Чтение онлайн

Антон всегда считался непревзойденный кракером, для него ничего не стоило взломать пиндосскую соцальную сеть и выложить на форум личные данные полумиллиона пользователей, он взломал систему регистрации и хранения документов на Уолл Стрит и снял немалый куш на торгах, он заразил компы сотни банков вирусом “Карбон”. И он не смог осилить систему Коула.

“Черви”, запущенные по всем публичным адресам компаний Коула, бесследно пропали. Когда Антон запустил сканер уязвимостей, монитор погас, а в комнате ощутимо запахло горелым пластиком. Заглянув под столом в открытый корпус компа, он сразу увидел источник дыма — горел процессор. “Что такоеплюсиминус двенадцать — знаешь?” — вслух процитировал он Лукьяненко. “Да нет. Не бывает.” Он обесточил компьютер, как следует побрызгал внутрь из пульверизатора и достал ноутбук. На этот раз запуск сканера ознаменовался появлением на экране робота Бендера с подписью “убить всех человеков”, а потом загорелась клавиатура ноутбука и экран погас.

Повторив противопожарные мероприятия, Шредер понял, что ему достался достойный противник, но сдаваться не планировал.

Антон попытался узнать что-нибудь о системе, которая ему противостоит, — было зафиксировано несколько случаев с порчей "железа", но никто не знал деталей, и Шредеру посоветовали бросить это гиблое дело.

Он подключил своих знакомых, которых нельзя было назвать ламерами. За их плечами были взломы баз данных NASA, Майкрософт и Ситибанка, но результат оказался нулевым.

Узнав о фиаско, заказчик не удивился и аннулировал заказ. Шредер сразу понял их намерения — раз не получилось взломать систему Коула, его решили ликвидировать физически. Но Антон не успокоился — теперь успешный взлом был для него делом чести.

Потерев переносицу, Шредер глотнул Red Bull из открытой банки, стоявшей на столе, и одним движением уселся в кресло. Нужно было продолжить работу.

ЛОНДОН.

До часа икс оставалось пять минут. Мышцы приятно покалывало в предвкушении адреналина. Форман посмотрел на широкий изогнутый экран. В нескольких окнах были выведены изображения дронов, которые он лично разработал. В центре — его любимчик. Беспилотник “Аргус”, который был способен нести на борту как снайперскую винтовку, так и пулемет. Он мог наносить удары с помощью ракет с лазерным наведением AGM-114 Hellfire — точных и смертоносных. Выстрел осуществлялся с расстояния в тысячи километров, а поле обзора составляло до трех километров. Эту модель Форман использовал при устранении клиентов в Грузии и Боснии. Похожие дроны использовали для покушения на известных политиков — президент Венесуэлы и премьер-министр Японии. Форман улыбнулся — ему, как инженеру, было понятно, что работали дилетанты. Его “Аргус” был совершенен. Однако он не годился для городских миссий. Слишком громоздкий. Слишком шумный. Здесь нужно было что-то утонченное, и Форман бросил взгляд на картинку левее.

Небольшие дроны-камикадзе. Его ювелирная работа. Умещается на ладони. Простенький беспилотник для коротких полетов и трансляции видео можно было купить в любом магазине, но дрон-убийца уже требовал филигранной инженерной работы. Маленькие коптеры-камикадзе были запрограммированы на самостоятельное распознавание цели. За последний год Форман выполнил шесть заказов, в том числе в Ирландии и Италии, и не было ни единой осечки. 100 % результат. С негромким хлопком голову клиента пробивает кумулятивный заряд взрывчатки. Вычислить оператора по остаткам самоуничтожившихся дронов было совершенно невозможно.

До часа икс оставалось три минуты, и Форман активировал окно связи с клиентом. Такова была договоренность.

“Все готово?” — клиент уже был на связи.

“Да. Старт через две минуты.”

“Ждем подключение.”

“ОК”, - коротко ответил Форман и быстро забегал пальцами по клаве. Заказчик хотел наблюдать все онлайн.

“Туман не помешает?”

“Нет.”

Его беспилотникам не помешали бы и морось с дождем.

“Я ещё раз напоминаю главное условие. Вы не должны лично управлять дронами и не должны допускать негативных мыслей по отношению к цели. Это важно.”

