Чтение онлайн

— Сюда идут, — сообщил Джоаз.

Фейд издала тихий стон отчаяния, опустилась на колени и вновь принялась за свои пассы. Раздраженный Джоаз выгнал ее.

Оставшись один, он подошел к пульту разработанной им самим системы связи из шести телефонов и поговорил по трем из них — не мешает лишний раз убедиться, что люди начеку. Затем он вернулся к экранам.

Пехотинцы маршировали через поле: их твердые лица были иссечены вертикальными складками. С флангов наступали Пушкари, катя перед собой трехколесные механизмы. Дюжина Породителей двигалась в арьергарде, неся на плечах диковинное округлое оружие. Следопыты остались около корабля. Ярдов за сто от Дороги Кергана — вне досягаемости банбекских мушкетов — захватчики остановились. Один из Пехотинцев подбежал к тележке Пушкаря, влез в постромки и, подняв ее, засеменил к селению, словно огромная крыса. Два черных шара, укрепленных на сером механизме, стали излучать парализующие волны. Послышались выстрелы. Из замаскированных укрытий, вырытых в склоне долины, показались облачка дыма. Несколько пуль ударилось в землю у ног Пехотинца, несколько расплющилось о его кольчугу. Сорвавшийся с носа корабля тепловой луч вонзился в склон.

Джоаз ухмыльнулся. Дым был бутафорским, стрелки же прятались в других местах.

Петляя и пригибаясь, Пехотинец, невредимый под ливнем пуль, взбежал к порталу, на котором прятались двое людей. Пораженные излучением, люди затряслись, впали в оцепенение, но, несмотря на это, сумели столкнуть большой валун. Ударив в основание шеи, камень поверг Пехотинца наземь. Тот засучил руками и ногами, катаясь по площадке, затем ухитрился подняться. Он бросился обратно, подпрыгивая и спотыкаясь, и наконец упал окончательно. Захватчики бесстрастно наблюдали за его конвульсиями.

Последовала минута затишья. Затем корабль послал вдоль долины направленный импульс вибрации. Взметнулись клубы пыли, рассыпались валуны. Лежащий на краю Обрыва человек вскочил, пританцовывая, и упал с двухсотфутовой высоты. Импульс задел резиденцию Джоаза; вибрация проникла внутрь сквозь одну из бойниц. Кабинет наполнился душераздирающим воем, пол затрясся. Джоаз потер ноющие виски.

Тем временем Пушкари подгртовили свои трехколесные устройства. Раздался приглушенный выстрел; серый шар, вихляя, описал кривую и, врезавшись в склон, взорвался большим облаком бледно-желтого газа: прицел оказался неточным. Бомбомет выстрелил еще раз, и следующий шар упал прямиком на Дорогу Кергана. Однако к этому времени Дорога опустела, и второй выстрел также оказался безрезультатным.

Джоаз хмуро наблюдал за действиями захватчиков. Пока они предпринимают только пробные шаги. Но, несомненно, вскоре защитникам придется туго.

Ветер развеял облако газа, и все стихло. Потери составляли одного Пехотинца со стороны пришельцев и одного стрелка со стороны Банбека.

Потом с носа корабля сорвалась струя красного пламени — это был мощный и убедительный удар. Во все стороны полетели вращающиеся обломки скал. Тяжелая Пехота трусцой бросилась в наступление.

По телефону Джоаз предупредил командующих отрядами, чтобы те не поддавались на эту явную провокацию и опасались газовой атаки. Однако вскоре он понял, что это не провокация.

Когда Тяжелая Пехота достигла края Дороги Кергана, что, по мнению Банбека, было весьма неразумно, из укрытий выскочили Голубые Ужасы, Демоны и Злыдни. Наступающие остановились, и, разинув рты, глядели на неожиданных противников. Но прозвучали команды, и толпа Пехотинцев, немного подавшись назад, ринулась в бой.

Сражение разгорелось по всей Дороге Кергана. Вскоре стало ясно, что пистолеты захватчиков, как, впрочем, и стальные шары на хвостах Демонов, бесполезны в узком проходе. Мечи не могли пробить чешую драконов, тогда как клешни Голубых Ужасов, кинжалы Злыдней, топоры, сабли, клыки и когти Демонов собирали богатый кровавый урожай. Пехотинец был так же силен, как Злыдень, но в схватке один на один он побеждал чаще — вырывая плечевые отростки дракона, или сворачивая ему шею своими ручищами. Но если Пехотинцу противостояли два-три Злыдня, то захватчик был обречен: пока он сражался с одним драконом, двое других ломали ему ноги, выкалывали глаза, или перерезали горло. Таким образом, потеряв два десятка Пехотинцев, пришельцы отступили, а банбекские защитники вновь открыли огонь — правда, без особого успеха.

