Чтение онлайн

Джессика затаила дыхание.

— Что ты делаешь? — шепотом спросила она.

— Тише!.. — сказала Чани. — Вы должны преобразовать небольшое количество Воды. Быстрее!

В тоне голоса Чани слышалось знание, не спрашивая больше ни о чем, Джессика поднесла кувшин ко рту и сделала небольшой глоток. Глаза Пола открылись. Он смотрел прямо на Чани.

— Ей совсем необязательно изменять Воду Жизни, — голос его был слабым, но твердым.

Джессика, держа жидкость во рту, почувствовала, как ее тело напрягается, почти автоматически преобразуя наркотик. В том состоянии озарения, что всегда влекла за собой эта процедура, она ощутила, что от Пола исходит свечение Жизни. Все ее чувства отметили это.

И в это мгновение она поняла:

— Ты пил Священную воду!

— Совсем немного, — сказал Пол. — Одну каплю…

— Как ты мог сделать такую глупость? — сурово спросила мать.

— Он — ваш сын, — ответила за него Чани. Джессика метнула на нее уничтожающий взгляд. Теплая, всепонимающая улыбка тронула его губы.

— Слушай, что говорит моя любимая, — сказал он. — Слушай ее, мама. Она знает…

— То, что могут другие, может и он, — сказала Чани.

— Когда капля была у меня во рту, когда я ощутил ее вкус и запах, я понял, что она со мной делает, и я понял, что могу сделать то, что сделала ты, — сказал он. — Ваши проекты Бене Гессерит говорят о Квизатце Хедерахе, но они никогда не отгадают, во скольких местах я побывал. За несколько минут я… — он резко оборвал себя и озадаченно посмотрел на Чани. — Как ты здесь очутилась? Ты должна быть… Почему ты здесь?

Он попытался приподняться на локтях. Чани мягким движением остановила его:

— Прошу тебя, Узул!

— Я чувствую ужасную слабость, — сказал он и обвел взглядом комнату. — Сколько времени я здесь?

— Три недели ты находился в состоянии глубокого беспамятства, жизнь едва теплилась в тебе.

— Но ведь… я выпил ее одно мгновение назад и…

— Одно мгновение для тебя — три недели страха для меня, — с укором произнесла Джессика.

— Это была одна лишь капля, но я преобразовал ее, — сказал Пол. — Я изменил Воду Жизни.

И прежде чем его успели остановить, он окунул палец в стоящий на полу кувшин, поднес руку ко рту и слизнул жидкость.

— Пол! — вскричала в испуге Джессика.

Глядя на нее с застывшей улыбкой, он схватил ее за руку, и она почувствовала, как его знание вливается в нее. Воссоединение не было таким мягким, полным и последовательным, как с Алией или со старой Преподобной матерью, тогда, в пещере… но это было воссоединение, чувство слияния с другим существом. Оно потрясло ее, ослабило, и она, полная страха перед ним, внутренне съежилась.

А он сказал:

— Ты говорила о месте, куда не можешь войти, которое не смогла увидеть Преподобная мать, — укажи мне его.

Она покачала головой, придя в ужас при одной только мысли об этом.

Он повторил приказание, и она не смогла ему противостоять. Подстегиваемая его сверхъестественной силой, она закрыла глаза и сосредоточилась на своем внутреннем «Я» — там, где была темнота.

Сознание Пола хлынуло в нее, через нее и устремилось в темный участок ее сознания. Место это смутно мелькнуло перед ней, прежде чем она с ужасом отпрянула прочь. Не сознавая почему, все ее существо испугалось того, что она увидела: место, где дует ветер и мерцают искорки, где замыкаются и размыкаются круги света, где белые силуэты плавают вокруг световых пятен, направляемые темнотой и ветром, дующим ниоткуда.

