Чтение онлайн

Мария, в свою очередь, задавалась вопросом, почему Витольд не идёт дальше эротических упражнений, не спешит устроить праздник не только души, но и плоти. Почему не предлагает секс-интим. Обычно мужчины из её практики отношений с ними всеми правдами и неправдами стремились наискорейшим образом реализовать, именно, секс. А о духовных отношениях как-то забывали или не хотели понимать, что для женщины они важны, потому что поднимают её значимость, её самооценку в собственных глазах. Поведение Витольда интриговало её и, в то же время озадачивало. В чём тут дело? Ведь он явно увлечён ею, она его возбуждает. Мария давно не девочка и хорошо разбирается в поведении мужчин. Он, ну никак не похож по всем манерам и повадкам на застенчивого неумеху или неопытного, начинающего обольстителя. Своим особым шармом вести беседы с ней, с двусмысленными тонкими пассажами, приводящими её в восторг, своими прикосновениями к эрогенным зонам её тела, ласками и поцелуями он возбудил в ней острое желание интимной близости с ним. А его ухаживания чего стоят: цветы, походы в театры, на концерты, художественные выставки, прогулки по городу. Сколько нового и интересного она почерпнула из его рассказов по истории города, его архитектуры. "Так в чём же дело? Может быть он связан семьёй, другой женщиной? Нет, я бы это почувствовала. Может быть, жилищные условия не позволяют: живёт с родителями в одной комнате? Но ведь существуют гостиницы. А что, если я приглашу его к себе? Сильный ход. Куда ему тогда деваться? Ну, разрешу я эту задачку",- решительно настроилась Марина.

XI 2 День рождения Марии

В этот знаменательный день Витольд пригласил Марию на свидание в Михайловском саду в 14-00. Витольд знал, где жила Мария (он отвозил её домой в тот злополучный день из Эрмитажа, когда с ней случилась истерика возле картины "Кающаяся Мария Магдалина "). Мария жила недалеко от Михайловского сада, на набережной р. Фонтанки, у моста Белинского.

Витольд увидел Марию издалека. Она шла сияющая и счастливая по центральной аллее. Он бегом направился ей навстречу. Поравнявшись, обнял её и поцеловал. Затем вручил ей букет из пяти роз разных цветов красной, белой, розовой, бордовой, жёлтой.

– Мариша, это тебе. С Днём Рождения!

– Спасибо, Вит. Розы - чудо, как хороши, мои любимейшие цветы.
– Мария вдохнула аромат роз, склонив голову к букету и закрыв глаза.
– Каков аромат, словно ноты из пленительной красоты романса любви.

– Мария, ты удивительно тонко чувствуешь запахи роз. Я поинтересовался в интернете розами, их запахами. Некий Миллер, немецкий исследователь вот что написал: "Аромат розы подобен музыкальному аккорду, составленному из множества нот запахов, объединенных в одно гармоническое созвучие". Но твоё определение мне больше по душе, оно тёплое, чувственное, изысканное. Немецкое же точное, бездушное, механистичное.

– Спасибо, Вит, за высокую оценку моего обоняния, - Марина поднялась на цыпочки и чмокнула Витольда в щёку.

– Прежде всего, твоего ума, Мариша, и чувственного восприятия красоты... Витольд взял Марию за руку и повёл из сада к Спасу на крови. Вышли из сада, мимо Спаса, по мосту пересекли канал Грибоедова. Конюшенная площадь, Большой Конюшенный мост через Мойку. Переулком вышли на улицу Миллионную, по ней до Зимней канавки. И далее по канавке до р. Невы.

– Красиво как, - восторженно произнесла Мария: - Петропавловка, Стрелка Васильевского, Биржа, мосты, яхты.

– Да, уж, панорама красоты необыкновенной.

В этот день проходила какая-то спортивная регата. Акватория Невы была заполнена множеством спортивных парусных яхт. Разноцветные паруса всех цветов радуги создавали живописный колорит и праздничный настрой.

– А куда мы идём?
– вдруг спросила Мария.

– Пройдём в Эрмитаж, там есть нечто исключительное. В этот знаменательный день стоит на него взглянуть, ты не пожалеешь.

– Заинтриговал, пошли.

Они прошли в Эрмитаж, поднялись на второй этаж и прошли в зал, где представлены картины Франсиско Гойи.

Витольд подвёл Марию к картине "Портрет Антонии Сарате".

– Вот, Мария, это любимейший мой портрет. Я от него без ума. Он мне является в грёзах.

