Чтение онлайн

Я смотрел на Каш'шшода - и понимал, что он не шутит. Что один из величайших за всю историю Империи Артх'хдеа Мезуту'а Холл действительно умирает, и что от его болезни нет ни лекарства, ни спасения.

– Б'ясседа!- я услышал свой собственный голос. Каш'шшод кивнул:

– Последняя стадия. Распад нервных тканей с каждым днем идет все быстрее. Целители считают, я проживу максимум пол-Оборота. Я надеюсь, они преувеличивают раза в два!

– Б'ясседа творит странные вещи с разумом, - продолжил он в тишине, прерываемой лишь треском костра.
– Сперва прекращают работать болевые центры - и ты возносишь хвалу Ушедшим, потому что твое тело больше не сгорает в беспощадном, терзающем тебя ежесекундно огне. Но потом ты понимаешь, что умерло еще что-то: что дает тебе ощущать сострадание, жалость, гнев. Нет боли, но нет и страсти, нет чувств - остается только голый, холодный рассудок. Я знаю, что должен чувствовать ветер, прохладу земли, вязкость песка - но для меня теперь это всего лишь слова. Я смотрю на своих детей и знаю, что должен чувствовать радость, любовь к ним, но не чувствую ничего.

Файрра и Месстр молчали.

– А вы не думали...

– Думал, - угадал мою мысль Артх'хдеа Мезуту'а Холл.
– И Месстр предлагал мне то же самое. К тому моменту, когда ты прибыл, это решение казалось мне вполне подходящим. Возможно, когда мы разберемся с тобой, я так и поступлю: в один прекрасный день, на вот таком берегу встречу свой последний рассвет. Надеюсь, Ушедшие поймут мой выбор, - Каш'шшод негромко хмыкнул, вытирая губы белоснежным платком.
– Думаю, с этим разобрались. Еще вопросы будут?

Я молчал - не знал, что говорить. Каш'шшод меньше всего походил на килрача, нуждающегося в сочувствии.

– Хорошо. Тогда первое: сегодня ты покинешь и Шенарот, и территорию Империи. Здесь тебе больше нельзя оставаться.

Чего-то подобного я подсознательно ждал еще с того момента, когда увидел спускающийся к острову корабль, но все равно вздрогнул.

– Это не обсуждается?

– Маршрут - не обсуждается; про причины поговорим позже!
– подтвердил Каш'шшод.
– Дальше: Файрра сказала тебе, что твою память сканировали. Все здесь с результатами сканирования знакомы - потому сэкономить время. Месстр?

Сын Каш'шшода сощурился, коснулся своего коммуникатора. Перед нами появилась голограмма р'руга, замерцала и лишилась обшивки. Рядом побежали столбики данных.

– Мы провели ряд экспериментов. Теоретически, р'руг может быть выведен из строя таким образом. Для этого не нужно много времени - достаточно заменить один из кристаллов в рабочем контуре стабилизатора. Если определенным образом отрегулировать новый кристалл, то крушение произойдет в точно определенный момент.

Я скрипнул зубами, уставившись Месстра. К его чести, взгляд он не отвел.

– У р'руга нет внешнего доступа к двигателю!
– процедил я.

– Добраться можно с помощью массера. Если уметь обращаться с ним - без анализа на молекулярном уровне никто ничего не заметит. Другого способа нет. Разве что внести изменения в конструкцию непосредственно в Пещере синтеза.

– А заказ на синтез именно этого р'руга был?

– Нет.

Чем дальше, тем хуже: неужели то, во что я боялся поверить, таки окажется правдой?! Неужели... неужели Сенаш...

– Не делай преждевременных выводов, - впервые подала голос Файрра, чутко отреагировав на мои чувства: эмпатическая нити, связавшие нас ночью, еще не распались окончательно, позволяя ей чутче и быстрее других воспринимать мои эмоции - равно, как мне - ее.
– Мы пока ничего не знаем наверняка.

