Чтение онлайн

– Считаешь меня злом, а себя добром?
– смеялся он в истерическом смехе.

– Нет ни добра, ни зла.
– Отвечаю я.
– Есть только люди.

Я наношу удар за ударом. И меня невозможно остановить. Этот маленький человек ничего не может сделать против меня. Я бью снова и снова. И это был не только гнев за Ричарда, это был так же выход моим эмоциям, что скопились во мне за то долгое время. Я бил за школьные обиды, бил за расставание с Дорой. Я вижу, как брызнула кровь в темноте. Продолжаю бить. Мне становится так легко. Удар за ударом. Его лицо превратилось в отбивную. А я не мог остановиться. Ведь я был такой же безумец, как и Генри. Всегда со мной было что-то не так. Я не соответствовал норме. Но что такое норма? Это какой-то образ, которого должны придерживаться люди. Но если я не могу вылепить из себя то, чем они хотят, чтобы я был, неужели, я не достоин этой жизни? Ведь это всё сплошная чушь. Ошибаются люди, которые пытаются загнать меня в клетку из их представлений, но не я, который не может ошибаться только тем, что живёт своей жизнь. Я просто никогда не хотел идти в ритме толпы, находясь в поисках собственного пути. Люди не вправе меня судить. Я сам себе судья. И мне нравится эта жизнь, хотя я не знаю почему. Я хочу жить, и я буду жить, не обращая внимания на других, так как считаю нужным. И никто не вправе мне помешать.

Я слышу женские визги. Жена Генри плачет и кричит. А я продолжаю работать руками. Я чувствую столько освобождения. Я, словно, заново родился. Никогда не думал, ято буду наслаждаться этим, не столько, потому что хотел бить, сколько потому что Генри это заслуживал.

– Боже, уберите его!
– Кричит Генри.
– Уберите его от меня!!

Я помню, как в кабинет Гиены ворвались полицейские. Помню вкус их дубинки. Помню, как на меня нацепили наручники, а меня самого повели куда-то вдаль.

Генри лежал и стонал от боли. А я лишь презрительно улыбался, глядя ему в лицо, пока меня не увели.

Затем темнота.

Первое, что я увидел, когда очнулся, это было ничего.

Вокруг пыльные серые стены и ужасный сырой запах.

– Где я?
– спросил мой голос.

– Что, проснулся?
– сказал мне какой-то грубый голос.
– Ешь свою вонючую похлёбку. Она уже полчаса тут воняет. Невозможно.

– Где я?
– спросил я.

– Ха-ха. А то ты не знаешь? За решеткой, конечно же. А ты, что думал, ты в ад уже попал?

– Надеялся.

– Чудак - сказал мужчина с тем же грубым голосом.

– Где именно мы находимся?
– спрашиваю я.

– В полицейском участке, конечно же - Говорит мужчина.

Я поднялся, и присел, вытянув ноги.

Повсюду чувствовался мужской запах. Я чихнул. Мужчина повернулся ко мне и заговорил.

– Меня зовут...

– Какая разница, как тебя зовут!
– закричал я.
– Мне всё равно. Оставь меня.

– Ну, ладно.
– Говорит он.
– Я просто пытался быть вежливым.

– Тогда ты не туда попал - огрызаюсь я.

– Да что на тебя нашло вообще?

Я продолжаю сидеть и смотреть в эти мрачные стены. Временами, по ту сторону решётки проходит какой-нибудь человек в форме. Оставшееся время, меня и моего сокамерника глодала тишина.

– Да тут сойти с ума можно - говорит мужчина.
– Ещё и ты приятель молчишь как рыба. Хоть слово бы сказал.

– А что тут скажешь теперь?
– Говорю я.

– И правда.
– Отвечает он.
– Здесь уже ничего не поделаешь.

Продолжаю пристально смотреть в одну точку, словно в ней находятся все ответы.

– За что тебя схватили?
– Говорит мужчина.

– Драка - говорю я.

