Чтение онлайн

— Где у вас контейнер для мусора?

Старик молча посмотрел на меня удивленным взглядом, а потом нагнулся под прилавок, вынул из-под него металлический контейнер высотой по колено и протянул его ко мне. Лицо его при этом выражало непонимание и неловкость. Я свернул рубашку в тугой узел и забросил ее с десяти футов в контейнер, словно трехочковый мяч. [40] Старик пришел в ужас. После этого я направился в кафе завтракать. Ну и заодно еще немного прогуляться. Я понимал, что самым вероятным местом для встречи с Деверо было именно кафе. Женщина, которая ела столько, сколько она, не может долго обходиться без пищи. Так что приход ее туда был лишь вопросом времени.

Не прошло и двадцати минут, пока я ел яйца и до половины допил третью чашку кофе, как вошла она. Войдя в дверь и увидев меня, на секунду остановилась. Весь мир остановился. Окружающая атмосфера стала твердой. Она снова была в форме, ее волосы, стянутые в жгут, были отброшены назад. Лицо Элизабет практически ничего не выражало. Быть может, было чуть более неподвижным, чем обычно. Но выглядела она замечательно.

Я справился с дыханием и ногой вытолкнул из-под стола стоявший напротив меня стул. Глядя в ее глаза, я видел, что она мысленно решает — садиться ко мне или нет. Она посмотрела в зал, на столики. Большинство из них были заняты. Видимо, она решила, что если сядет одна, это может явиться причиной нежелательной сцены. Она думала о своих избирателях. Ее волновала репутация. Поэтому она подошла к моему столику. Отодвинув стул еще на фут от стола, села, спокойная, сдержанная, колени с лежащими на них ладонями сомкнуты вместе. Я заговорил первым:

— У меня нет никаких невест. У меня и подруг-то никаких нет.

Она не ответила.

— Это звонила одна из моих коллег. Они постоянно разыгрывают тех, кто находится на задании под прикрытием. Видимо, это их веселит. Мой начальник, к примеру, называет себя моим дядей.

Она не ответила.

— Я не могу доказать этого, — продолжал оправдываться я.

— Я хочу есть, — сказала Деверо. — Впервые за два года я пропустила завтрак.

— Извини, это я виноват, — сказал я.

— В чем? Нечего извиняться, если то, что ты говорил, правда.

— Это правда. Я просто извинился за свою коллегу.

— Это твой сержант? Нигли?

— Нет, эту женщину зовут Клара Диксон.

— И что она хотела?

— Сказать, что никто не распутывает никаких финансовых афер в Форт-Келхэме.

— А как она об этом узнала?

— Она знает все, что касается дел, в упоминании о которых встречается слово «доллар».

— А кто решил, что в Келхэме имеет место какая-нибудь финансовая афера?

— Высшие чины. Я думаю, это всего лишь теоретические измышления. Ты же сама говорила, что они в отчаянии от своего безделья.

— Если бы у тебя была невеста, ты бы ей изменял?

— Наверное, нет, — ответил я. — Но мне бы очень этого хотелось… с тобой.

— Меня взбесило, когда я услышала этот звонок.

— Трудно поверить.

— Это правда. Неприятное чувство.

— Понимаю, — согласился я. — Но прошлой ночью тебя ведь не бесило.

Элизабет замолчала. Я видел, что она задумалась. Прошлой ночью. Она жестом подозвала официантку и заказала гренки. Те же самые, что и днем раньше.

— Я звонила Брюсу Линдсею, — сказала она. — Брату Шоны Линдсей. Ты знал, что у них есть телефон?

— Да, — ответил я. — Я звонил по нему. Клара Диксон как раз и доставала меня в связи с этим моим звонком.

— Я поеду к ним сегодня после обеда. Думаю, ты прав. У него есть что рассказать мне.

Мне. Но не нам.

— Пойми, это была просто глупая шутка моей коллеги-офицера. Только и всего.

Она, помолчав секунду, заговорила о другом:

— Боюсь, у нас проблема с отпечатками пальцев из дома Дженис Чапман. Хочу признать сразу, это моя вина.

— А что за проблема?

— У моего зама Батлера есть знакомая, которая работает неподалеку в полицейском управлении города Джексона. Они вместе были на курсах повышения. Я попросила его обратиться к ней с просьбой сделать для нас эту работу, но по-тихому, чтобы мы могли сэкономить на этом отпущенные нам деньги. Такие расходы не предусмотрены в нашем бюджете. Но знакомая Батлера что-то напутала. Я же не могла просить Батлера обратиться к ней еще раз. Это затянуло бы всю историю очень надолго.

— И что она напутала?

— Она вроде бы перепутала номера пакетов. Данные Чапман отнесли к делу женщины по имени Одри Шоу, а мы получили данные на Одри Шоу. Совсем на другого человека. Она, типа, работник федерального правительства. Там Чапман определенно не работала, поскольку у нас нет таких учреждений, к тому же она вообще не работала. Если, конечно, Одри Шоу не была прежним владельцем дома Чапман. В таком случае эту путаницу внес Батлер, когда брал отпечатки не в тех местах, где нужно, или ты, когда позволил ему это.

— Нет, Батлер сделал все правильно, — возразил я. — Он снял отпечатки именно в тех местах, где надо. Эти отпечатки не могли принадлежать прежнему владельцу, если, конечно, она не пробралась тайком среди ночи в дом, чтобы воспользоваться зубной щеткой Чапман. Черт знает, что происходит.

— Расскажи мне снова об этом телефонном разговоре, — попросила Элизабет. — О чем вы говорили?

— Звонила майор Клара Диксон из 329-го подразделения, — ответил я. — У нее была информация для меня. Вот и всё.

— А то, что она твоя невеста, это шутка?

— Только не говори мне, что морпехи более умелые комедианты.

— Она симпатичная?

— И даже очень.

— Она была когда-то твоей подружкой?

— Никогда.

Деверо снова замолчала. Глядя на нее, я понял, что она приняла решение. И приняла его только сейчас. Я был почти уверен, что все идет к лучшему. Но подтверждения этому я не получил. По крайней мере не в ту минуту. И все потому, что прежде, чем она успела что-либо сказать, дородная дама, сидевшая за коммутатором в управлении, с грохотом распахнула двери кафе и остановилась на пороге, держась одной рукой за ручку двери, а второй опираясь о косяк. Она задыхалась от бега и некоторое время не могла произнести ни слова. Грудь ее колыхалась. Было видно, что весь путь от управления до кафе она бежала изо всех сил. Наконец она смогла произнести:

— Еще один.

Заместитель шерифа Батлер ехал для того, чтобы сменить Пеллегрино, наблюдавшего за воротами Келхэма. Проехав примерно половину пути, он случайно посмотрел налево и увидел одинокое тело, лежащее в низкорослом кустарнике, примерно в ста футах от дороги. Через пять минут Батлер, связавшись с управлением шерифа, сообщил эту плохую новость, а спустя девяносто секунд после принятия сообщения диспетчер принесла ее в кафе. Через двадцать секунд после этого мы с Деверо уже были в ее машине; она что есть силы надавила на педаль газа и так понеслась по дороге, что мы прибыли на место преступления меньше чем через десять минут с того момента, как Батлер случайно повернул голову.