Дышу тобой
Шрифт:
— Отпусти меня! Яровой! Отпусти, блин!
— Вот уж нет, нахер! Никуда ты не пойдёшь! Ты что не понимаешь нихуя?! Ты соображаешь, что мне вообще насрать, кто там твои родители?! Что мне пофиг на кого ты учишься или не учишься?! Мне ты конкретно нравишься! Ты нужна, а не всё остальное! Ты понимаешь, нахуй, это или нет?! — срываю горло, пока она рыдает передо мной. Вот реально всю душу мне наизнанку вывернула… Какого спрашивается хера… Чем я заслужил?!
— Нет! Нет, не понимаю!
— Дура! — выпаливаю и резко буквально рывком дёргаю на себя, обхватив за талию и подбрасывая в воздухе. Тела мгновенно стыкуются, словно две детали стратегически важного механизма. Мы сцепляемся намертво. Я не понимаю, что происходит. В один момент иду куда-то. Её на себе несу… Она меня целует. Солёная, заплаканная. Вгрызается в губы ядовитыми поцелуями. Кусает, посасывает. Дышит горячо и мучительно. Так, что сводит меня с ума.
Я заваливаюсь к самому крайнему ящику спиной. Сползаю… Скольжу голыми стопами. Падаю жопой на пол… Оба мокрые. С нас всё течёт… И мы скрипим, пока трёмся друг от друга. Мысли напрочь вышибает… Остаётся только одно…
Грёбанные звериные инстинкты… Благодаря одному из которых, я жадно сминаю её упругую задницу, сдвинув её мокрые трусы в сторону, и свои столь же быстро отдёргиваю вниз… Пальцами растираю её чувственную щедрую на секрет плоть, раздвигаю ту резко, без вопросов и сожалений... Всё практически по приказу. Она горит.
Глаза. Губы… Губы. Глаза. Уже не думаю даже. Беру просто, пока не свалила. Своё беру, потому что по-другому оно «моим» никогда не станет.
Вторгаюсь на скорости, заставив её громко и жалобно всхлипнуть на всю раздевалку и принять меня полностью…
Глава 18
Виктория Зуева
Боль распространяется по всему моему солнечному сплетению, оседая там ядовитым сгустком… Но это боль не от того, что мы сейчас делаем, а от того, что случилось до… Теперь он знает правду обо мне. Теперь он думает, будто я всегда лгу. Но моя ложь об учёбе никак не говорит о чувствах к нему…
Я до сих пор не дышу. Кажется, что организм вдруг утратил эту способность… А Даня так меня сейчас обнимает. Держит на себе и не двигается. Застыл…
У меня сердце долбит о рёбра. Я же понимаю, что он во мне сейчас… Что мы с ним соединились… Я сама не поняла, как это произошло. И вижу, что он тоже не понял… Там внизу всё огнём горит… Пульсирует. Мне кажется, он физически это ощущает, иначе не смотрел бы на меня столь жалостливо, словно реально жалеет. Я надеюсь, это не так.
— Ви… — он зарывается рукой в мои волосы и смотрит в глаза, бодая меня. Выдыхает с явным напряжением, испугом и вибрацией в голосе. — Ты… Ты девственница, да? — спрашивает осторожно, с каким-то странным выражением лица… А он думал, что нет? Лгать я больше не собираюсь. Да и как тут соврёшь?
— Да… Была, — отвечаю тихо. Еле слышно… — Это тебя отталкивает?
— Нет… Блин, конечно, нет…
Я чувствую, как он шевелится внутри меня. Какой он огромный и твёрдый. Я и без подобной демонстрации знала, что он такой. Потому что видела очертания его пениса, но сейчас Даня реально завладел всем моим пространством… И так бесконечно глубоко смотрит. Прямо внутрь моей искалеченной души. Ох уж эти его омуты… Почему же они так прекрасны… Когда я смотрю на них, вся боль отступает. И от его вторжения, и от того унижения, что я испытала от его спутницы… Я кроме его огромной штуки внутри себя больше ничего не чувствую. И та меня растягивает, заставляя оседать всё ниже и ниже… Глубже… Быть к нему ещё ближе, чем возможно.
