила моего дорогого друга:

— Ты как узнал, что я еду?

— Он тебе по телефону звонил, ты в кровати была. Спала. В это время я зашел к тебе поесть приготовить и все слышал. Потом тихонько ушел.

— А я тебя не слышала, — горестно протянула я. —Почему ты мне тогда все не рассказал?

— Не поверила бы. Ты была им увлечена, — покачал головой Костя. — Лучше уж так, чем тебя туда...

Я попыталась сообразить, поверила бы я или нет. Да, Котя прав, я бы списала все на его больное воображение. Теперь-то я знаю, что за тип этот Щербинин, но тогда... Да, я была им сильно увлечена.

Через некоторое время я немного успокоилась. И мой драгоценный мозг выдал очередную блестящую мысль.

Если Щербинина убил Котя, то выходит, Илья этого не делал. Значит, я оклеветала (хорошо хоть мысленно) непричастного и невиновного человека! Это ужасно... Впервые в жизни мне показалось, что я краснею. Kaк мне было стыдно!

Парень за мной ухаживает, помогает, сочувствует, a я?! Я обвиняю его во всех смертных грехах. И главное, на основании чего?! Я якобы видела его машину возле места преступления. Господи! Абсурд!

От неприятных мыслей меня отвлек Котя. Сделав над собой усилие, я постаралась больше не думать на эту тему и пошла готовить чай с бутербродами.

Мы с Костиком долго сидели, обнявшись, на узком кухонном диванчике. Нам не нужно было ничего говорить друг другу, мы и так понимали, что к чему. Я даже поняла, почему Котя ничего мне не рассказал тогда, много лет назад. Он хотел меня уберечь от всей этой грязи. Я бы, наверное, с ума тогда сошла. И во всем случившемся обвиняла бы именно себя. Потому что это я его бросила, я от него отгородилась своим никому не нужным браком...

Мы просидели на кухне всю ночь.

Костя в подробностях рассказал мне, о чем они со Щербининым разговаривали тогда в машине.

Я лишний раз убедилась, что только очень близкий мне человек мог провернуть такое дело, зная мою «страсть» всегда опаздывать. Костя все правильно pacсчитал. Однако, если бы не ненормальный старичок-ветеран, задержавший меня в больнице, все бы сложилось по-другому.

Ответил мне Антименко и на вопрос, почему не подал в суд на Щербинина и компанию за изнасилование.

Уже в те смутные времена Борис Георгиевич был одним из хозяев города. А тут еще и эти бандюки. Убивать Костю не стали. Просто как следует припугнули и дали некоторую сумму денег. Откупились.

Я кивнула, соглашаясь с такими аргументами. У сильного всегда бессильный виноват. Идти в нашем городе против директора Сталинки, все равно что плевать против ветра. И это еще мягко сказано.

К утру я уже и сама плохо держалась на ногах, а Антименко и вовсе сник. От Алининых таблеток осталось всего две штучки, и я отдала их Косте. Он вытянулся на диване (в спальню так и не пошел) и, блаженно улыбнувшись, уснул.

Но мне было не до сна.

Бесцеремонность никогда не входила в число добродетелей. И все же я бесцеремонно обшарила карманы Костиного пиджака и нашла маленькую записную книжечку. Полистав странички, без труда обнаружила искомое и села к телефону.

Мне ответил заспанный и недовольный мужской голос.

— Здравствуйте, Сергей. Извините за столь ранний звонок. С вами говорит Ксения Панова, приятельница Кости Антименко.

— Что с Костиком? — мгновенно оживился мой собеседник.

— Пока, слава богу, ничего. Мы вчера похоронили его друга...

— Да, да, я знаю. Костя мне звонил, но просил не приезжать.

— Я понимаю. Но теперь вы очень ему нужны. Я дала ему успокоительного, так что часика четыре он поспит. А вот когда проснется... Понимаете, вы ему сейчас необходимы.

— Ксения, а как вы посмотрите на то, что я приеду и заберу его к себе? — осторожно поинтересовался неведомый мне Сергей.

— Это было бы лучше всего. Ему просто необходимо сменить обстановку.

— Спасибо. Я буду через час.

И он действительно приехал через час. Красивый накачанный мужчина, мечта многих женщин, утрата для генофонда страны. В очередной раз выглянув в окно, я увидела стандартный трехсотый «Мерседес», на котором приехал Сергей.

Мы мило расшаркались. Он посоветовал мне выспаться и остался дожидаться, пока проснется Костя.

Я же сделала еще один звонок, подняв с постели на сей раз Антонину Валентиновну.

Мое сообщение о том, что Костика с недельку не будет на работе и вся ответственность ложится на ее плечи, женщина приняла стоически.