– Витольд, милый мой, так утончённо и изысканно в любви мне никто не объяснялся. Твой подарок бесценный. Я буду носить его в сердце.

Она обвила шею Витольда и с чувством поцеловала его в губы.

– Я теряюсь в догадках, откуда такое сходство между вами?
– спросил Витольд.

– Этому есть объяснение. Портрет Антонии и мой любимейший, поскольку он словно копия с меня. В нашей семейной хронике есть предание: двоюродный брат Антонии дон Антонио Хуан Карлос служил офицером в армии Наполеона. После похода в Россию дон Антонио попал в плен к русским. Но будучи молодым, предприимчивым человеком попросился на службу в русскую армию, в кавалерию. Боевого офицера, прошедшего огни, воды и медные трубы, зачислили в состав армии, не мудрствуя лукаво. Дон Антонио успел поучаствовать в Западной кампании русских войск и закончить войну в Париже. Был он строен, красив и горяч в любви. Умудрился в Париже найти испанскую девушку по душе и увести её в Россию в качестве жены. Обосновались они в Санкт-Петербурге. Так возникла веточка Сарате, к которой принадлежу я. Со временем фамилия Сарате трансформировалась на русский лад в Сирота. Так вот, я Марина Сирота, если угодно Сарате. А удивительная моя схожесть с Антонией - игра генов, чему я безумно рада. На портрете Антонии 33 года. Ей осталось жить всего 3 года. Она умерла в 36 лет от чахотки. Я моложе её портретного изображения на 10 лет. Мне сегодня 23 года.

– Н-да... Удивительная история. Красивая, необычная.

У меня всё проще. Мой далёкий предок по мужской линии белорусский казак атаман Бируля. Служил литовскому Великому князю. Успешно участвовал в войне против войск русского царя Ивана Грозного. За боевые заслуги литовский князь пожаловал ему дворянский титул и угодье Беляницы, где он, собственно, родился и вырос. Получил приставку Беляницкий к своей фамилии Бируля. Далее история семьи размылась во времени и при советской власти, на всякий случай, не вспоминалась. Мои корни и родословная из тех мест.

Они ещё немного погуляли по залу, посмотрели картины Ф. Гойи и Витольд повёл Марину на выход. Дворцовая площадь. Они прошли на набережную р. Мойки и направились в сторону Марсова поля.

– А теперь мы куда?
– спросила Мария.

– Тайна, покрытая мраком, - улыбнулся Витольд.

– Уж, не в темницу ли Данаи, покрытую мраком?

– Я не твой отец, чтобы тебя упрятать, и ты не беременна.

– Пока. Но ты мой Бог, если постараешься..., за мной не постоит, - Марина рассмеялась.

– Мария, с тобой не соскучишься, умеешь неожиданно смутить. Это, как окатить ушатом холодной воды. Бодрит.

– Я хочу, чтобы ты омыл меня своим светом и осветил мою душу.

– Это моё призвание и профессия входить в души людей и освещать их.

– Витольд, я о нас с тобой. Я, как Даная, жду не дождусь тебя. Через художественный образ хотела придать нашим отношениям романтический характер.

– Терпение, Мариша, терпение, я на пути к тебе ...

– Как здесь красиво и тихо, - сказала Мария, окинув взором набережную р. Мойки.

День близился к концу. Но в пору Белых ночей было светло, словно день и не собирался сдавать свою смену. Уходящее солнце освещало дома, отражаясь яркими, жёлтыми бликами от их окон. Река в гранитных берегах замерла: ни волнения, ни ряби.

– Какой-то волшебный, таинственный город, - продолжила Мария.

XI 3 Мужчина и женщина

И вдруг неожиданно, без связи с предыдущим настроением:

– Витольд, почему ты не пригласишь меня для интимных отношений? Я истомилась в ожидании откровения.

Она остановилась и обвила Витольда за шею, прижимаясь всем телом к нему.

– Я словно Даная жду Света, когда придёт мой Бог и увлечёт меня в прекрасный, волшебный мир, - шептала Мария.

Витольд обнял её за талию и шёл молча. Вскоре он увлёк её в подъезд дома, с которым они поравнялись и стали подниматься вверх по лестнице.

– Витольд, куда ты меня тащишь?

– В волшебный мир.

– Ты смеёшься надо мной. Я привыкла к твоим парадоксам, но здесь пахнет кошачьей мочой. Ты хочешь здесь, в подъезде, в антисанитарных условиях меня оприходовать? Витольд, я была лучшего мнения о тебе, ты уронил себя в моих глазах.