Чтение онлайн

Машина в это время уже неслась по Таганке в сторону выезда из города.

— Хорошо, Арсений Николаевич. Все, прошлое — забыли. Хотя резкость ваших слов мне неприятна. Просмотрите вот это. Перед серьезным разговором.

Тарханов раскрыл коричневую кожаную папку и прочитал княжеский рескрипт о производстве в чин полковника и награждении званием Героя и орденом Святого Георгия.

— Все понял, спасибо. В смысле — «Служу Отечеству!». И что дальше? Теперь уж точно можем разговаривать на равных.

— Теперь — не торопитесь. Спокойно порадуйтесь, и все. Остальное — чуть позже. Скажу честно — хотел бы оказаться сейчас на вашем месте. У меня, как видите, служба идет хуже.

Сергей не столько радовался, сколько раздумывал, что за всем этим последует.

Наконец машина въехала через хорошо охраняемый КПП на территорию обширного городка, поближе к воротам похожего на дачный поселок, но на опытный взгляд — совершенно военного объекта. Хотя бы потому, что Тарханов заметил несколько полос проволочного заграждения, делящего территорию на локальные зоны, не слишком тщательно замаскированные бункера с пулеметными амбразурами, а в глубине территории многоэтажный корпус синего стекла, возле которого рассредоточенно стояли несколько бронетранспортеров последней модели.

Насколько он мог судить, все это более всего напоминало базу примерно бригадного масштаба или окружной военно–учебный центр.

«Вихрь» зарулил на стоянку позади неразличимо похожего на остальные в этом квартале кирпичного домика.

Савичев пригласил Тарханова войти.

Как Сергей и ожидал, на первом этаже, в большой, жарко натопленной комнате, был накрыт обеденный стол. На двоих.

Разделись, сели, выпили по рюмке холодной водки, начали с густых мясных щей.

Далеко не банкет, поскольку, кроме поданного вестовым с сержантскими погонами первого, на столе стояли только селедочница и тарелки с хлебом, солеными помидорами и капустой.

Чтобы много о себе не воображал новоиспеченный полковник. Или другого на здешней кухне просто не готовили.

— Так все же? — спросил он, опрокинув вторую без тоста.

— Вы ешьте, ешьте, — ответил Савичев. — Что за манера гнать лошадей? Я так уже сутки ничего не ел и не пил.

— Неужто и столичным полковникам приходится в таком режиме службу нести?

— Что вы о столичной службе знаете? — огрызнулся Савичев. — Я б, может, с большим удовольствием тоже в нормальном гарнизоне послужил. Хотя бы и командиром полка.

Тарханов ему поверил. Так не сыграет «паркетный шаркун», как выражались в старое время.

Когда хозяин насытился первым блюдом и велел подавать второе, тушеную свинину с картошкой (ну, точно из офицерской столовой), Тарханов, ковырнув вилкой, свою тарелку отодвинул. После вчерашнего ужина в ресторане — не идет.

Закурил и стал смотреть, как ест хозяин. На самом деле оголодал человек. Чем же они тут вправду занимаются. Не война чай. А может быть, и война, кто их знает…

— Значит, так, Арсений Николаевич, — сообщил Савичев, после волокнистого мяса воспользовавшись вместо зубочистки спичкой и начав отхлебывать кофе из большой фарфоровой кружки. — Должность вам сейчас предлагается чисто солдатская. Готовы послужить на благо Отечества, сообразно своим личным способностям? Чины ваши останутся при вас, но сейчас — рядовым.

— Рядовым, это в смысле как? В строевой роте, наподобие разжалованных декабристов, или несколько иначе?

— Разумеется, иначе. Как господа белые офицеры в Корниловской и Марковской дивизиях служили. Капитаны и подполковники, в снегу, в грязи, цепями в штыковые атаки. У нас здесь тоже есть подразделения, где только офицеры служат. В массе, конечно, поручики и штабс–капитаны, но отчего бы и вам не попробовать? Кстати, часть, куда я вас приглашаю, по штату как раз к Корниловской дивизии имени Лавра Георгиевича и относится. На параде сможете черным мундиром с черепом на рукаве щегольнуть…

Зато и другую службу тоже попробуете. Настоящую службу. Мы уже знаем, что вы великолепный солдат, умеющий такое, что нашим бойцам и не снилось. Вот и постараетесь им помочь, поучить настоящей работе. А уж там, дальше, все будет соответственно.

Кстати, этот домик закреплен за вами. Казарменный режим здесь только по специальному приказу вводится. А с вашим новым командиром, если об остальном договорились, я вас сейчас познакомлю.

Тарханов по уже десятилетней привычке знал, что спорить и торговаться с начальством бессмысленно, прогадаешь в любом случае, а вот согласиться — никогда не вредно.

— Зовите, что же еще?

Однако то ли с мимикой Тарханов не справился, то ли с интонацией, но полковник среагировал сразу.

— Только очень прошу, держите себя в руках.

— Да о чем вы, командир? Не знаю, как кого, а меня с первого дня в училище научили гальюны зубной щеткой драить и не жужжать. До поры…

…Место, где Тарханов–Неверов оказался, действительно было весьма серьезной организацией. И учебно–тренировочной базой, и фортом, и, как Сергей очень быстро догадался, подходящим плацдармом на случай чего. Чего именно — не его дело.

По крайней мере, все оргштатные мероприятия он прошел за пару часов в том самом, господствующем над территорией здании синего стекла.

И был зачислен в отряд «Печенег–3». Действительно рядовым. Так и было записано в карточке: «Рядовой капитан Неверов».

Невзирая на низшую должность, целых три унтер–офицера помогли ему выбрать на складе положенное вещевое имущество и вооружение. Для него в домике имелся железный шкаф, куда Сергей поместил положенные по штату пистолет–пулемет Судаева, штурм–карабин Симонова, пистолет Воеводина для постоянного ношения и еще один, такой же, но с глушителем.

И патронов ему выдали массу, то есть столько, сколько он сам счел нужным забрать со склада, а могли бы дать и больше, только попроси. Ему уже сообщили, что тиром можно пользоваться по собственному усмотрению в любое время и за расход огнеприпаса не отчитываться.

Три комплекта полевых камуфляжей на все сезоны, сапоги и ботинки. Бронежилет и каску. Спортивные тренировочные костюмы, шерстяной и льняной. Кроссовки и тапочки.

За то и любил Тарханов армию, что в большинстве вопросов вместо тебя думают специально на то поставленные люди.

Только вот парадной корниловской формы не дали. Сказали, что — в ателье и под заказ.

Грамотному человеку всего случившегося было выше головы для некоторых выводов.

То есть поднимут по тревоге, и через две минуты изволь быть готовым к бою помимо всяких там ружкомнат, очереди за получением «синего конверта» и прочей бюрократии. А где может потребоваться готовность к бою посреди Москвы? Правильно, в Москве же.

Подумаешь, бином Ньютона, вспомнил Тарханов слова доктора Ляхова на перевале.