Чтение онлайн

После этого они подняли и натянули шлемы — то было зримое воплощение метафорического надевания боевой маски. Джайн Зар не ощущала их прежних личностей в духе святилища — все преобразились правильно и всецело.

В зале не осталось ни одного эльдара — только Воющие Баньши, королевы-воины Кроваворукого.

Джайн Зар запрокинула голову и испустила крик. Ее дочери завопили вместе с ней, и, когда ночные свечи вновь вспыхнули вокруг них, потолок святилища окутало извивающееся черное пламя.

Пока шли последние приготовления, Джайн Зар наблюдала за экзархами в комнате, примыкавшей к тронному залу аватара, куда инкарнация убийства вернулась на время подготовки Ультве к атаке.

Первым заговорил Дуротиан из Темных Жнецов.

— Твой военный план не совсем то, что хотелось бы. Прислушайся к аватару. — Черепная маска скрывала лик экзарха Темных Жнецов, и Джайн Зар не могла не представить себе лицо первого эльдара, облаченного в его одеяние.

— Нам не нужен кулак Кхаина, — ответила Джайн Зар. — Я поведу аспекты в бой.

— Ты всего лишь одна, пусть и лорд-феникс, но не сам лорд Кхаин, — возразил Дуротиан. — Ты представляешь один аспект, а он — множество. Он — Кроваворукий.

— Я не планирую массированную атаку, — напомнила она собравшимся экзархам. — Малейший порез, единственная разорванная нить изменят судьбу орков. Я видела это. Добиться цели можно и силами небольшого отряда.

— Аватар ведет нас, и мы следуем за ним, дочь Морай-Хег, — сказал Жалящий Скорпион Тар-Дуат. Он разомкнул и сомкнул свою силовую клешню, волнуясь из-за необходимости отказать лорду-фениксу, однако слова выдали его решимость. — Баньши призывает нас, и я внимаю ее зову, но она не вправе приказывать.

— Еще одна битва, предвиденная Эльдрадом, поможет Ультве уберечься от опасности, — возразил Нафериут.

— Эльдрад ошибается, — отрезала Джайн Зар. — Он втянет мир-корабль в завоевательную войну, которая приведет к гибели сотен эльдаров, а вас — к катастрофе, что погубит миллионы. Кто этот провидец, чьи слова вы так высоко цените? Выскочка. Он даже не пережил Падения, а вы все равно готовы последовать за ним на такую бойню?

— Он проводник, провидец путей, следующий по древнейшим тропам. — Еще один из Зловещих Мстителей, Луашафар, высказался в поддержку Эльдрада. — Он уже много раз предотвращал несчастья, и мы верим его словам.

— Не он возглавляет совет провидцев. Даэнсирит — старшая среди них, и она дала мне свое полное согласие.

— Если разногласия разобщили провидцев, то это их вина. Как один мы проголосовали, — возразил Луашафар.

Джайн Зар посмотрела на экзархов и поняла, что они не поддадутся на уговоры. Если бы она прибыла раньше, до пробуждения аватара, то, возможно, убедила бы их принять участие в ее тонком плане. Теперь же, когда в их сердцах звучала боевая песнь Кхаина, было слишком поздно. Они последуют за своим богом войны навстречу победе или гибели — а Кхаин желал обильного кровопролития превыше всего остального.

Луашафар правильно заметил: Даэнсирит была слишком слаба. Ей не следовало позволять Эльдраду устраивать приготовления одновременно с ней. Тем не менее лорд-феникс не собиралась беззаботно вмешиваться в дела провидцев, поскольку они были личностями тонкими и гордыми.

Она больше ничего не сказала экзархам, утомленная их обществом и иссушающим присутствием аватара за дверями тронного зала. Лорд-феникс в них не нуждалась. Она была Бурей Тишины и имела право вести воинов своего храма туда, куда пожелает. Прежде чем могучая военная машина Ультве заработает в полную силу и втянет их всех в катастрофическую тотальную войну, она убьет чужака, судьба которого грозила им неприятностями, и изменит будущее во благо своего народа. В свете такого развития событий даже Эльдрад будет вынужден признать, что его план не имеет никакого смысла.

Джайн Зар пришлось изменить свою стратегию с тех пор, как она прибыла на мир-корабль, однако все же ее замысел вселял наибольшую надежду на мир между Ультве и Ануивеном и даровал возможность спасти эльдаров от катастрофы.

Глава 16

С балкона, выходящего на террасы, что вели вниз, к порту Последнего звездного блеска, Эльдрад наблюдал за сборами воинства Ультве. Он сидел на низком мягком табурете с лунной лирой на коленях и лениво водил большим и указательным пальцами по струнам, импровизируя на ходу.

Море звезд, проглядывающее сквозь силовой купол над гаванью, заполняли флотские суда, прибывающие и отбывающие с трех причалов, отведенных под военные нужды. Изящные очертания кораблей проплывали на фоне разноцветных вспышек звезд, затронутых искажающим эффектом края Ока Ужаса. Эльдрад знал, что если он отправится на другую сторону мира-корабля, то всего лишь через день пути сможет взглянуть на бурлящие глубины сердца Хаоса. За исключением провидцев и нескольких эстетов, большинство эльдаров покинуло те платформы и перебралось в поселения, обращенные к незатронутой заразой части Галактики.

Он уже некоторое время наблюдал за процессией военной техники и экипажей, оторвавшись от пряжи, чтобы прояснить свои мысли. Под ним маленькие, будто мыши, ряды стражей в черных доспехах выстроились вокруг желтых знамен своих отрядов. Их было всего несколько сотен, однако число воинов росло с каждым периодом — по мере того как все больше обитателей искусственного мира направлялось к храмам аспектных воинов.

Являлось ли происходящее выдающимся достижением или шагом назад? Эльдрад уважал усилия Азурмена по внедрению порядка и дисциплины Пути на мирах-кораблях, но разве он должен был ставить во главу угла воинственность?

Он пожал плечами, проводя большим пальцем по инструменту, чтобы отыграть несколько нарастающих диссонирующих нот. Способность сражаться являлась необходимым злом, и сдерживание естественных порывов, которые сопутствовали кровопролитию, оказалось столь же важным. Достаточно было взглянуть на троглодитскую деградацию Комморры, чтобы узреть, до каких глубин мог опуститься ничем не стесненный эльдарский разум.

С легкостью паря над полом, гравитационные транспортеры «Волновой змей» извивались по бульварам к погрузочным причалам. Каждая из машин ненадолго останавливалась, чтобы отряд стражников взошел на борт, отчего линия транспортеров походила на сетчатое существо, проскальзывавшее через огромные ворота в доки.

— Смотришь на плоды своего высокомерия, Эльдрад?

Он обернулся на голос Даэнсирит. Провидица была облачена в свои полные регалии: руническая броня лежала поверх ее одежды, церемониальный жезл она держала в одной руке, а щит из призрачной кости — в другой.

— И он продолжал играть, пока искусственный мир пылал, — добавила она. — Мне не стоит удивляться тому, что тебе приносит немалое удовольствие игра на струнах, ведь ты, по-видимому, очень хорошо умеешь дергать за ниточки своих марионеток.