“Я помню”, - Форман невольно улыбнулся.

На мониторе высветилось три черных окна, и Форман, откинувшись в кресле, начал наблюдать. Дроны был самоуправляемыми и запрограммированными. От самого Формана мало что зависело. Однако, сейчас он был не только зрителем. Творцом, наблюдавшим за своим созданием.

Люк в крыше микроавтобуса, который был припаркован неподалеку от кондо, где жил Коул, открылся, пропуская свет внутрь, и на мониторе появилось изображение. Дроны начали быстро набирать высоту, транслируя всё расширяющуюся панораму ночного города. Форман краем глаза следил за показателями — высота была набрана, и дроны начали движение к объекту.

Было к лучшему, что Лондон накрыл туман. Тепловизорам он не помеха, “глаза” дронов четко фиксировали каждый объект.

Антидронов Форман не опасался — радарами его крошек не засечь, и используемые ими для связи радиочастоты были далеки от стандартных диапазонов. В своё время он проверил это в аэропорту Гатвик, запустив своих дронов порезвиться над взлетным полем и остановив полеты гражданской авиации на 36 часов.

На мониторе было видно надвигающееся здание резиденции, где проживал Коул. Через стеклянную панель хорошо просматривался весь этаж. Свет не горел, и жалюзи были открыты.

Хотя и они бы ничему не помешали. Цель обозначилась сразу — Коул уже спал.

Беспилотники залетели на террасу, провели мгновенное, неуловимое для человека совещание, и пять из них пошли на таран, проломив маленькими направленными взрывами стекло в спальне. Изображение на мониторе, синтезировавшееся теперь с пяти, а не с десяти камер, ничуть не пострадало. Пять оставшихся беспилотников вслед за каскадом битого стекла ворвались в комнату, окружая цель с разных сторон.

Любимая часть Формана — наблюдать за реакцией клиента.

Надо отдать должное Коулу. Не испугался. Не разозлился. Не спрятался. Напротив. Включил свет. Ту секунду пока дроны распознавали лицо, Коул внимательно изучал их, склонив голову набок.

Странный контакт взглядов. Форман прищурил один глаз, отмечая пустые глаза клиента и тату “Смерти”.

Изображение стремительно приблизилось, экран почернел и перечеркнулся красной надписью “Связь потеряна”.

— Ну вот и нет мистера Коула, — выдохнул Форман, чувствуя, как по венам несется адреналин, сгущая кровь и закладывая уши.

ГОНКОНГ.

Вот уже минуту, как Антон запустил новый сканер и теперь ждал результата с огнетушителем под рукой.

Ничего не происходило. Скривившись, он уже хотел остановить сканирование, когда на мониторе высветилось “104.16.188.248:29416. SSH.”

Шредер усмехнулся и, отпив энергетика, откинулся в кресле — дверь нашлась, осталось подобрать ключ, но это — дело привычное.

Утро не задалось с самого пробуждения. Вернее, с того момента, когда я наконец-то вырубилась в пятом часу. Снилось что-то странное. В сознании рисовались необъяснимые лазерные лучи, освещавшие красным светом незнакомые контуры, и даже казалось, что я слышу неприятное электронное гудение. Следом шли какие-то символы на черном экране. Потом какие-то световые кляксы, будто вспышки, и я проснулась. Резко сев на постели, я потерла лоб. Еще одно открытие с момента моего контакта с Коулом — ранее мне никогда не снились сны. Тем более такие отчетливые, такие живые. Казалось, я могла осязать предметы руками, слышать звуки и ощущать запахи. Дёрнув головой, чтобы избавиться от неприятных ощущений, я скривилась — затылок ломило, в висках пульсировала боль.

Взяв телефон с тумбочки, я посмотрела на экран. Странно, но настройки были сбиты, будто гаджет перезагрузился и сейчас высвечивал начало второго. То же самое показал и планшет. А значит, будильник не сработал, и я проспала на работу.

“Даже техника нервничает”, - вспомнив непонятный сон, нахмурилась я и, одним движением скинув одеяло, направилась в гардеробную, где лежали наручные часы.

Стрелки показывали начало девятого.

“Если поторопиться, то не опаздаю”, - и я быстрым шагом направилась в душ, уже по привычке отмечая, что в Лондоне сейчас начало второго ночи.