Чтение онлайн

Я превратилась в слух, уставившись широко раскрытыми глазами на задумчивое лицо Мартина. Но вдруг он повернулся ко мне с улыбкой.

— Увидев тебя, я решил вспомнить былое. Ты мне показалась не такой, как другие. И я не ошибся. С тобой было интересно играть. Я вошел в кураж.

Болезненные воспоминания, всплывая в голове вместе со словами Мартина, разбередили старые раны, и я с силой сжала бортик. Нет, нужно держать себя в руках — не сорваться, не перебить Мартина возмущениями. Ведь он так редко раскрывает свою душу.

Я лишь ухмыльнулась ему в ответ, и он продолжил:

— Игра с тобой заняла все мои мысли. Не зная тебя, я старался просчитать каждую твою возможную реакцию и повернуть ситуацию в свою пользу. Когда ты меня удивляла, я заводился еще сильнее и еще больше думал о тебе. Мне все нравилось, было интересно и весело, пока я не испугался: мы можем привязаться друг к другу. Это явно меня не устраивало. Я хотел иметь возможность в любой момент выйти из игры с минимальными потерями.

В следующий миг Мартин опустил голову и несколько секунд молчал.

— Я даже не знаю, в какой момент зашел слишком далеко. Но как-то я осознал, что выйти из игры уже не смогу. Да и не было это больше игрой. Сам того не желая, я вляпался в то, от чего столько времени убегал.

Мое сердце встрепенулось и быстро-быстро застучало. Если я правильно поняла Мартина, то… Нет, не может быть. Мне не верилось. За прошедший месяц я уже смирилась с безответной любовью и радовалась тем крохам, которые мне везло поймать. Его улыбка, его голос, зовущий меня по имени, его присутствие — все это делало меня счастливой. Я отказалась от большего. И теперь…

Слова Мартина вырвали меня из размышлений.

— Я даже пытался уберечь тебя от себя, ведь не хотел снова заставлять тебя страдать. Под руку подвернулась эта история с заключением. Я решил, что ты, наслушавшись гадостей обо мне, точно меня возненавидишь и больше не захочешь видеть. Я бы сбежал из-под конвоя, и мы действительно больше бы не встретились. Но… Ты набралась наглости припереться ко мне в камеру!

Он внезапно метнул в меня рассерженный взгляд, и я мигом отвела глаза.

— Но дело не только в этом… — продолжил Мартин спокойным голосом. — Я не мог понять, почему ты так стремишься мне помочь. Знаешь, — сдавленный смешок вырвался из его груди, — не помню, чтобы кто-нибудь когда-то так переживал за меня. Твоя самоотверженность тронула меня гораздо сильнее, чем слова о любви. Меня поразило то, что ты ничего не требовала взамен. Я растерялся…

Я, как сейчас, помнила ту ночь и то утро. Тогда я впервые в жизни призналась в любви и так сильно беспокоилась за кого-то. Шрамы на сердце заныли тягучей болью. Они так окончательно и не зажили. А заживут ли когда-нибудь? Что должно произойти, чтобы они наконец-то исчезли?

— Желание тебе помочь было таким естественным для меня, что я не понимаю, почему ты так удивился…

Взяв за плечи, Мартин развернул меня к себе и вперился в глаза пристальным взглядом, от которого внутри меня содрогалась душа.

— Но тебе ведь хотелось, чтобы я был рядом?

— Хотелось… и хочется. Но…

Он крепче сжал мои плечи и нетерпеливо спросил:

— Что «но»?

Я потупила взор. Страх холодком пробежался по спине. Но что, если все повторится? Чем сильнее я буду его любить, чем ближе он будет ко мне — тем больнее сможет мне сделать.

— Но мои желания не имеют никакого значения. Что ты хочешь от меня? Снова услышать признание? Да, я люблю тебя, даже сильнее чем прежде. Что-то еще?

Мое тело тряслось мелкой дрожью, когда я подняла взгляд к его лицу.

— Мне жизни не хватит искупить свою вину, да? — горько спросил он.

Почему-то мои глаза наполнились слезами. Я быстро заморгала, стараясь их прогнать. Сердце, охваченное эмоциями, разрывалось в груди. Мелкие разряды тока пронзали кожу на плечах, за которые по-прежнему держал меня Мартин. Морской ветер больше не дарил прохладу — он леденил. Мне невыносимо хотелось согреться в объятиях.

— Ну вот, я снова довел тебя до слез…

Он нежно провел пальцем по моей щеке, вытирая след скатившейся слезы.

— Я не хотел, честно. Черт, не надо было ворошить прошлое. — Мартин отвел напряженный взгляд в сторону. — Но, я уверен, что должен был хоть немного объяснить свои поступки. Когда ты спросила меня, люблю ли я тебя, то я не ответил лишь потому, что не был готов к такому вопросу. Мне надо было убедиться в своих чувствах и обдумать последствия своего ответа, а лгать я не хотел.

В один миг мне показалось, что слезы высохли. Я ошарашенно уставилась в глаза Мартина, которые до сих пор смотрели куда-то вдаль. Мой рот открылся в немом звуке, в мыслях творился полный бардак.

— Что? — искоса взглянул на меня Мартин. — Думала, что ты мне совершенно безразлична?

В ответ я несколько раз моргнула.

— Серьезно?

— Именно так ты себя и вел.

Его лицо приблизилось к моему, а глаза, казалось, заглянули в самую душу.

— Будь ты мне безразлична, я б тебя, как минимум, сюда не приволок. А как максимум — давно оставил бы в покое. Но не могу. Потому что люблю тебя, глупенькая.

Мое сердце пропустило несколько ударов так точно. Не успела я опомниться, как губы Мартина настойчиво прижались к моим. Внутри меня вспыхнул огонь и объял все тело жаром. Я приоткрыла рот навстречу поцелую, поднимая руки и смыкая их за спиной Мартина. Горячий язык нетерпеливо проник в мой рот, а сильные руки резко притянули меня к крепкому телу. В мою голову ворвался сладкий туман, растворяя собой страх, сомнения и пробуждая желания, которые так долго спали.

Мартин целовал меня с неудержимой страстью, его руки сжимали меня в пылких объятьях так, что я теряла рассудок. Лишь сейчас я поняла, насколько безумно соскучилась по этому человеку. Его страсть доказывала, что он скучал не меньше.

Мы не могли оторваться друг от друга. Его руки уже забрались под мою блузку и доводили меня до исступления, двигаясь по разгоряченной от прикосновений коже. Я распалилась до предела — низ живота требовательно ныл приторной болью, мне хотелось сорвать с Мартина одежду и прямо здесь, на палубе, отдаться ему.

Через разделяющую нас ткань я чувствовала его напряженный от желания член и принялась недвусмысленно тереться о него. Мартин внезапно разорвал поцелуй и прошептал:

— Тише, любимая, не то я сейчас не сдержусь. А у нас осталось одно незавершенное дело.

От произнесенного им слова «любимая» мне показалось, что один из шрамов на сердце мгновенно исцелился. Но «незавершенное дело» меня озадачило.

— Какое?

— Для начала ты должна согласиться стать моей девушкой.

Должна согласиться? Нет, вы только посмотрите на него, он даже не спрашивает, а констатирует факт. Злость мгновенно проснулась во мне и выпустила свои коготки.