– Не совсем так, - поправил ее Месстр.
– Мы знаем, что р'руг был намеренно выведен из строя с таким расчетом, чтобы рухнуть в Леса горроп. Мы знаем, что в переданном дочерью Ургахейма футляре оказалась приманка для горроп. Мы знаем, что по какой-то причине, системы наблюдения "Сеннек-Айг" выдавали ложную информацию о полете р'руга.

– Ты уверен насчет р'руга?
– посмотрел на сына Каш'шшод.

– Вероятность самопроизвольного резонанса стабилизаторов - ноль! отчеканил Месстр.
– При определенно подобранных условиях - чего-то подобного добиться можно. Но все равно - должна быть внешняя причина. У двух факторов есть общее звено - младшая дочь тушд-руала Ургахейма.

– Но с "Сеннек-Айг" она никак не связана, ведь так?
– спросила Файрра. Я удивился: они что, только сейчас собрались обсудить все? Или... или это все для меня?

– Мы разделили обязанности, - пояснил Каш'шшод, заметив мое удивление.
– Месстр занимался технической стороной, Файрра разбиралась с тобой. И, как ты понимаешь, свободного времени не имели для бесед. Продолжай, Месстр.

– По предварительным данным на "Сеннек-Айг" произошел конфликт в логической матрице ядра. Запись после последнего сеанса связи - это моделирование полета до точки назначения. Почему ядро запустило моделирование - неизвестно.

– Связи не было, - глухо произнес я, вспоминая мгновения шока, когда понял, что падаю в Леса горропы без связи и возможности позвать на помощь. Сразу после отправки запроса о состоянии атмосферы над хребтом, все вышло из строя.

– Это знаешь ты, это знаем мы, - равнодушно заметил Каш'шшод. Остальные такого удовольствия лишены.

Я почувствовал, что начинаю закипать:

– И вы не намерены ничего делать, чтобы разубедить их?

Мой гнев Каш'шшод проигнорировал:

– Что ты предлагаешь? Открыть тебе доступ в общеимперскую сеть - и что ты скажешь? Правду? А ты знаешь ее, правду?

– Я знаю...
– рявкнул было я...

...полупрозрачная фигура передо мною, отшатывается, теряет равновесие... Впаянный бесчисленными тренировками и учебными боями разворот на месте, удар вслепую назад... Жесткий, тупой толчок, передавшийся через оружие в кисть, сдавленный стон из-за спины...

– Держи его!
– резкий окрик Каш'шшода. Толчок в грудь. Удар спиною о песок. Слаженные ментальные потоки брата с сестрой, помогающие прийти в себя, сбросить дурман видения.

Как и ночью, во время танца с Файррой, я словно был в двух мирах: сидел у костра, собираясь высказать Каш'шшоду все, что я думал - и сражался, где-то, где все было красным и черным. Но ночью меня всецело захватил поединок, и магия танца оказалась сильнее прорвавшегося сквозь пелену забвения воспоминания. Сейчас же я чуть не свалился в огонь - пламя костра успело лизнуть лицо.

– Лежи спокойно!
– прикрикнула Файрра, надевая мне на руку браслет-инъектор; ее брат жестко фиксировал меня, не давая шевельнуться. "Лежи спокойно!" - я бы с радостью, но кашель от дыма костра и не думал проходить.

Запястье кольнуло - и почти сразу же по руке вверх поползла приятная теплая волна. Файрра тем временем подсунула мне под нос какую-то мерзость: на минуту-другую ее запах вышиб из головы все мысли, но кашель почти сразу же прошел.

– Файрра?
– все это время Каш'шшод неподвижно сидел на своем месте, наблюдая за нами.

– Воспоминания прорывают блокаду. После сегодняшней ночи процесс резко ускорился.

Я жадно глотал воздух, не делая особых попыток подняться.

– Что ж, этого стоило ожидать, - Каш'шшод помедлил, потом вздохнул. Ты знаешь, что делать.

Файрра кивнула сперва отцу, потом Месстру; тот отпустил меня и вернулся на свое место. Она открыла небольшой контейнер, который я заметил только сейчас, и достала сверкающую зеркальными гранями пирамидку. Верх пирамиды раскрылся в руках девушки. Она осторожно поставила ее передо мною на песок.