Чтение онлайн

– Не сказать, чтобы очень молод, да и внешность обычная, – протянула я, покривив душой, – но не женат точно. В разводе. Ладно, мы с детьми пойдем, еще с утра к вам возвращаться.

Дальше я буквально сбежала из квартиры гостеприимных Соколовских, не желая откровенно лгать дорогим людям. А утром шла на работу, как на каторгу. И это я еще даже не предполагала, что меня там ждет.

– Доброе утро, – на автомате здороваюсь с коллегами, – прическу изменили? Вам идет. Здравствуйте. Нет, сегодня я в офисе и без детей, сестру выписали, да, спасибо.

Дохожу до собственного кабинета и с наслаждением запираюсь внутри. Какое облегчение, что мне уже не надо сидеть со всеми. В свете последних событий я на каждый вопрос о детях реагирую учащенным сердцебиением. Так и до нервного тика недалеко.

Подумать только, встретить Алексея в зоопарке! Если бы знала его чуть меньше, решила бы, что он за мной следит. Но Власов слишком эгоцентричен, чтобы пойти на такое.

Зато с памятью у него все хорошо. Вспомнил–таки, что я слала фотографию узи с двумя эмбрионами. Я уже почти забыла об этом, а он, смотри, вспомнил! Сама себя подставила, дурочка. И до этого было понятно, что нам с ним не по пути, но я все на что–то надеялась, видимо.

Включаю компьютер и пытаюсь переключиться на работу. Почему–то дома это было легче сделать, там я не ожидала, что в мой кабинет в любой момент может заскочить Алексей или Сергей.

Ах, Сергей…

Еще одна темная лошадка. Но пока что он мне помогает. Или я ему. Да и как работник начальника я его тоже устраиваю. По крайней мере, никаких нареканий я от него не слышала. Но все это так зыбко, так ненадежно. Он ведь умный мужчина, легко догадается, если уже не догадался, что, вернее, кто меня связывает с Власовым.

А еще он брат Снежаны. И не важно, какие чувства они друг к другу испытывают. Если Сергей выполняет просьбу сестры, значит, контакт у них довольно прочный.

И среди всего этого я…

Почему я не могла, как Маша, выбрать правильного партнера?

– Анастасия, – в мой кабинет без стука врывается Алексей, – что это было в субботу? Что за цирк ты устроила? – он подлетает к моему столу и недовольно сверлит меня взглядом. – И тебя Сергей Викторович вызывает. Почему он меня за тобой отправляет? Он не может тебе по мобильному позвонить? Рабочий у тебя отключен!

– Стационарный телефон не работает. Заявка висит уже две недели, но как видишь, – произношу, глубоко дыша. – А тебя отправил – ты ведь его помощник, нет? – встаю из–за стола и выпрямляюсь. – Еще будешь приставать по поводу детей, и не такое учудить смогу. Они не твои, расслабься. Ты не один способен быстро найти второй фронт, – договариваю я, уже подходя к двери, но открыть ее мне не дает рука Власова, перекрывающая путь.

– Сдается мне, ты лжешь, – говорит он, понизив голос. – Не знаю, зачем ты это сделала, я ведь несколько раз давал деньги. Решила оставить инвестицию на будущее? Так у меня нечего брать, я сильно проштрафился некоторое время назад, вложил целое состояние в один проект, а он не выгорел.

– Зачем ты мне это рассказываешь? – перевожу взгляд на Алексея. На удивление, он сейчас разговаривает почти по–человечески. – Мне неинтересно, как ты стал помощником. Я к тебе в любовницы не подбиваюсь. У меня есть мужчина, ты забыл?

– Да, заметил. Зря ты брата Снежаны окрутила, они ведь одного поля ягоды, съедят и косточкой не подавятся, – продолжает Власов в своем псевдо доброжелательном тоне. – Поверь, я знаю, о чем говорю.

– Зато я не знаю, о чем ты, – скрещиваю руки на груди. – Либо выражайся яснее, потому что я не понимаю, к чему ты клонишь, либо открывай дверь. Меня начальник ждет.

– Начальник? – Алексей нахально выгибает бровь. – То есть вы тут устроили спектакль для меня, ясно, – он широко улыбается, – я так и знал. Ладно, иди уже к начальнику.

– Некоторые люди на работе предпочитают сохранять субординацию, чтобы ты знал, – бросаю на него снисходительный взгляд. – Я не собираюсь кричать на каждом углу о своей личной жизни.

Наконец–то дергаю на себя дверную ручку, чтобы выйти наружу, но замираю с поднятой ногой от следующей фразы Власова.

– Я сделал тест ДНК, заплатил за срочность. У девочки на куртке был волос, ты была занята спором со мной про мороженое и закатыванием глаз, и я его взял. Даже в вашем захолустье в субботу открыты лаборатории, а за деньги они умеют работать быстро. Всего лишь организуют отправку образцов туда, где умеют делать анализы оперативно, но не суть. Главное, сегодня с утра я узнал, что у меня есть еще одна дочь и, получается, и второй сын. Что теперь ты мне скажешь, Настя? Что делать будем?

Алексей

Не знаю, в какой момент моя жизнь покатилась под откос.

Когда я жаждал отделиться от Снежаны и наших родителей и вложился в проект Мишки? Или когда пытался вернуть деньги, играя на бирже? Или, быть может, ошибкой был сам брак со Снежаной?

Женщины совершенно точно способны испортить жизнь. Я не просил ее рожать мне дочь, но она это долгое время преподносила, как великий подвиг, что автоматически делало меня ее должником.

Знаю, когда я совершил первую роковую ошибку! Когда вовремя не съехал от родителей и не перебрался в другой город, как мой старший брат.

Я считал его гордецом и дураком, раз он отказался пользоваться помощью отца в продвижении по карьерной лестнице. А он меня называл глупцом, променявшим свободу на золотую клетку.

Мы и в детстве плохо ладили, хотя родители нас запланировали с минимальной разницей в возрасте, чтобы мы были товарищами по играм. Да только мы не были, даже в детском саду. А во взрослой жизни отдалились друг от друга окончательно.

Андрей постепенно сделал себя сам, приобрел квартиру, женился, обзавелся детьми по собственному желанию. Я же как плыл по течению, так и плыву до сих пор.

Прожигать жизнь, особо ни о чем не заботясь, было приятно. Да и не считал я себя нахлебником, никогда не считал! Я всегда хорошо учился и на работе во всем помогал отцу. Просто я никогда не думал о чем–то серьезном. Я и жениться не хотел так рано, но Снежана, в отличие от меня, та еще расчетливая стерва.

Вскоре она начала давать мне свободу, я жил в ее квартире лишь несколько дней в неделю. Не знаю, чем она занималась в мое отсутствие, возможно, тем же самым, что и я, но только и в этом снова я оказался самым косячным из нас двоих. Я поддался очарованию Насти.

– Сегодня у нас акция, покупаете большой американо, получаете лимонный чизкейк в подарок, – произнесла она, стоя за кассой в кофейне в первый день нашей встречи.

Да, я до сих пор помню ту фразу в деталях. У меня отличная память, я бы не назвал ее абсолютной, как у иных уникумов, но все же она значительно более развита, чем у большинства жителей нашей планеты. И эта память является одновременно моим даром и моим проклятием.

Так же я помню, что сначала презрительно скривился, взглянув на Настю. Я никогда не уважал обслуживающий персонал. Но смазливые и легкодоступные девушки меня привлекали в независимости от их уровня интеллекта.