Наблюдая из своего кабинета за ходом сражения, Джоаз гадал, что предпримут Породители. Гадать пришлось недолго: пока Тяжелые Пехотинцы перегруппировывались и отдыхали, а их хозяева гарцевали перед ними, выслушивая донесения, отдавая приказы, советуя и воодушевляя, черный корабль послал энергетический луч, ударивший в склон Долины над Дорогой Кергана. Пол кабинета заходил ходуном. Джоаз отшатнулся от экранов: что, если пучок энергии попадет в линзы? Не поразит ли сфокусированный ими луч самого Банбека? После следующего удара Джоаз выскочил из кабинета, спустился по лестнице и побежал к центральной галерее. Там царила суета. Перепуганные женщины и дети поспешно уходили в глубь горы, расталкивая солдат и драконов в полном боевом снаряжении, толпящихся у одного из новых тоннелей. Убедившись, что эта суета не вызвана паникой, Джоаз присоединился к своим воинам, двигающимся на север. Недавно вырытый тоннель привел защитников к Банбекской Осыпи. За их спинами гремели взрывы — Породители принялись за селение Банбек. Угрюмо глядя, как рушатся скалы, Джоаз вдруг обнаружил, что армия захватчиков получила подкрепление: из корабля вышло восемь Великанов — чудовища раза в два выше человека, с бочкообразной грудью, криворукие и косолапые, с блестящими глазами и копной рыжевато-коричневых волос. Они были закованы в красные латы с черными эполетами и вооружены мечами, палицами и висящими за спиной бластерами. Джоаз нахмурился. Впрочем, появление Великанов не меняло его стратегии — было бы что менять... Он знал, что понесет большие потери, и от всей души надеялся, что не меньшие потери понесет враг. Однако своих солдат Породители посылают в бой еще более хладнокровно, нежели Джоаз — драконов. И, если захватчики разрушат селение, сровняют Долину с землей, чем Банбек сможет отплатить им? Он бросил взгляд через плечо, на высокий белый обрыв, гадая, правильно ли рассчитал место, где находится пещера Жрецов. Что ж, час пробил. Пора действовать.

Джоаз дал сигнал маленькому мальчику — одному из его собственных сыновей. Глубоко вздохнув, мальчуган выскочил из укрытия и вприпрыжку побежал прочь от Осыпи. Секунду спустя мать догнала паренька, схватила в охапку и вернулась под защиту скал.

— Неплохо сыграно... Честное слово, неплохо. — Джоаз выглянул из-за валуна.

Породители смотрели в его сторону.

Некоторое время ничего не происходило, и Джоаз извелся от беспокойства, думая, что враги не попались на его хитрость. Но вот, посовещавшись, Породители стегнули арапниками скакунов по кожистым ягодицам; те взбрыкнули и помчались на север долины. За ними двинулись Следопыты, Тяжелая Пехота, Пушкари со своими трехколесными орудиями, а в тылу шли восемь Великанов. На своем пути вражеские солдаты злорадно вырывали ростки беллегарда и вики, ломали лозы и живые изгороди, вытаптывали грядки ягод, овощей и масличных культур. Не доходя до Банбекской Осыпи Породители благоразумно остановились, а вперед, по-собачьи задрав головы, выбежали Следопыты — принюхиваясь, прислушиваясь, приглядываясь, переговариваясь щебечущими голосами. Двигающаяся следом Пехота словно подстегнула их, и, забыв про осторожность, они углубились в нагромождение рухнувших скал. Когда дюжина Голубых Ужасов внезапно напала на них, Следопыты заверещали и принялись без разбора палить из тепловых излучателей, в смятении поражая и своих, и врагов. Драконы рассвирепели, но сноровку не утратили: они хватали зовущих на помощь пришельцев, пронзали их, разрывали на части и отбрасывали в стороны. Те, кто был еще в состоянии двигаться, покинули Банбекскую Осыпь так же поспешно, как и пришли. Из двадцати четырех Следопытов до открытого места добралась только половина, но появившиеся из своих укрытий Длиннорогие Убийцы и тех забодали насмерть.

Мольбы о помощи были услышаны. Тяжелые Пехотинцы, издавая хриплые крики ярости и размахивая оружием, ринулись в бой; но Убийцы уже скрылись среди валунов.

Тем временем, подобрав оружие павших Следопытов, люди вышли из-за скал и дали залп по Породителям. Однако, незнакомые ни с фокусировкой, ни с мощностью излучателей, они лишь подпалили шкуры своим врагам. Пришпорив скакунов, Породители поспешно отъехали на безопасное расстояние. Тяжелая Пехота остановилась менее, чем в ста футах от Осыпи, и обрушила на защитников град взрывающихся шаров. Люди отступили, потеряв двух рыцарей.

К расположившимся вдалеке от Осыпи Породителям подошли Пушкари и, пока те оценивали обстановку, низкими голосами о чем-то переговорили с их скакунами. Наконец Породители подозвали одного из Пушкарей и отдали приказ. Пушкарь сиял с себя все оружие и, подняв руки, направился к Осыпи. Когда он углубился в проход между двумя огромными десяти футов в высоту валунами, люди Банбека схватили его и отвели к Джоазу.

Увидев случайно оказавшихся поблизости шестерых Злыдней, Пушкарь замялся, а потом уверенно подошел к ним и начал что-то втолковывать. Драконы равнодушно смотрели на парламентера.

— Главные здесь не драконы, — сухо заметил Джоаз. — Что ты хочешь сообщить?

С сомнением глянув на Злыдней, Пушкарь угрюмо повернулся к Банбеку.

— Ты — представитель выводка? — Он говорил медленно и бесстрастно, тщательно выговаривая каждое слово.

— Что ты хочешь сообщить нам? — повторил Джоаз.

— Я принес суммирование от своих хозяев.

— Суммирование? Не понимаю.

— Суммирование мгновенных векторов судьбы. Интерпретацию будущего. Хозяева желают, чтобы смысл их предложения был передан в следующих словах: «Не расходуйте жизни понапрасну — ни свои, ни наши. Вы ценны для нас, и с вами будут обращаться в соответствии с этой ценностью. Подчинитесь Порядку. Прекратите расточительное разрушение фонда».

— Разрушение фонда? — фыркнул Джоаз.

— Имеется в виду ваш генофонд. Послание окончено. Советую подчиниться. Зачем проливать кровь? Зачем уничтожать самих себя? Пойдем вместе со мной. Все будет хорошо.