Чтение онлайн

– Попросите помощи у знакомых. Наверняка, у них есть машины, - добавляю многозначительно.
– Жду вас до пяти часов, а после высылаю наряд.

– А вызывайте!
– Вдруг вскрикивает Алина.
– Если вам позволяет совесть! Я думала, что вы - человек. А вы…

Бросает трубку.

Я стою с полным ощущением, будто прилюдно обосрался. Никогда раньше меня так обличительные речи не задевали, а сейчас…

Усмехаюсь! Вот же несправедливость! И делаю все по закону, и вроде бы помогаю, а на деле выходит полная задница.

На самом деле мелкие эти мне эти тоже в голову засели и покоя не дают. Правосудие во мне в такие моменты умирает, как феномен. И хочется решать по-человеческим понятиям. Жизнь за жизнь с их непутевыми родителями.

– Что-то случилось, товарищ капитан?
– Реагируют мои бойцы.

– Ничего, - отвечаю задумчиво, - хотя… Вот что! Быстро пробейте мне все новорожденные двойни за последнюю неделю. Особенно неблагополучных и с одной матерью. И… где капитан Айдаров?

– Так он же в сан.части, товарищ капитан!

– Чего?

Срываюсь на первый этаж.

Задурила баба голову так, что чуть друга не забыл!

Распахиваю дверь медицинского кабинета и вижу Демида на кушетке с перевязанным плечом.

Рядом с ним лежат окровавленный свитер.

У меня в горле пересыхает.

– Да ты где так, братишка?!
– Переступаю порог.
– Кто?

Айдаров морщится, стойко позволяя медичке сделать укол под лопатку.

– Ещё раз прививку пропустишь от столбняка… - с угрозой шлепает ему на спину пластырь суровая Софья Сергеевна.
– Лечить не стану.

– Да ни в жизни… - бурчит Демид.
– Здорова!
– подаёт мне руку и опускает футболку.
– Не ножевое это. Лист арматурный. Пойдём, покурим и расскажу.

Набрасывает на плечи пуховик с распотрошенным рукавом и идет в коридор.

– Куда? А антибиотик?!
– Кричит в след ему медичка.

– Я передам, - забираю у женщины коробочку и бегу за другом.

Выходим на задний двор к патрульным тачкам.

Демид щелкает зажигалкой. Затягивается…

– Ну и как твоя зазноба?
– Спрашивает с ухмылкой.
– Стоила того? Все веселье пропустил…

– Ты не юли, - подхожу к нему и засовываю в карман таблетки.
– Рассказывай, где напоролся?

– Да случайно вышло!
– Прорывает друга досадой.
– После вызова к елке заехал в продуктовый сигарет купить. И тут смотрю… Знакомые наши старые. Тех, что за бухло паленое в прошлом году накрывали, снова возле ларька тусуются. Что-то разгружают. Ну я и рванул за ними.

– Ты идиот, Айдаров?
– Спрашиваю с укором.
– Почему не набрал? Парней с собой не вызвал?

– Ну а что набирать? Я лезть то к ним не собирался. Просто проследить хотел. Узнать, где теперь гонят. Что-как…

– Проследил?

– Угу. На кольцевой за старым трамвайным депо теперь кучкуются. Чтобы не засекли, уходил через ремонтные отсеки и вот… Руку распорол. Не заметил штырь. Зато теперь точно знаю, что у них пока склад пустой, но зато к Рождеству. Пятого. Будет новая партия. Можно ехать и брать, - завершает удовлетворенно.

– Точно идиот, - усмехаюсь.
– Ладно. Хоть стоила твоя травма того. А я уже не знал, что и думать…

– Болит только - страсть как!
– Смотрит на свое предплечье Айдаров.
– Ну… Заслужил я рассказ о жаркой ночи? Или это не по гусарски?

– А нечего рассказывать, - развожу руками.
– Выбесила меня зараза. Я психанул и ушел к соседке встречать Новый год.

– К соседке?
– Давится дымом друг и ржет.
– Ну ты, блин даешь!

– Да ты не о том думаешь!
– Отмахиваюсь.
– Эта дамочка не лучше Лили… - замолкаю, подбирая слова и оглядываюсь по сторонам.

– Не дала?
– Понижает голос Демид, играя бровями.

– Да ну тебя!
– Бью его кулаком в здоровое плечо.
– Она детей нашла. Прикинь. Двойню. В лесу.

– Чего?
– Выкатывает на меня глаза друг.
– Да ладно! И чего? Живые?

– Живые!

– Совсем офигели люди! И куда вы их? Опеке сдали? Акт составили? Этим…хм никого без документов отдавать нельзя. После того дела, помнишь, что сам мэр разбирался, всех посняли, а старая стерва Ставронская на месте осталась. Ух! С каким удовольствием я бы закрыл старую крысу. Ты знаешь, сколько раз она нас пыталась в неблагополучные записать, потому что многодетные? Отец задолбался ей мясо на праздники таскать!

– Ставронская… Нет, не помню, - хмурюсь.
– А что за дело?

– Алексеич сам вел. Зайди, попроси копию почитать, - отвечает Демид.

– Дай-ка мне тоже сигарету, - прошу загружаясь мыслями.
– Значит, ты хочешь сказать, что нельзя детей сдавать ювеналке…

– Да чего теперь уже сделаешь, - пожимает плечами друг.
– Всех не пожалеешь. Живы и слава Богу.

– Мы никому их не отдавали… - отвечаю.
– Только скорую вызывали. Имена выдумали. Хочу сам родителей их найти и потом уже решать, как быть. А ты бы ехал домой, отоспался. На ногах едва стоишь…

– Да, - соглашается друг.
– Но ты держи в курсе.

К пяти часам у меня на столе лежит список всех новорождённых за неделю. Двоен из них всего три по нашему городу и ещё шесть по ближайшим вместе с районами. Пять уже прикреплены к поликлиникам. А вот четыре адреса придется завтра объехать лично. Надеюсь, что вопрос решится по местности. Трясти столицу очень бы не хотелось…

Перед концом смены обхожу отделение. Подписываю протоколы, отпускаю новогодних дебоширов и перебравших пассажиров поездов, которых приволокли с вокзалов. Рассматриваю изъятый новогодний мусор у предприимчивых торгашей. Мишура, гирлянды, снежные шары… Нужно дворовой ребятне будет раздать.

– Все тихо, Серега?
– Спрашиваю дежурного больше для очистки совести, чем из желания работать.

– Да вон те дебоширят, что Сатану вызывали, - кивает парень на дальний обезьянник.
– Вроде девки, а сами что черти! Пожарные владельца ангара ищут. А этим ведьмам едва по восемнадцать стукнуло. Травка, таблетки. Номера родителей не говорят. Алексеич сказал сам завтра допросит. Хочет, видимо, главного найти…

– Сейчас разберёмся, - хмыкаю.

Забираю из короба рожки с подсветкой и подхожу к камере.