Чтение онлайн

— Почему все должно выливаться в бой? — Когда он развернулся к арке, ведущей во внутреннее святилище, в его поступи читалась вызывающая небрежность. — Порой лучше уйти.

— А вот так говорят только трусы!

Азурмен замер, стоя к ней спиной.

— Что случилось с твоим братом?

Она не вымолвила ни слова, понимая, что он уже знал ответ на свой вопрос. Повисла тишина и никто из них не смел двинуться. Азурмен заставлял ее ждать. Джайн Зар сверлила взглядом его спину, и ее раздражение от самодовольной заносчивости учителя перерастало в нечто более страшное.

— Я соврала, и что? Прошлое мертво, и теперь оно ничего не значит.

— Твое прошлое живет в тебе.

— Лицемер! Какое право ты имеешь требовать от меня рассказов о моем прошлом? Я видела, кем ты был, и гордиться там нечем.

— С твоей помощью я сбросил мантию тех времен. Я Азурмен, не Иллиатин. Ты становишься Джайн Зар, но Фараэтиль все еще сдерживает тебя. Ее гнев ты должна держать в узде.

— Мой гнев уберег меня как до Грехопадения, так и после.

— Глупое дитя.

Его пренебрежение разрушило дамбу, которая не давала ярости вылиться наружу. Пронзительно закричав, она ринулась вперед, нацелив дубинку в затылок Азурмена.

Рука Азуриана почти не двигался. Он лишь крутанулся на пятке, наклонился под отчаянным ударом и выбросил дубинку вперед, скользнув по ее щеке.

Толчок не был мощным, однако его хватило, чтобы выбить Джайн Зар из ритма. Ее ноги подкосились. Она споткнулась и, резко выдохнув, упала на пол, сильно ударившись локтем о камень. Азурмен присел, прижал дубинку к ее шее, подавив сопротивление, и рывком поднял девушку на ноги. Она оказалась беспомощна перед ним и только продолжала рычать, пока он тащил ее через купол. Девушка быстро перебирала ногами в отчаянной попытке не упасть, ибо не поспевала за длинными шагами Азурмена.

С невозмутимым лицом он безжалостно проволок ее по пустым коридорам, окружавшим храм. Джайн Зар пыталась вырваться из захвата, но каждый раз дубинка скользила немного вверх по горлу, прямо под челюсть, чтобы лишить ее ноги чувствительности.

Их прогулка завершилась снаружи — на просторах матово-черного грунта, воссозданного вокруг растущих комплексов храма, особняков и хранилищ, что возводились автономной строительной системой, которую удалось спасти воинам. Азурмен отпустил Джайн Зар, нежно поставив на колени. Перед ней стояло четыре орбитальных челнока, заполученных во время их предыдущих путешествий. Эти корабли должны были положить начало большому флоту Азурмена. Таков был его великий замысел, который, по-видимому, более не включал Джайн Зар.

— Возьми один из них, — промолвил он.

— Я не…

— Тебе пора уйти. Если ты не хочешь учиться, я ничему не смогу обучить тебя.

Девушка присела — ее плечи поникли, а гнев унес прохладный ветер, обдувающий храмовый комплекс. Угрюмое молчание стало ее единственным ответом.

— Ты желаешь остаться? Тогда слушай меня. — Азурмен протянул ей руку и помог встать на ноги. — Твоя ярость владеет тобой.

— Моя ярость всю жизнь уберегала меня.

— Ты же знаешь, что это не навечно. — Он взглянул ей в глаза и словно смог прочесть все мысли, пробегавшие в голове девушки, когда она решила покинуть арену. — Прошлое и гнев связаны между собой. Мы не можем сбросить их, будто кожу, однако мы можем спрятать их под новым слоем.

— Тогда ярость никуда не уйдет. Что, если она вырвется наружу? Вдруг я причиню вред себе или тебе?

— Ты научишься выпускать ее. Отчаяние чуть не положило конец моей жизни, и, подобно твоему гневу, оно было рождено от глубоко укоренившегося страха. Развей все свои страхи, и ярость превратится в твою слугу. Не уйдет навсегда, но будет тебе подчиняться. Она станет твоим оружием.

