Чтение онлайн

Дани не обращала внимания – она поглощала пиццу, обсуждая, почему именно она заслуживает эту роль, а не Тарин, хотя Тарин была ее лучшей подругой.

– Она не знает, как правильно брать высокие ноты. А надо вот так, – объясняла маме моя младшая сестра, зная, что мне до этого нет никакого дела. Она растянула рот в невероятно широкой почти-улыбке. – А потом укладываешь язык плоско – вот так, – добавила она, и ее язык, очевидно, стал плоским. – Вот так мои ноты и взлета-а-а-а-ают, – пропела она.

Я бросила на нее быстрый взгляд:

– Правда?

Дани улыбнулась мне в ответ с напускной невинностью, а затем откусила кусочек, особенно изобилующий грибами. Я скривилась.

– Что такое? – спросила она. – Джулс, тебя оскорбляет мой выбор продуктов? – подколола она меня, глядя на маму.

– Нет, – ответила я. – Я просто не люблю грибы, о чем, кажется, никто не помнит.

Мама, которая не отрываясь смотрела на скатерть и не съела ни кусочка, наконец взглянула на меня. Я уставилась на свой ломтик.

– Ох, прости, милая, – спохватилась она. – Я забыла заказать что-нибудь попроще.

– Неважно, я могу их убрать, – пошла я на компромисс, не желая вступать в спор по этому поводу.

Мамин взгляд переместился на листья руколы на ее тарелке, но она так ничего и не съела. Почему она была настолько не в себе?

– Мам, – начала я, отрывая кусочек корки от пиццы. – После ужина я хочу показать тебе сайт выставки, которую мы можем посмотреть в Чикаго.

Мама переключила свое скудное внимание на меня.

– Во время нашей поездки, – объяснила я. – Эти фотографы воссоздали культовые образы из классических голливудских фильмов с помощью афроамериканских моделей. Это выглядит очень круто.

У фотографов Омара Виктора Диопа и Антуана Темпе была потрясающая коллекция фотографий, которую мне очень хотелось увидеть вживую, а не только на экране ноутбука.

Мама изобразила на лице улыбку.

– Конечно, солнышко, – согласилась она и наконец принялась нарезать помидоры черри.

Я с нетерпением ждала этой поездки в Чикаго. Да, ради чистого восторга от поездки в новое место и посещения как можно большего количества музеев и галерей, но также и ради того, чтобы провести время с мамой. Мы с ней теперь практически не разговаривали наедине. Я понимала, что я уже подросток и не должна переживать по поводу недостатка общения с мамой, но мы так давно не болтали ни о чем просто так, и меня мучила тоска относительно того, что через несколько лет я уеду из дома – и, надеюсь, штата, – и совместное времяпрепровождение с мамой останется в прошлом.

– Хочешь, я приготовлю тебе макароны? – предложила мама.

– Нет, спасибо. – Мама иногда отвлекалась вот так на короткие промежутки времени, когда была сосредоточена на чем-то другом, и я не хотела доставлять ей лишние хлопоты.

Я старательно откусила кусочек от коржа пиццы – слоеное тесто было теплым и мягким. Взглянув на маму, я увидела, что помидор черри все еще наколот на ее вилку. Что-то определенно было не так.

– Мам, что случилось с Мэй? – спросила я. Может быть, если она расскажет мне о том, что произошло, это поможет ей успокоиться.

– Я бы хотела рассказать тебе больше, но Мэй сейчас требуется приватность, милая. – Это было все, что она ответила.

Ну и ладно. Мне нужно было думать о своем собеседовании в «Регале». Мне было не до того, чтобы беспокоиться о том, что тревожит мою мать. Я должна была завтра пройти собеседование с Себастьяном. Тогда у меня не только появится повод постоянно общаться с ним, но и Айзек отвяжется от меня со всеми этими внеклассными делами.

После ужина я расположилась в гостиной, чтобы сделать домашнее задание. Мэй была в моей комнате, а я еще не была готова окунуться в неоново-розовую среду обитания Даниэль с афишами музыкального театра и подростковыми видеочатами.

Несмотря на то что Мэй просто отдыхала наверху, ее присутствие создавало в нашем доме ощущение чего-то неправильного.

БЛИП, БЛИП.

Это был Айзек, звонивший по видеосвязи. Я приняла вызов на своем ноутбуке и обрадовалась, увидев на экране его лицо.

– Сеньорита, – поприветствовал он меня.

– Сеньор.

– Хочешь увидеть, как я произношу свою дискуссионную речь?

– Хочешь увидеть, как я вздернусь?

– Отлично, ты проиграла. И, надеюсь, Виктория Лю проиграет тоже, – добавил он голосом злого гения.

– Вы с ней в одной команде – ты должен перестать надеяться, что она проиграет.

– Неужели? – спросил он, только наполовину шутя.

– А то как же, – проворчала я, пролистывая свой Инстаграм [25] .

– Что тебя укусило за задницу?

– Фу на тебя! Ничего. – Я понизила голос. – Просто это был странный вечер.

Айзек наклонился к камере.

– Обычный вечер «я-подросток-и-жизнь-это-странно» или по-другому?

– Странный по-другому.

– Это как?

Я перешла на шепот.

– Значит так, когда я сегодня пришла домой…

Не успела я рассказать Айзеку о появлении таинственной Мэй, как услышала, что в прихожую вошел папа.

– Привет, пап! – окликнула я его, одновременно давая понять Айзеку, что я уже не одна.

– Привет, Джул-Джул, – крикнул отец в ответ, входя в гостиную и снимая галстук. Было видно, что он устал.

– Привет, старина, – пропел Айзек с монитора моего компьютера.

Отец наклонился, чтобы увидеть Айзека на экране.

– Как дела, Айзек?

– Не считая дебатов с моей заклятой врагиней Викторией Лю, которой я вытру пол, и попыток найти факультатив, чтобы включить его в университетское резюме вашей дочери, ничего особенного.

Уголки папиных глаз подернулись морщинками от улыбки.

– Что ж, продолжай в том же духе.

– Питер! – послышался из кухни напряженный мамин голос.

Мама влетела в гостиную, потом опомнилась.

– Прежде чем ты пойдешь наверх, мы можем поговорить минутку? – спросила она отца. Посмотрела на меня, потом добавила, обращаясь к нему. – На кухне?

– Конечно, – ответил он, направляясь к ней и целуя ее в губы.

– Бокальчик холодного? – предложила она, имея в виду пиво, которое, по всей вероятности, нальет отцу. Он последовал за ней на кухню, ответив:

– Да, пожалуйста.

Дверь за ними закрылась.

– С каких это пор твои родители устраивают тайные переговоры? – поинтересовался Айзек.

– Я тебе перезвоню, – отозвалась я, поспешно закрывая ноутбук, пока он не успел задать еще какие-нибудь вопросы.

Я на цыпочках прокралась к кухне и приготовилась подслушивать, стараясь не задеть распашную дверь.