Джакал. Бессонные ночи
Шрифт:
Черт, Адриан, а вдруг и правда всех Рагацци перебили? Что с ней делать-то? Нянчиться всю жизнь? Есть повод для паники.
– Я не реву, не реву! – пищит Лира, моргая глазами.
– Вот и не реви. Подумаю, что с тобой делать в случае, если… ну ты поняла, в общем.
Идея, Адриан! Если Рагацци разгромлены, то можно сдать ее врагам клана. За ее голову можно получить хоть что-то? Наверное, да.
– «Делать со мной», – передразнивает она. – Понятно.
– Ну и хорошо, что понятно, принцесса. А теперь закрой на время рот. Ты меня утомляешь.
Как же хреново тебе сейчас, брат! Дрожь в теле, башка тяжелая, словно гантеля. Озноб. Все признаки того, что организму нужен сон. Но со входом в царство Морфея у тебя сложности. Да еще какие.
Что же делать? Надо всё же, выпить. Может, хоть в самолете удастся прикорнуть?
Глава 9
– Почему «Круз»?
– Дай поспать, а, принцесса?
Блин, Адриан, при чем тут она? Лира не виновата, что бессонница выедает твое нутро, выжигает пламенем нервные клетки. Бухать, гляжу, передумал? Не время и не место. Правильно. Это тебе помогает в тех случаях, когда пьешь до потери сознания, а утром просыпаешься в беспамятстве. Частить с такими «приемами» не стоит, брат. Вредно для здоровья, да и на работе сказывается. Собранность – вот что в твоем деле главное. К тому же тебе еще за руль садиться. Или…
– Слышь, принцесса, у тебя водительские права есть?
Надувает губы. Отрицательно мотает головой.
– Кто бы сомневался, Фрида Миллер. – Потягиваюсь. – Ни хрена, блин, в жизни не умеешь.
– Ты ничего обо мне не знаешь, Круз, ой, то есть Адриан Дельгадо. – Обиженный ее тон. – И кстати, имя и фамилия – красивые. Они тебе совсем не идут, амиго 4 .
– Зато итальянская «Лира» – самое подходящее имечко, – язвлю.
– Спасибо на добром слове, – фыркает в ответ.
– Не за что. Ты, принцесса, и есть ходячая куча бабла.
4
Amigo – друг (исп.)
– А ты просто каццо ди вермэ – чертов червяк! – отворачивается к иллюминатору.
Ее затылок. Мда, подстриг я ее так себе, неровно. Ну и хорошо, пусть ходит в таком убогом виде. Лопатки девчонки. Ниже – выпирающая застежка бюстгальтера. Вот бы глянуть, какое сейчас на ней бельё… Что-то простое, под стать ее прикиду, или нечто сексуальное, шелковое, кружевное?
Блин, Адриан, угомонись. Забудь ты уже эти свои хотелки из прошлого насчет нее.
Эх! Знал бы, что так всё сложится, трахнул бы ту простушку Стэфани-с-ресепшн напоследок.
– И машину я водить умею, чтоб ты знал, – не повернувшись, бурчит она.
– Да ладно, – зеваю.
– Прохладно. Причем механику.
Всё-таки разворачивается ко мне, блин.
– Ездил когда-нибудь на механике?
– Представь, да, гонял еще как, принцесса. Мне больше нравилось, когда ты молча пялилась в иллюминатор. Сделай одолжение, – круговой жест пальцем, чтобы она отвернулась.
– Хам ты, Дельгадо. Ох и хам! – качает головой. – Так почему «Круз»?
– Это – рабочее погоняло. Так безопасней, что тут непонятного? – выдыхаю, указывая на ее крайне утомившую назойливость.
– Но почему именно «Круз»? Это что-то значит или просто имя? – никак не уймется.
– Отстань, а, Фрида, почти двое суток не спал. Из-за тебя, – вру. – А еще за руль садиться.
Закрываю глаза.
– В смысле «за руль»?
Не собираюсь ей отвечать.
– Э-э-эй, Круз, какой еще «руль»? Мы разве не в Тихуане заляжем на тюфяки? – девчонка дотрагивается до моего плеча.
Что, брат, у тебя мурашки по телу от ее нежного и теплого прикосновения?
Взгляд на нее. Словечки, выражения. Вот она – истинная дочка криминального авторитета. И забавно, и, вместе с тем, возбуждающе: «Залечь на тюфяки». С ней. Секс на простой сельской подстилке, на набитом тряпьем мешке. Под скрип деревянных половиц и ее стоны…
Так, стоп-стоп, прекращай, Адриан! Она просто куча налички, она настырная, наглая стерва, с так себе прической, в невзрачном простом белье, ясно? Лучше попробуй поспать…
Глава 10
– Это беспредел, слышите, вы! – орет Лира.
Одергиваю ее. Господи, больше десяти часов лету, а еще это! Испытание какое-то прям.
– Тише, ты привлекаешь внимание.
– Насрать! Как можно потерять чемодан на прямом рейсе, а, Круз? Скажи им, что я… что они пожалеют. Это ты виноват! Ненавижу тебя, твою эту Мексику. Пошла Тихуана в жопу!
– Заткнись немедленно! – шепчу сквозь зубы, схватив ее за плечо. – Ты ведешь себя неприлично.
Откашливаюсь:
– Chicos, disculpenla, esta borracha. (Парни, вы ее простите, она напилась. – исп.)
Услыхав идеальный испанский, эти двое парней-работников из отдела поиска багажа расслабляются. Я им не чужак.
– De donde eres hermano? (Откуда ты, брат?) – спрашивает один из них.
– Soy local (Местный).
Второй чувак всё же менее расположен. Стоит, сдвинув брови.
– Ensenale buenos modales a tu chica gringo. (Научи свою девчонку-гринго хорошим манерам), – цокнув языком, кидает.
Как я и догадался, оба чувака частично или полностью поняли, что она наболтала.
– Что они говорят? Переведи! – требует в запале Лира. – Он что, назвал меня гри…
– Заткнись! – цежу.
Как же жаль что у меня нет при себе кляпа для БДСМ… Что-о-о? Боже мой!
Лира с киношной жестикуляцией и страстью выдает что-то на итальянском. Муть в голове от недосыпа. Даже примерно слов не разобрать, но сто процентов, она сыплет на этих двоих оскорбления. Кошмар какой!
– …Капр-р-ра! – заканчивает она.
Капра – значит «козлы». Единственное, что смог перевести. Она палится. Фрида Миллер. Никто не должен знать, что она не американка. Чертова дура! Хорошо еще, что слово «Козлы» на испанском звучит несколько иначе.
Странно. Тот, кто назвал ее «гринго», изменился в лице. Оба работника растягиваются в широких улыбках. Присвист:
– ?Tio, esa chica es puro fuego! ?italiana? (Вот это цыпочка, чувак, огонь! Итальянка?)
– Что они говорят, Круз, переведи! – задыхается от злобы Лира.