Дьявол в сердце
Шрифт:
– Придётся терпеть, красавица… Потому что я хочу кончить… – прикусывая мои соски, он начинает свои движения, я выгибаюсь под ним дугой. Могла бы расцарапала ему всю спину… Но он меня, блин, приковал.
А теперь долбит так, что я дышу через раз… Жадно хапаю воздух после каждого нового толчка… И эти бёдра… Они такие мощные и крепкие… А ещё мне почему-то нравится, что он не до конца разделся…
– Боже… Камиль…
– Ты пульсируешь… Мокрая… Давай потрогаю…
Он кладёт пальцы на мой клитор и начинает тереть. А у меня сейчас в голове всё вертится как в калейдоскопе…
– Ещё… Камиль, ещё…
Я уже даже не думаю о том, что выгляжу, как домовёнок Кузя, и пахну так же… И что хотела писать… Вообще ни о чём не думаю… Только о том, как сильно хочу получить должную разрядку.
– Сучка, блин… Бесишь меня…
– Ты меня тоже… Кобель!
– Гадина…
Начинаем целоваться… Он сжимает мою грудь руками… Опускается ладонями до попы. Жадно оставляет следы на коже. Царапает… Нюхает… Проводит зубами по коже, как граблями, блин… И я приподнимаюсь на носочках, чтобы быть ближе к нему.
– Ненавижу тебя…
– А я тебя…
– Господи, так люблю, Камиль…
– И я тебя, малыш…
Никогда ещё не чувствовала что-то сильнее этого… Этой зависимости от человека. Такой тяги, от которой голова идёт кругом, и ты ощущаешь себя какой-то психичкой. С ним всегда так… И люблю, и ненавижу… Всё и разом. И как справиться с этими эмоциями, когда их так много? Они каждый день сменяются… И разрывают меня изнутри. Мы точно друг друга прикончим…
Он кусает меня, лижет… Ограничивает дыхание… Так плотно сжимает, закрывая мой рот ладонью, чтобы я не кричала… И у меня всё внутри взрывается. Мало того, что излишне эмоционально, так ещё и всё на пике из-за утреннего желания справить нужду… Господи, всё вибрирует.
– Камиль… Я сейчас… Я сейчас кончу…
– Нет, не кончишь… Плохим девочкам запрещено, – рычит на меня, а я выпрашиваю одним взглядом… И он всё равно продолжает трогать… Закручивая меня и вынуждая скулить под ним… Не могу сдержаться… Всё содрогается… И я, наплевав на его словесные ограничения, кончаю… Так громко и, можно сказать, мучительно…
Сжимаю его так сильно, что не уверена, что он вовремя успевает вынуть… Делает заключительные движения уже рукой… Разбрызгивая своё семя повсюду… На мой живот, лобок, губы… На всё… И мы такие мокрые…
– Господи... – выдыхаю, а он заваливается рядом. – Кам… Отпусти… Писать хочу…
– Да ссы ты уже здесь, не отпущу…
– Камиль! – ржу я, а он перехватывает меня за талию и снова целует… Смачно… Жадно и голодно… Вторгается в мой рот своим языком… Кажется, что загрызть меня хочет. И потом так же громко отрывается от моего рта.
– Будешь ходить с моей спермой на животе. Только попробуй смыть, – ворчит на меня, отстёгивая наручник.
– Ты дурак… Доброе утро. Блин!
– Доброе, красивая… И чё про этот Париж все пиздят… Тут воняет и грязно…
– Хах, – улыбаюсь я и бегу в туалет… Быстренько умываюсь, делаю свои дела… И уже предвкушаю, как нырну к нему в объятия, но замечаю небольшое пятнышко крови у себя на бедре… И меня это жуть, как волнует…
Месячные должны быть через три дня… Не могли же мы что-то там повредить… Или могли? Так нашоркались?
Выхожу к нему с ощущением какого-то дискомфорта.
– Камиль…
– На этот раз не отвертишься, нахрен…
– Нет… Кам… У меня что-то кровь… Немного…
– Какая ещё кровь? В смысле?
– В смысле между ног, блин! – пылю на него, потому что он тупит.
– Она что у тебя впервые что ли? Период созревания обошёл тебя стороной? Есть такие штуки, называются прокладки… Тампоны…
Даю ему по башке, и он замолкает, насмехаясь.
– Я не шучу… Немного, но… Надо быть поаккуратнее… Мы, наверное, дотрахались с тобой… Что аж повредили мне что-то…
– Считай, второй раз целку сбил, – стебётся он, а я кривлю губы от его дебильных шуточек. – Да я шучу… Понял я… Значит буду драть тебя в жопу…
– Как же ты бесишь меня! – выкрикиваю я и начинаю его колотить, а он уворачивается… Так и дерёмся с ним, будто сумасшедшие… Не на жизнь, а на смерть… Но я так его люблю, что не могу даже спать, зная, что мы в ссоре… Он нужен мне всегда… Даже вот таким вот извращенным придурком и наглым засранцем…
Глава 28.
Камиль Островский
Что могу сказать… Три дня во Франции… Хрен его знает, чё мне здесь больше не нравится. Влюбленные парочки или разочарование от видов…
Наверное, только она и привлекает… И отомстить-то толком не удалось, потому что она неважно себя чувствует. Нет, мы трахаемся, конечно… Всё с этим нормально… Но хотелось жёстче… Не просто обкончать всё её красивое лицо, а сделать так, чтобы она давилась моим членом. Однако, сотворить это я всё же не смог… Как бы не грозился…
Тем более, мы наконец-то начали разговаривать… И у меня назрел сюрприз для неё… Я, правда, ещё не знаю с какой стороны подобраться… Но уже позвонил матери и занял у неё бабла для того самого… И бархатная коробка, надёжно спрятанная в сумке уже ждёт своего часа с того самого момента, как я якобы удалился нам за свежими круассанами в именитую кофейню… Потому что не вижу смысла тянуть. Чем быстрее она скажет мне «да» и наденет на палец кольцо, тем всё станет проще… Ну, я так думаю…
А сейчас уже ночь, и мы валяемся в постели с четырёх часов дня, так как с утра прилично нагулялись по городу.
– Кам…
– М?
– Как думаешь… Всё могло бы сложиться иначе… Ну, с мамой и твоей сестрой… Чья-то злая шутка…
– Не знаю… Чё уже думать об этом? Сложилось так, как сложилось… – перебираю в руках её волосы, которые россыпью накрывают мою грудную клетку, пока она лежит на ней. Обожаю так делать… Это меня успокаивает. И я уже не думаю о том, что случилось с нашими семьями. Я оставил это в прошлом… Да и Настя уже не так резко реагирует на всё…
– Ты так и не звонил той девушке… – напоминает, вынуждая насупиться. Я вообще сейчас о другом думаю… О том, как бы поэффектнее сделать ей предложение… А она мне про всяких шлюх вещает…
– Не звонил, Насть… Из России позвоню… Возможно…
– Позвони… Так нужно сделать, – настаивает она, чем бесит, конечно. Но я же обещал.
– Лаааадно… Ты мёртвого доканаешь…
– Прекрати, – хмурится она. А я беру её ладонь и целую.
– Тебе всё ещё плохо?
– Мне не плохо… Просто странно как-то… Не знаю, как объяснить… В общем, не важно… Пойду к терапевту, когда вернёмся… Наверное, стресс… И перелёт ещё…