Потом она открыла глаза и увидела, что Пол пристально смотрит ей в лицо. Он все еще держал ее за руку, но таинственная связь исчезла. Пол отпустил ее руку, и ей показалось, что у нее вышибли опору из-под ног. Она покачнулась и непременно бы упала, не подоспей Чани ей на помощь.

— Преподобная мать! — встревожилась Чани. — Что с вами!

— Так… — прошептала она. — Просто я устала.

— Садитесь сюда. — Чани помогла Джессике опуститься на подушки у стены.

Прикосновение сильных молодых рук подействовало на Джессику успокаивающе. Она прильнула к Чани.

— Он действительно видел Воду Жизни? — спросила Чани, высвобождаясь из ее объятий.

— Он видел… — прошептала Джессика. Разум ее все еще находился в смятении после испытанного его слияния.

Она чувствовала себя как человек, очутившийся на берегу после долгого плавания по бурному морю. Она ощущала внутри себя старую Преподобную мать, все в ней проснулось и вопрошало: «Что это было? Где находится это место?»

И над всем этим ширилось понимание того, что ее сын — Квизатц Хедерах, тот, что может быть во многих местах одновременно. И мысль эта не давала ей покоя.

— Что случилось? — с тревогой допытывалась Чани. Но Джессика лишь покачала головой.

Пол сказал:

— В каждом из нас есть древняя сила, которая дает, и древняя сила, которая берет. Человеку нетрудно заглянуть туда, где в нем сосредоточена берущая сила, но для него почти невозможно заглянуть в силу дающую, не изменив себя на что-либо другое, нежели мужчину. У женщин есть ограничения.

Джессика подняла голову и увидела, что Чани, слушая Пола, не спускает с нее глаз.

— Ты поняла меня, мама? — спросил Пол. Она лишь слабо кивнула в ответ.

— Эти заключенные в нас свойства настолько древние, что внедрены в каждую клетку нашего тела. Мы сформированы этими силами. Вы можете сказать себе: «Да, я понимаю, что может означать подобное». Но заглянув в себя и оказавшись перед лицом ничем не прикрытой жизненной силы, вы увидите опасность. Вы увидите, что она может возобладать над вами. Величайшая опасность для Дающего — сила, которая берет. Величайшая опасность для Берущего — сила, которая дает. И дающее и берущее легко может перевесить противоположное начало.

— А ты, мой сын, — спросила Джессика, — тот ли ты, кто дает, или тот, кто берет?

— Я — точка опоры, — ответил он. — Я не могу дать без того, чтобы не взять, и я не могу взять без того… — Он осекся, глядя на стену справа, — … здесь был Отейм. Он слушал.

Чани щекой ощутила сквозняк и повернулась, чтобы взглянуть на занавеси.

Внимая его словам, Чани ощутила в себе озаренность, которая так часто посещала Пола, и она увидела то, что будет, как будто оно уже было когда-то. Отейм сейчас пойдет и расскажет о том, что видел и слышал. Остальные станут разносить его слова по всей планете, пока они не запылают над ней огнем. Пол Муаддиб не похож на других людей, скажут они. В этом нет больше никаких сомнений. Он — мужчина, и все же он видит сквозь Воду Жизни так, как это делает Преподобная мать. Он — истинный Лизан ал-Гаиб.

— Ты видел будущее, Пол, — сказала Джессика. — Ты не расскажешь нам о том, что видел?

— Не будущее, — ответил он. — Я видел настоящее. — Он заставил себя сесть и жестом остановил Чани, пытавшуюся ему помочь. — Пространство над Арраки заполнено кораблями Союза.

Уверенность в его голосе заставила Джессику вздрогнуть.

— Здесь сам падишах-император, — продолжал Пол, глядя на каменный потолок комнаты, — со своей любимой Предсказательницей правды и пятью легионами сардукаров. Здесь старый барон Владимир Харконнен с Зуфиром Хаватом и семью кораблями, набитыми всеми рекрутами, каких только он мог набрать. Над нами представители всех Великих домов, и все они ждут.