Джайн Зар шагнула вперед и выпустила дубинку из рук. Она обняла Азурмена и погрузила лицо в его мягкое одеяние. В ней не было слез, но, когда Рука Азуриана обнял ее в ответ, девушка ощутила скорбь, которая прорвалась сквозь стену ярости и стала чем-то более реальным и досягаемым.

— Расскажи мне о себе, — произнес он.

— Еще не время, — ответила Джайн Зар, отступая от него. Она посмотрела ему в глаза и уверенно кивнула. — Надеюсь, вскоре. Но не сейчас.

Глава 5

Челнок с «Кинжального духа» высадил Джайн Зар на высокий посадочный балкон дворцовых башен Векта, а затем без промедления поднялся в воздух и понесся обратно к боевому кораблю, зависшему высоко в небе. Два других судна, каждое из которых было равно по мощи линкору, подкрались поближе к незваному гостю с целью убедиться, что Найдазаара не посетили никакие странные идеи, пока его корабль находился в зоне поражения орудий дворца.

После встречи с лордом-фениксом архонт Шипастого Глаза не желал подвергать себя еще большей опасности, поэтому корабль начал разворачиваться, даже не дождавшись челнока, доставившего Джайн Зар к башням.

Как она и предполагала, немалая группа воинов из кабала Черного Сердца в ожидании стояла на широких просторах стыковочного балкона с оружием наготове. Лорд-феникс все еще упрекала себя за неприятную ситуацию с Найдазааром, в которой оказалась по собственной вине, но не собиралась терпеть ничьи угрозы.

Когда первый кабалит шагнул в ее сторону, Джайн Зар отцепила Жай Моренн и швырнула его в сторону врагов. Она тут же побежала вслед за испускающим черное пламя трискелем, чтобы в его хвосте сблизиться с воинами Векта. Джайнас Мор с быстротою молнии резанул четырех кабалитов по груди, тотчас умертвив их, а через мгновение еще двое отправились к праотцам от его смертоносного удара.

Слишком поздно кабалиты вспомнили про свои осколковые винтовки, шредеры и бластеры, ибо теперь от любого огня Джайн Зар защищали тела их собственных собратьев. Бесшумная Смерть обезглавила еще двоих и вернулась в распростертую руку хозяйки, когда та уклонилась от удара зубчатого штыка.

Остальные воины крутились вокруг лорда-феникса с клинками и агонизаторами наперевес, ловко уворачиваясь от летящих во все стороны голов и конечностей своих напарников, пока сама Джайн Зар вертелась волчком, кромсая врагов.

Она издала пронзительный крик, выпустив наружу накопившееся разочарование, а вместе с ним — всю грязь и вину, оставшуюся в душе после изысканий Найдазаара. От вопля лорда-феникса треснул доспех находящейся перед ней кабалитки, и кровь заструилась из расколотых пластин и рвущихся плетений брони. Сородичей воительницы психозвуковая волна сбила с ног, а затем они начали корчиться и падать наземь — их нервную систему теперь прожигала мучительная боль.

Джайн Зар бросилась на трепыхающуюся добычу, разрезая клинками доспехи и плоть. Буря Тишины перекатывалась и уклонялась от ударов, ожидая, что выжившие воины накинутся на нее, однако те разбежались врассыпную по окутанным мраком арочным проходам дворца, словно насекомые из-под внезапно перевернутого камня.

Стоя в кольце расчлененных тел кабалитов, Джайн Зар поняла, что им приказали отступить.

Лишь одинокая фигура осталась стоять у самых больших врат. Облаченная в черные одеяния женщина с бледной как снег кожей двинулась вперед, отчего забренчали ее серебряные амулеты и сережки. Иссохший гемункул уверенно направлялась к лорду-фениксу, постукивая по каменному полу своим длинным посохом, по которому пробегали мерцающие искорки энергии. При каждом ударе раздавался звук, напоминающий треск раскалывающихся булыжников.