Двойной Киндер для Блудного Санты
Шрифт:
Везде.
Настолько, что предательский румянец не заставил себя ждать.
Жар его тела и горячее дыхание лишь усугубляли мое положение, но вырваться не представлялось возможным: мне предусмотрительно заблокировали пути к отступлению внушительным торсом и крепкими руками, что опустились монолитами по бокам, у самых бедер.
— Милая, не забывайся, — проговорил он тихо мне в губы. — Мы не на лекции. Я не отпетый прогульщик, на которого можно прикрикнуть, а ты — не сексуальная преподша. Ты… просто сексуальная… — наградили меня голодным взглядом, под которым захотелось поежиться, таким он был откровенным.
— А говорил, не насильник… — нервно выдохнула я, борясь с хлещущими через край эмоциями, которым, казалось, только повод дай.
По большей части они были противоречивы. Рассудок бился в конвульсиях, требовал немедленной сатисфакции и умолял отходить наглеца тем, что под руку попадется. Но ни в коем случае не идти на поводу у примитивных инстинктов, сохранить лицо. В то время как другая часть меня желала продолжения. И не абы с кем. Именно с ним — редкостным нахалом, из всех, что я когда-либо встречала.
Пожалуй, последнее злило сильнее всего.
— Ты так вкусно пахнешь, — обжег он обреченным шепотом плечо и потерся носом о шею. Кольнул невидимой щетиной нежную кожу, прихватил губами пылающую мочку уха и нехотя ее выпустил.
Я замерла. Прикрыла глаза, даже дышать перестала. Только сердце предательски громко стучало в груди.
Правильно. Как говорится, «вы привлекательны, я чертовски привлекателен. Чего зря время терять?»
Близко не представляла, сколько бы еще протянула, но, к неописуемой моей радости, мои нервы решили оставить в покое. По крайней мере на сей раз.
— Я в душ. У тебя есть пятнадцать минут, — хрипло произнес он, отстраняясь.
— Пятнадцать?!
— Ладно, полчаса, — быстро сдался он, целуя меня в лоб. Выпрямился и даже не потрудился как-то скрыть взбугренную область брюк. — Время пошло.
Вот как знала, что нельзя было его впускать! Нет, нам кофе попить зачесалось. Да и разве могла я действовать так же нагло? Оставить человека дожидаться в машине все то время, пока буду собираться? Не могла, за что и поплатилась.
Оставшись наедине с растрепанными чувствами, я на ватных ногах прошла к шкафу. Окинула содержимое беглым взглядом и, так ничего нового и не найдя, плюнула на все и достала кремового оттенка брючный костюм. Пожалуй, он как нельзя лучше подходил случаю из всего доступного. В конце концов, ужин в ресторане можно считать дружеской встречей, но никак не рандеву. Так что и выряжаться особо было бессмысленно.
«Дружба сексу не помеха», — не к месту вспомнилась цитата из давно просмотренного сериала.
Я нервно усмехнулась, закусив губу. Зависла, впрочем, ненадолго.
Костюм сел как влитой, даром что покупала его больше полугода назад и одела всего раз, уже не помню, по какому случаю. Не то чтобы он мне не нравился, просто, видимо, ждал своего «особого» случая.
Дождался, — выдохнула я, придирчиво осматривая свое отражение. Одернула пиджачок-блузку и полезла в шкатулку, за крупными бусами цвета малахит, которые чудесным образом оживляли цвет моих глаз, делая его еще ярче.
Учитывая, что на полноценные укладку и макияж времени мне не оставили, пришлось ограничиться феном, круглой расческой, лаком для волос и всеми доступными мне парикмахерскими навыками. Одновременно с тем, как я закончила, в ванной стих плеск воды. Макияж я накладывала легкий и уже практически на бегу. В отведенные полчаса уложилась, что хоть и было мерой вынужденной, но все равно приятно грело внутри.
— Так-то, Лида, — улыбнулась я зеркалу.
Пора брать себя в руки и мало-помалу возвращать утерянный контроль.
14
Не сказать, что заведение, куда привел меня Степа, было прям уж вычурным. Вполне себе скромный уютный ресторанчик в туристическом квартале города. Самое главное — помимо приятного интерьера здесь был хороший сервис. Остальные же сопутствующие опции меня, признаться, волновали меньше всего. Сейчас так точно.
Впрочем, как и то, что внешне мы со Степаном не слишком гармонировали друг с другом. Он сменил куртку на модный пиджак в клетку с заплатками кожи на локтях, что сочеталось с моим образом ничуть не лучше полного кэжуала. С другой стороны, больше бы меня удивило, вырядись мужчина в деловой костюм.
Официант принял заказ и, в очередной раз вежливо улыбнувшись, удалился.
— Рассказывай, — велел Степан, откладывая меню и сосредоточенно всматриваясь в мое лицо.
Пронзительный синий взгляд немыслимым образом трогал кожу, заставляя ту гореть. Нет, он не был тяжелым. Но отчего-то под ним затруднялось дыхание и на язык просилось беспомощное: «туше»…
Странно… Не припомню, чтобы страдала астмой.
— Что конкретно ты хочешь знать? — прохрипела я, не без труда разрывая зрительный контакт, и тихо прочистила горло. Мне не шибко нравилась собственная реакция на мужчину напротив. А если по справедливости, порядком настораживала.
Ну… да, хорош — чертовски собой хорош, — зараза.
Да, у нас с ним что-то было, чего я толком вспомнить не могу.
Да, я в каких-то сиюминутных мечтах была бы не прочь повторить это. Но на трезвую голову. Понять, правда ли с ним может быть так хорошо, как это нашептывают мои демоны на сон грядущий…
Да, мне не хватало мужского внимания, как поняла сравнительно недавно — два дня назад.
И да, в любви со стороны мужчин я, прямо скажем… разуверилась (что шло вразрез с предыдущим фактом). Слишком часто обжигалась.
Но разве есть среди перечисленного хоть один веский повод желать случайного знакомого?
Господь! Когда только успела в нимфоманку превратиться?.. Это одержимость. Просто нездоровая реакция моего организма. Уж не знаю, по каким причинам это происходит, но… так быть не должно!
— Все, Лид. Я хочу знать о тебе все, — спокойно отозвался он.
— Не слишком ли много? — Я сглотнула вибрацию его голоса, что волнами прокатилась по телу — встопорщила и заколола соски под кружевным лифчиком, заструилась по венам огнем, упала обжигающим сгустком лавы в низ живота, встала в пересохшем горле комом… И плеснула в лицо краской, выдавая меня с головой.
Штефан или всего этого безобразия не замечал — что очень вряд ли, — или успешно делал вид. Характерно поджав губы, он качнул головой и широкий разворот плеч, с грацией набежавшей волны, подпрыгнул:
— Что мешает нам начать с главного, — пропустил он мимо ушей мою попытку свести все к шутке.
«Нам»? — напряглась я мысленно, но на деле усмехнулась, будто икнула:
— Боюсь, рассказ может затянуться.
Отвела взгляд, прекрасно понимая, что именно мой визави имеет в виду. Кроме того, прошло неполных два дня, и гадкий осадок все еще чувствовался на душе. И я не то что не горела желанием поделиться наболевшим, скорее мне претил сам факт. Я не желала думать о Косте — не в нынешней обстановке точно, — а тут…