— Извини, что я так сделал… Надо было иначе… Прости меня… Я голову потерял…
— Всё хорошо, — обхватив его за затылок тяну к себе и целую в губы. Просто потому что мне надо сейчас… Иначе слёзы снова польются рекой. И разговаривать я не хочу… Хватило мне тех ощущений от наших с ним криков и выяснения отношений. Мне больше нравится общаться телами.
Скользнув языком в его рот, ощущаю прежнее чувство тепла и комфорта… Будто ничего плохого не произошло. Его по-прежнему тянет ко мне и от меня. Физически он всё ещё продолжает хотеть меня. Чувствую, как его ладони сжимают меня сильнее. Но он продолжает сдерживаться как кремень до тех пор, пока я один раз не качаю бёдрами, будто вытягивая стон из его уст. Который звучит и как мучение, и как истома одновременно. Я же вижу, что ему хочется… Я это всё чувствую.
— Ви… Стой… Так неправильно вообще… — шепчет, проскальзывая руками ниже.
— Уже сделал… — парирую я в ответ. — Поздно…
— Ты точно хочешь?
— Да…
Чувствую, как болезненные ощущения сковывают нутро. Как они прошивают меня насквозь. Он входит ещё глубже. Я буквально напитываюсь этой болью. Поза, место — всё специфически странное для первого раза. Но такая уж я в целом. Странная. Не такая как все… Зато это всё происходит с мальчиком, в которого я всей душой…
А не так как у многих получается…
И я сказала этому мальчику «да»…
Он помогает двигаться, но сдерживается. Пыхтит… Лицо красное в капельках воды, которые ещё не успели высохнуть после бассейна. Вена на лбу надувается от каждого нового движения… Мы с ним такие мокрые. А через несколько секунд Даня сгребает пальцами бретели моего лифчика и опускает их вниз, полностью обнажая мою грудь. Пробежав голодными хищными взглядами от неё до пупка, присасывается губами к моим соскам, обхватив её ладонями… Вот там и случается безумный всплеск всего, что только может быть в природе. Я вдруг чувствую, что гримаса на моём лице сама по себе меняется. Я издаю звуки, о которых ранее стыдно было даже подумать… Внизу — хлюпаю, наверху — пошло и жалобно скулю. Никогда бы не подумала, что соски настолько чувствительны к мужским прикосновениям и поцелуям.
Он заставляет меня стонать. Засасывает, прикусывает, втягивает ртом, словно вакуумом…
Держит так крепко, что я уже не представляю себя отдельным организмом. Облизывает большой палец… Ведёт его вниз… И едва касается самой моей чувствительной точки, как я инстинктивно подаюсь вперёд и с громким звуком роняю лоб на его плечо, а потом присасываюсь к мужской солоноватой загорелой шее, сжавшись на нём ещё сильнее. Всё тело пробирает лихорадочный озноб. А Даня так пахнет, что я просто тону в этих ощущениях, в этом неземном волшебном запахе. Безумное блаженство… Мы оба друг друга нюхаем, целуем. Оба сгораем в объятиях друг друга… Я никогда ещё себя так не ощущала. Частью чего-то или кого-то… Продолжением. Только я не могу понять, где он, а где я… Мы словно перемешались…
В один момент мне даже кажется, что мы с ним достигаем какого-то пика возбуждения. Во всяком случае у меня именно так, потому что мозг отключается… В голове становится пусто, а перед глазами — темно. Сердце летит куда-то, ну а тело… Оно буквально парит и искрится яркими всполохами в воздухе. На эмоциях я вонзаю в Данины плечи ногти, потому что хочу немного сбавить обороты. Да только невозможно… Настолько пронзает судорогой, что все заслонки срывает. Я излишне громко всхлипываю, и Даня закрывает мне рот ладонью.
— Тш-ш-ш… — держит и ещё несколько раз толкается, а потом резко снимает меня со своего… Органа… Шумно, но сдавленно выдыхая мне прямо в лицо мужское, пропитанное удовольствием глухое:
— М…
Я обмякаю… Подо мной кровь. Задушенная чувством стыда, но в то же время и другими более прекрасными ощущениями… У меня всё горит и дрожит одновременно. Пока я смотрю на это, приятные волны отпускают низ живота… Проходит и состояние натяжения… Я расслабляюсь и наконец дышу…
Мы с ним осторожно встречаемся взглядами. И то у меня чувство, будто снова рванёт.