– О, ты везунчик ещё.
– Отвечает он.
– Я вот убил человека.

– И как ощущения?

– Ты издеваешься?!
– Вскричал он.
– Это ужасно. Хотя, знаешь, впрочем я ничего не почувствовал. Я знаю, что это будет глодать меня всю жизнь. Но сейчас я ещё не осознал, что убил человека.

Я сажусь поудобнее. В животе урчит. Но я даже боюсь взглянуть на эту похлёбку.

– Я тоже ни куска в рот не взял - Говорит мужчина.
– Такая отвратительная еда. Уж, лучше с голода умереть. Да, жаль, что ты неразговорчивый. Я тут уже два дня с ума схожу. Ни словом ни с кем не перемолвился.

Я вижу, как в маленьком окошке, что находилось в конце коридора, проглянуло утро.

Может быть, часов одиннадцать. Кто знает. Кто знает.

Не знаю, правильно ли я поступил, что влез в эту семью. Измена Агнесс была лишь поводом. Но я сблизился с этой семьёй, и так получилось, что спугнул врага, оказавшись в нужное время в нужном месте. Я не верю, что совпадения не случайны. Но это произошло, и я чувствую небольшое удовлетворение. Ричард меня ненавидит. Агнесс боится. И только Кейт, я знаю, по-прежнему скучает по мне.

– Я немного вздремну - говорит мужчина.
– А что ещё здесь делать, верно?

Я также попытался закрыть глаза. Но никак не мог забыться.

В моей жизни ничего не происходило, но я постоянно что-то рассказывал, потому что многое происходило у меня внутри. Теперь в моей жизни столько всего произошло, но я не знаю, что рассказать, потому что внутри у меня ничего не происходит.

Пустота.

Сегодня Ричард поедет на Поинт-Сквер. Я отчётливо представляю его рабочий день.

Скоро он пойдёт на обед в закусочную, где подметает Саманта. Перекусит и снова примется за дело. Про меня он думать не захочет, но удивится, когда узнает, что Генри не вышел на работу. А затем известия о нас донесутся и до его слуха.

Через несколько часов человек в форме и с каменным лицом принёс нам обед. Я даже не посмотрел на то, что там лежало. А запах пыли перебивал запах еды.

Мужчина проснулся и взял в руки свою тарелку.

– Сегодня ещё можно есть - говорит он.
– Попробуешь?

– Нет - оборвал я.

– Тогда, можно, я съем и твою?

– Ешь.

И до меня стало доноситься его усиленное чавканье. Из-за этого я не мог сосредоточиться на своих мыслях. Мужчина радостно постанывал, проглатывая кусок за куском, а заодно подразнивая и мой желудок.

– Как вкусно. Как вкусно.

Провожу рукой по волосам. Здесь так душно.

Я поднялся и прошёлся от одной стены до другой. Затем ещё раз.

– Что?
– говорит мужчина.
– Проблемы с пространством, да? Тут не разгуляешься.

Продолжаю ходить туда-сюда.

Мужчина управился с одной тарелкой, чтобы приняться за другую.

– Ты точно не будешь?
– говорит он.

Я покачал головой.

– А зря - говорил он, набивая полную глотку.

Слегка размяв ноги, я начал делать лёгкие упражнения. Наклоны вперёд-назад. Затем попытался достать пальцами до пола. Спина немного хрустела, а все мои суставы стонали.

– Ты бы так не напрягался - говорит мужчина.

Но я продолжаю заниматься. Разминаю шею, поясницу, руки. Затем я падаю на землю и начинаю отжиматься.

– Да ты лихач - Говорит мужчина.

Сердце начинает усиленно стучать. Чувствую лёгкое головокружение. Сколько же я не занимался. Делаю ещё подход, а затем сажусь в позе лотоса на холодный пол, который чувствую всем своим существом.

– С такими занятиями нужно ещё и питаться - говорит мужчина.
– Иначе, ты зря занимаешься. Должен сказать, что телосложение у тебя, что надо.