Чтение онлайн

Однако 26 апреля, через два дня после нападения на Браун, полицейские арестовали француза алжирского происхождения по имени Амир Бен Али, обвинив его в совершении этого преступления. Бен Али был известен в округе под прозвищем Француз. Похоже, он часто останавливался в гостинице, а в ночь убийства находился в комнате, расположенной напротив комнаты жертвы.

Тем не менее Бен Али абсолютно не подходил под описание мужчины, которого видели с Браун, когда она вошла. Алжирец, в отличие от того человека, был темнокожим.

Аргументы полицейских против Бена Али заключались в том, что после ухода мужчины, которого видели с Браун, алжирец вошел в ее номер, убил женщину и украл деньги. Главным доказательством были следы крови на полу между их номерами. Его судили, признали виновным в убийстве и приговорили к пожизненному заключению. Позже он был переведен в больницу для душевнобольных преступников.

В 1902 году подозрения с Бена Али были сняты благодаря нескольким журналистам, которые считали, что он был обвинен ошибочно. Они предположили, что следы крови, ставшие основными уликами, могли быть оставлены журналистами и коронером, когда те ходили туда-сюда между двумя номерами. Этого было достаточно для опровержения доказательств.

Кто бы ни прикончил Кэрри Браун, между нападением на нее и убийствами в Уайтчепеле есть несколько основных различий, которые не позволяют причислить ее к списку жертв Потрошителя.

• Браун была убита в ночлежном доме, где жило много людей, которые ходили там всю ночь. Ни одна из жертв в Уайтчепеле не была убита в такого рода месте.

• Если человек, которого видели входящим в ночлежный дом, был убийцей, он сильно рисковал. Он должен был понимать, что его могли заметить, что, если бы Браун закричала или попыталась уйти, его, скорее всего, схватили бы.

• Горло Браун не было перерезано.

Что же дает нам право предполагать, что Чепмен был убийцей Кэрри Браун, и причислять его к вероятным Потрошителям? Мы знаем, что Чепмен разбирался в медицине, выглядел как иностранец и говорил с акцентом, подобным тому, который описали свидетели из ночлежки в США. Во время уайтчепельских нападений он жил где-то в Ист-Энде. Убийства прекратились, как только он переехал в Америку, где вскоре была убита Браун. Подходит почти все, кроме манеры убийства.

Но может ли маньяк превратиться в расчетливого отравителя семь лет спустя? Остались без ответа и другие вопросы. Если Чепмен был убийцей, орудовавшим в Уайтчепеле, то почему он вдруг остановился? Неужели он реализовал свой жуткий замысел? Или испугался ареста? И почему он не начал убивать, когда вернулся в Англию? Как я уже говорил ранее, серийные маньяки не останавливаются без особых на то причин.

Криминалисты и эксперты по поведению расходятся во мнении в вопросе о том, придерживаются ли убийцы одного и того же образа действий. Некоторые заявили, что со временем манера преступления может измениться — сказывается опыт. Мои познания в этой области не позволяют мне согласиться этим. Поэтому я и спрашиваю: если Чепмен был убийцей, мог ли он перевоплотиться из дикого, жестокого убийцы в пассивного отравителя? Слабо верится.

Имейте в виду, что Чепмен был ловеласом, ему нравились молодые, привлекательные женщины. Будет ли такой человек проявлять хоть малейший интерес к пожилым неряшливым проституткам? Я полагаю — нет, даже ради убийства.

Наконец, хотелось бы верить, что, если бы Чепмен подпал под подозрение полиции, его бы допросили, пока он ожидал приведения в исполнение смертного приговора. Возможно, они приходили к нему, а может, и нет. В любом случае, никаких записей об этом не сохранилось.

Итак, был ли Чепмен убийцей? Полагаю, что нет. Как и другие подозреваемые, он попал в список возможных Потрошителей через много лет после уайтчепельского кошмара из-за убийства нескольких женщин, хотя инев стиле Потрошителя. Когда Чепмен был в Америке, там было совершено аналогичное преступление. Этот факт тоже мог вызвать интерес полиции. Тем не менее инспектор Абберлайн был уважаемым офицером, и я уверен, что если бы он действительно подозревал Чепмена, то его допросили бы, и мы бы имели тому документальное подтверждение. Поскольку таких сведений нет, могу только предполагать, что не было никаких оснований считать Чепмена Потр ошителем.

Его признали виновным в отравлении жены и еще нескольких людей; 7 апреля 1903 года он был повешен в тюрьме Уондсворт.

Было высказано предположение, что Михаил Острог, последний из четверых подозреваемых Макнагтена, попал под подозрение лондонской полиции уже во время убийств в Уайтчепеле. Также говорят, что следователи не располагали точной информацией о его местонахождении. Острог был мелким уголовником и мошенником, пользовался многочисленными псевдонимами, в том числе «доктор Грант», и утверждал, что он бывший хирург российских военно-морских сил. Он провел большую часть жизни за решеткой, отбывая сроки за мошенничество и кражи. В том, что он был закоренелым преступником, сомнений нет. Но Потрошителем?

В период уайтчепельского кошмара Острог попал под подозрение полиции; в «Полис газетт» напечатали: «Просим обратить особое внимание на этого опасного человека». Это издание в течение долгого времени регулярно рассылалось во все участки, в нем содержалась информация как о преступниках, разыскиваемых сотрудниками полиции, так и о людях, которых подозревали в незаконной деятельности.

Вполне вероятно, что появление Острога в «Полис газетт» было связано с мелкими преступлениями, а его описание как «опасного человека» было ошибкой. Если бы Острога подозревали в убийстве или разыскивали для допроса в качестве подозреваемого, это было бы подтверждено документально. В любом случае, с учетом того, сколько раз его арестовывали за мелкие преступления, полицейские, должно быть, имели основания для допроса по делу об убийствах. Похоже, что этого никогда не делали.

Макнагтен писал о нем следующее: «Михаил Острог был безумным русским врачом, неоднократно сидевшим за решеткой, и, несомненно, серийным убийцей. Говорили, что он крайне жестоко обращается с женщинами; известно, что в течение долгого времени он носил с собой скальпели и другие хирургические инструменты. В его прошлом немало темных дел. В период совершения убийств в Уайтчепеле полиция не располагала достоверной информацией о его местонахождении. Он все еще жив». Интересно, откуда Макнагтен получил такую информацию, ведь характер человека, которого он описывает, совершенно отличается от Острога. Хотя у него было много судимостей за кражи и мошенничество, Острог не был замешан ни в одном серьезном преступлении, и доказательств того, что он носил с собой нож, нет.

Что касается того, был ли Острог Потрошителем, то, на мой взгляд, у него не было мотива для столь жестоких нападений. Я считаю, что он никого не убивал. Итак, трех из четырех подозреваемых считали таковыми только на основании служебной записки Макнагтена, составленной гораздо позже трагических событий в Уайтчепеле. Я уже обозначил расхождения между этим документом и другими имеющимися свидетельствами. Теперь мне понятно, почему записка была обнародована лишь через несколько лет после убийств. Я склонен сделать вывод, что Макнагтен основывался исключительно на слухах. Учитывая, что в ней нет упоминания о косвенных уликах или прямых доказательствах, связывающих кого-либо из четверых подозреваемых с убийствами в Уайтчепеле, стоит признать, что данную записку нельзя считать надежным источником информации.