Чтение онлайн

— Ты была тихой весь ужин. Что-то не так? — Спрашивает Куэйд, когда я передаю ему тарелку, чтобы он вытер ее.

Я качаю головой, не желая смотреть ему в глаза.

— Врушка.

Я усмехаюсь, яростно оттирая тарелку.

— Ты злишься на меня или что-то в этом роде?

— С чего бы мне злиться на тебя? Ты сделал что-то, из-за чего я должна злиться?

— Нет.

— Ты собираешься сделать что-то, на что я могу разозлиться?

— Никогда.

— Тогда я не злюсь.

— Ты чертовски похоже на взбешенную, детка, — шутит он, ставя тарелку на столешницу и обнимая меня сзади за талию, положив подбородок мне на плечо. — Ты знаешь, что всегда можешь пойти со мной на одну из этих вечеринок. Я бы с удовольствием привел тебя. Одно твое слово, — шепчет он мне на ухо, точно указывая, почему я расстроена.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, ненавидя то, как он может так легко прочитать мою ревность. Как бы мне ни хотелось быть с Куэйдом и Логаном сегодня вечером, я не хочу, чтобы о моем субботнем вечере говорили. Я качаю головой, снова отклоняя его предложение, и Куэйд испускает долгий вздох. Он разворачивает меня, моя грудь прижимается к его груди, когда он прижимается своим виском к моему.

— Это просто вечеринка, Вэл. Я не собираюсь делать ничего, что заставит тебя разозлиться на меня. Просто потусуюсь с парнями и немного посмеюсь. Вот и все.

— Обещаешь? — Мой голос срывается.

Он нежно приподнимает мой подбородок костяшками пальцев, чтобы я могла потеряться в его зеленых глазах.

— Ты моя девушка, Вэл. Больше никто, — клянется он, и мои плечи мгновенно расслабляются.

Куэйд единственный, кто открыто говорит о своей любви ко мне. Логан скрывает это, в то время как Картер иногда даже не признает этого. Но не Куэйд. Его чувства ко мне так же прозрачны, как и мои собственные.

Он наклоняется и прижимается своими губами к моим беря мой рот в заложники, мой рот мгновенно открывается для его языка. На протяжении многих лет Куэйд никогда не стеснялся целовать меня. Он делает это часто и при любой возможности, которую только может найти. Я стону ему в рот, когда он углубляет поцелуй. Когда он отстраняется, мои глаза полуприкрыты, в то время как его затуманены похотью и любовью.

— Ты единственная девушка, которую я когда-либо целовал. Единственная, кого я когда-либо захочу поцеловать, — признается он с такой искренностью, что на моем лице появляется улыбка. — Никогда не забывай об этом, принцесса. Хорошо?

— Хорошо, — вздыхаю я, поднимаясь на цыпочки, чтобы получить еще один прощальный поцелуй, прежде чем он оставит меня.

Я просто надеюсь, что однажды он не уйдет навсегда.

Я переворачиваю страницу в своей книге, слова не могут привлечь мое внимание сегодня вечером. Моя голова все еще занята Куэйдом и Логаном, идущими на вечеринку Трейси. Я верю Куэйду, когда он сказал мне, что я единственная девушка, которую он когда-либо хотел. Но я не уверена, что Логан чувствует то же самое ко мне. И эта мысль выводит меня из себя. Я встаю с кровати, когда в соседнем доме загорается свет.

Картер в своей обычной черной одежде, его волосы растрепаны из-под байкерского шлема. В то время как Логан и Куэйд проводят субботние вечера на школьной вечеринке, Картер предпочитает кататься на байке по городу со своей верной камерой в руке. Он такой же отшельник, как и я, и, хотя дети думают, что я странная из-за того, что держусь особняком, его отчужденность придает ему таинственный вид. Я не настолько глупа, чтобы верить, что у Картера не было других девушек. Все они заискивают перед ним, и я слышала достаточно слухов, чтобы знать, что он берет то, что хочет, когда хочет. Я просто никогда не была на том конце, где исполнялось его желание.

Это неправда.

Я была той, кто затормозил нас, и он больше никогда ничего не предпринимал. И я знаю почему. Он хочет, чтобы я сделала первый шаг. Он хочет, чтобы я пришла к нему. Прежде чем я успеваю притвориться, что не заглядываю в его комнату, он ловит меня с поличным. В игру вступает его мрачная ухмылка, и, если бы он только знал, как я превращаюсь в лужицу, когда он так на меня смотрит.

Он берет свой телефон, и я делаю то же самое.

Когда я отвечаю на звонок, он ничего не говорит, только дышит в трубку, и это что-то со мной делает.

— Хочешь, я приду? — Наконец он говорит.

— И что будешь делать? — Улыбаюсь я.

— Я не знаю. Отвлеку от того, что тебя беспокоит?

Даже с такого расстояния он все еще видит меня насквозь.

— И как ты это сделаешь?

— Я могу придумать много способов, — говорит он, сидя на подоконнике, его проницательный взгляд не отрывается от моего.

Я сижу на подоконнике перед ним, изо всех сил пытаясь сдержать хриплый смех.

— Просвети меня, — поддразниваю я.

— Валентина, не искушай меня.

— Я не искушаю.

Его смех грубый и мужественный, и мое сердце сжимается от этого звука. Он смотрит вниз, на первый этаж дома, его губы поджимаются в хмурой гримасе.

— Твой папа все еще не спит.

Другими словами, он не придет. Он слишком уважает моего отца, чтобы проникнуть в мою комнату. Поскольку их отношения всегда были немного неспокойными, Картер делает все возможное, чтобы не задевать зверя, которым является мой чрезмерно заботливый отец. Я знаю, что папа заботится о нем так же сильно, как о Логане и Куэйде, но в случае с Картером он чувствует в нем опасность того, кто скорее попросит прощения, чем попросит разрешения.

— Неважно, — добавляет Картер с самодовольной ухмылкой на лице. — Я все еще могу избавить тебя от мыслей, о которых ты слишком много думаешь.

— Правда можешь?

— Да. Но ты должна следовать моим правилам. Ты можешь это сделать?

Заинтригованная, я киваю.

— Иди, возьми свой стул и придвинь его к окну.

— А?

— Никаких вопросов. Просто делай что говорю.

В замешательстве я делаю, как он говорит, и подхожу к своему столу, чтобы подвинуть стул поближе к окну.

— Теперь сядь.

— Я почти закатываю глаза, но, когда я бросаю на него мимолетный взгляд, я вижу, что он тоже сидит в кресле. Мне видны только верхняя часть его груди и лицо.

— Включи громкую связь и положи телефон на подоконник, — приказывает он.

— Папа может услышать, — возражаю я, боясь, что мой отец может подняться наверх и подумать, что Картеру каким-то образом удалось проникнуть в мою комнату.

— Тогда надень наушники, если боишься, — подталкивает он, и я посылаю его, прежде чем положить телефон на подоконник передо мной.

Он издает смешок, и это согревает мои внутренности. Картер почти никогда не смеется, но, когда он смеется, мне кажется, что я наблюдаю, как темные тучи расступаются после шторма, открывая ничего, кроме голубого неба.

— Закрой глаза, Валентина, — шепчет он достаточно тихо, чтобы только я могла слышать его голос.

Нерешительно и неохотно я закрываю глаза, когда он приказывает. Не потому, что я ему не доверяю, а потому, что я предпочла бы быть прикованной к нему взглядом, чем лишиться его. Я ерзаю на своем стуле, когда он дышит в трубку.