Чтение онлайн

Наконец последняя вещь была стянута. Эмирин отстранилась на секунду, глубоко вздохнула, словно перед прыжком в ледяную воду, и сбросила на пол своё белое платье, оставшись обнажённой. А потом легла на Дрейка, даже не поморщившись, когда он изо всех сил сжал её талию и уткнулся носом в ложбинку между грудей.

– Прости, прости меня, – жаркий, больной шепот. Сколько раз она слышала его за эти десять лет? Наверное, больше тысячи… – Прости меня, Эмил…

– Ну что ты, Дар. Всё хорошо.

Дрейк знал, что она врёт. И Эмирин тоже догадывалась, что он об этом знает. Но в этой ситуации она не могла поступить иначе.

И она позволяла ему целовать свои губы, сжимать грудь, ласкать спину, живот и бёдра… Она позволяла ему всё. А он брал всё, что она ему позволяла, потому что тоже не мог иначе. Ведомый проклятьем, Дрейк знал – единственное, что он может сделать, чтобы облегчить боль Эмирин – это просить прощения.

И он просил. Целовал – и просил прощения, ласкал – и просил прощения. Двигался в ней – лихорадочно, резко, агрессивно – и просил прощения.

А потом приходило наслаждение. Наслаждение только для него одного. И Дрейк сжимал в объятиях женщину, которая спасала его от смерти уже целых десять лет, чувствуя себя самым большим мерзавцем на свете.

– Я каждый раз надеюсь, что до этого не дойдёт, – прошептал он, заглядывая в её глаза, когда пелена перед его собственными глазами спала. – Я клянусь тебе, что сопротивляюсь до последнего…

– Не нужно, Дар, – Эмирин улыбнулась. – Ты ведь знаешь, чем сильнее сопротивляешься, тем больше шансов у проклятья победить твой разум окончательно и бесповоротно.

– Тебе… не больно?

Она вздохнула. Каждый раз Дрейк задавал этот вопрос, и каждый раз она лгала.

– Нет, не больно.

Обычно после этого он молча ложился на постель, обнимал её и засыпал. Но почему-то не сегодня…

– Ты ведь врёшь, Эмил. Я же знаю.

– Мои чувства не имеют никакого значения. Ты должен понимать, это единственный шанс…

– Порой я думаю, что не нужно было использовать этот шанс. Лучше бы я умер.

– Не говори глупостей, – в голосе Эмирин послышалось раздражение. – Давай спать. Завтра рано вставать.

Несколько секунд он ещё вглядывался в её лицо, а потом лёг рядом, провёл кончиками пальцев по щеке женщины, и закрыл глаза.

И почти тут же уснул.

Эмирин тоже хотела бы уснуть, но не получалось. Каждый раз после близости с Дрейком она не могла спать. Уговаривала себя, что это как лечение, медицинская процедура, а она лекарь. Но не помогало.

Иногда она просто старалась не думать. Отключить голову – и спать. Она же маг Разума, кхаррт её разбери! Но и так не срабатывало.

Оставалось только лежать, думать и… вспоминать.

Вспоминать, как десять лет назад Дрейк ввалился в её дом в Арронтаре – дрожащий, с испариной на лбу, и легче ему становилось только в её присутствии. Тогда они ничего не поняли… Проверяли эльфа на самые разные болезни, пока не обнаружили на нём метку проклятья.

Проклятья смертельной одержимости.

Дрейку было суждено сходить с ума от желания обладать Эмирин. И в конечном счёте он должен был совсем потерять голову, свихнуться и умереть.

Они так и не узнали, кто именно наложил проклятье, хотя и пытались. Но оно оказалось очень сильным… и снять его никто так и не смог. Только замедлить действие. Но какой ценой…

Эмирин вздохнула и закрыла глаза. Так думать – эгоистично, ведь она спасает жизнь своему лучшему другу. Но при этом разрушает свою…

Два года назад она была вынуждена фактически уйти от своего мужа. Она сама приняла это решение, и Нарро поддержал её. Теперь они виделись редко… и каждая встреча была переполнена горечью. Нарро всё понимал и никого не упрекал – ни Эмирин, ни Дрейка – но смотрел на неё так, что сердце разрывалось. Она так хотела вернуться к нему… Но не желала мучить своего мужа, заставляя того терпеть присутствие другого мужчины рядом с ней. Она вернётся, как только они с Дрейком снимут проклятье… если Нарро примет её.

Нужна ли она ему теперь? О Дарида, иногда Эмирин чувствовала себя такой грязной…

… Тонкая ниточка серебряного браслета на её руке потеплела, а потом начала обжигать. Эмирин вскочила с кровати и принялась натягивать на себя платье.

– Что случилось? – пробормотал Дрейк сквозь сон.

– Император вызывает. Спи, я скоро.

– Капризный мальчишка, – буркнул эльф перед тем, как вновь провалиться в сон. Эмирин только улыбнулась и покачала головой.

Велдон… Он не был лишён недостатков, но капризным мальчишкой она бы его не назвала. Если понадобится, Велдон сможет спать на снегу, питаться одним хлебом и пить воду из лужи. Он был таким, как все Альтерры – крепким, как камень. Но и упрямым…

Эмирин очень любила Велдона. Несмотря на все его ошибки.

Одевшись, профессор Аррано прокрутила серебряный браслет вокруг своего запястья три раза и постучала по одному из звеньев. Почти тут же перед глазами поплыл туман, а пол на мгновение ушёл у неё из-под ног.

Комната, в которой оказалась Эмирин пару секунд спустя, была очень плохо освещена, но женщину это не смутило – она прекрасно видела в темноте. Увидела она и сидящего прямо перед ней в кресле Велдона, который задумчиво вертел в руке маленькую булавку из тёмного металла с небольшой жемчужиной на конце.

– Тебе не кажется это странным, Эм?

– Что именно? – она подошла ближе и села в соседнее кресло.

– Амулеты Триш до сих пор работают. Она сама давно умерла, а её амулеты…

– Артефакты, Вел, – поправила императора Эмирин. – Ты же знаешь, что она делала исключительно артефакты. И делала их так, чтобы они продолжали работать и после её смерти. Что это за булавка? Я никогда её не видела.

– Это не удивительно, – он поморщился. – Я и сам о ней забыл, вспомнил только сегодня. А она всё время была тут, среди книг. Триш тогда сказала, что если во дворец проникнет каким-либо путём некто без приглашения, я это почувствую. И я это почувствовал… сегодня ночью. Примерно час назад.

– И кто же это был?

Велдон усмехнулся.

– Тебя больше интересует – кто? Не как? Ведь это же гораздо интереснее, Эм.

– Меня всё интересует. Но ты вместо того, чтобы рассказать, разводишь тут какую-то таинственность.

– Не злись. Я просто немного в растерянности… Но начну я всё же не с того, кто, а с того, как. Через портальное зеркало.

– Что?! – Эмирин удивлённо распахнула глаза и вцепилась в ручки кресла выпущенными когтями. Такое с ней всегда случалось в минуты исключительного волнения.