Чтение онлайн

Слышалось бессловесное завывание псов Эшера, приближающееся к ней. Она снова пустилась трусцой, хотя правое колено уже не сгибалось так, как ему полагается. Она нырнула в ближайшую дверь и дернула с пояса гранату, крепко придерживая чеку левой рукой. Потом выглянула из дверей и увидела, как новобранцы Эшера вываливаются из переулка. Передний вампир закинул голову, нюхая воздух, а остальные толкались и рычали друг на друга — нечто среднее между охотничьими псами и копами из немой кинокомедии. Если бы не ее голова стояла на кону, она бы засмеялась.

Головной преследователь показал ей вслед, и вся группа с энтузиазмом бросилась вперед. Неизвестная выскочила из укрытия и метнула гранату, молясь про себя, чтобы прежний ее обладатель не привез сдуру связку учебных.

Граната взлетела и опустилась посреди толпы, взорвавшись в момент удара о землю. Двоих вампиров отбросило в канаву, и ноги их ниже колена превратились в кашу, а третий вдруг обнаружил, что у него кишки запутались вокруг икр. Раненые визжали в агонии, а их собратья кинулись прятаться. Для Своих такие раны не смертельны, но никого особо не привлекает перспектива быть разорванным на части, а самые слабые могут даже впасть в летаргию.

Неизвестная скривилась, когда у нее внутри от кашля что-то разорвалось — селезенка, что ли? — и на губах выступила кровавая пена. Она пыталась бежать, оглядываясь на преследующую стаю. Тот, первый, бежал впереди, подгоняя более робких:

— Быстрее, трусы! Она уходит! Именем лорда Эшера — хватайте ее!

Неизвестная метнула вторую гранату, на этот раз метя точно в вожака стаи:

— Хватай вот это, болван!

Преследователь инстинктивно вскинул руку, защищая глаза, и перешел в овердрайв; силуэт его размыло, как меловой рисунок под дождем, и тут граната взорвалась. Через секунду он появился снова, только на этот раз без головы. Вот тебе и «быстрее летящей пули».

Неизвестная шагнула, шатаясь, на середину улицы, замахнувшись третьей гранатой.

— Так вы хотите меня поймать, засранцы безмозглые? Ладно, идите сюда! Я вас прихвачу с собой в Ад!

Оставшиеся вампиры переглянулись, потом повернулись и помчались, откуда пришли. Неизвестная бросила гранату им вслед, но из-за мутнеющего взора и ослабевшей руки граната пролетела далеко от цели и взорвалась, почти не принеся вреда.

— Шайка бздунов, — буркнула она себе под нос, глядя на их бегство. Потом шагнула назад и чуть не рухнула — правое колено разваливалось. В левом глазу помутнело, в правом изображение мелькало, как в старой телевизионной трубке. С каждым выдохом из носа и рта выступала кровавая пена. Она морщилась и кривилась, когда сломанное ребро тыкалось сквозь рубашку и терлось о куртку. Черт побери, она же только недавно сменила подкладку.

Неизвестная только надеялась, что не свалится, пока не доберется туда, куда стремится.

Ей удалось подняться на половину лестницы, и тут она упала и осталась лежать на спине, глядя в темные тени, заполнявшие левую часть поля зрения. Она знала, что нужно двигаться, спрятаться, пока шестерки Эшера не набрались храбрости и не вернулись, — но тело не слушалось. Она уже не чувствовала ног, не могла двигать руками. И не ощущала ничего, кроме боли, от корней волос до кончиков ногтей.

Одна из серых теней шевельнулась, вышла вперед, и стало видно, что это мужчина. Человек. Лицо его было в морщинах, запущенное, подбородок небрит, и воротник священника по цвету был как его седеющие волосы. Он смотрел на нее со смесью страха, омерзения и болезненного интереса, будто на редкое, но невероятно отвратительное насекомое.

Собрав все оставшиеся силы, неизвестная подняла правую руку молящим жестом. Священник вздрогнул, но не отодвинулся, когда ее пальцы коснулись серебряных четок у него на шее. Она хотела заговорить, но могла только выдохнуть со стоном. Священник наклонился ближе, и она схватила его за рясу, притянула ближе, чтобы он услышал:

— Убежище.

Когда она снова открыла глаза, первым впечатлением был не вид, а запах. Аромат сырой земли ошеломлял. Она все еще видела нечетко, но могла разглядеть окружающие стены из грубо тесанного камня. Снова в темнице у Эшера! Искра страха пробежала по телу, вызвав попытку сесть.

— Лежите спокойно. Вы в безопасности, — прошептал отец Эймон, твердо прижав ее рукой за плечо.

Неизвестная сощурилась, стараясь ввести лицо священника в фокус. Ему с виду было чуть за шестьдесят, и седые волосы висели ниже ворота рясы с донельзя засаленными рукавами. Крупный нос и подбородок, на щеках алкогольная пигментация. Но внимание ее привлекли глаза — такие синие, будто смотришь в чистое небо. Из-за них он казался моложе своих лет.

Она села, закусив губу от завопившей во всем теле боли.

— Где я? И кто вы?

— Я отец Эймон. А находитесь вы в подвале Сент-Эверхильда.

— Сент-Эверхильда? Церковь напротив Черной Ложи?

Священник кивнул и приложил мокрую материю ей ко лбу.

— Боюсь, что я не готов к приему гостей. Я соорудил вам постель из старых костюмов для хора, но среди них есть сильно заплесневелые.

— Переживу.

Отец Эймон глянул в направлении далеких взрывов, за которыми послышались хриплые выкрики. Он встал и стал всматриваться в забранное тяжелыми решетками окно подвала вровень с улицей. Когда он заговорил, голос его был странно спокоен, почти мечтателен.

— Сегодня я видел, как обрушился гнев Господень и сокрушил Город Мертвых. Время восстать и заставить грешников платить за грехи их. Сегодня я отбросил страх перед темнотой и впервые за двенадцать лет отпер двери церкви. — Он оглянулся на неизвестную на импровизированном ложе. — Когда я увидел вас на ступенях, я принял вас за блудницу Эшера — ту, с кольцами.

Неизвестная криво улыбнулась:

— Кажется, здесь это распространенная ошибка. Но вряд ли ошибутся еще многие — она мертва. Я ее убила.

Отец Эймон приподнял бровь, но лицо его осталось недвижным.

— Это вы мне исповедуетесь?

— Просто констатирую факт.

Священник отошел от окна, поглядел на нее встревоженно.

— Я многое вижу с колокольни. В частности, я видел вас. Сначала я подумал, что вы из них, потому что спите вдали от дневного света на чердаке. Потом я видел, как вы входили в Черную Ложу. Но сегодня утром, в свете дня, я увидел вас с мальчиком. И я понял, что неправедно судил вас — вы от Бога, а не от Сатаны.

— Я бы не делала таких далекоидущих выводов, святой отец, — выдохнула она хрипло. — Вы определили меня куда точнее, чем думаете. Видите, что я хочу сказать? — Она усмехнулась, показывая клыки.

Отец Эймон ахнул и отступил на шаг, стискивая четки.

— Этого не может быть! Вы коснулись моих четок! Вы просили убежища — я омыл ваши раны водой крещения! Я своими глазами видел, как вы шли при свете дня!

— Со Своими все не так просто, как вы думаете, святой отец. В своих интересах они держат людей в неведении своих истинных слабостей и способностей. Это мудро — держать врагов в неведении. Правда, что солнце их убивает, но почти любой Свой убоялся бы ваших четок не из-за их религиозного значения, а из-за того, что вы в это значение верите.