Чтение онлайн

Я снова повернулась к улочке. Из небольшой кондитерской доносились восхитительные ароматы. Стоявший за прилавком ближайшей повозки парнишка с копной лазурных волос заводил какую-то фигурку. Я шагнула в сторону, чтобы держать в поле зрения одновременно «Картографориум» и ярко-красную повозку – на тот случай, если ориентирам вдруг вздумается поменяться местами – и тут медная белочка ожила и запрыгала по прилавку. Парнишка улыбнулся и торжественно свистнул.

Тут я почувствовала, что кто-то тянет меня за юбку. Посмотрев вниз, я увидела маленькую девочку с огромными и очень жалобными лиловыми глазами. В одной руке она держала стеклянную банку.

– Прошу вас, мисс. Вы не видели мою Салли? – протянула она.

– О, нет, извини, – я покачала головой. – А как выглядит эта Салли?

Глаза девочки вдруг еще больше расширились от страха, она попятилась и скрылась за прилавком с заводными игрушками.

– Не бойся, я тебя не обижу… – начала было я.

В спину мне уткнулся палец размером с колбаску, я обернулась и увидела перед собой далеко не такое милое и невинное лицо – скорее морду, со свирепой гримасой и рядами острых зубов. Она нависала в нескольких футах надо мной и принадлежала созданию столь же широкому в плечах, сколь и высокому. Кожа его, там, где ее не прикрывал грубый черный мех, была серо-зеленого цвета. Облачено создание оказалось в один лишь крепкий пояс, набедренную повязку и кожаные наручи с заклепками. Из нижней челюсти торчали два толстых клыка, а покрытый шрамами нос слегка изгибался вверх, как у гигантского крота. Массивные брови нависали над крохотными глазками. Подобные морды я видела в книжках со сказками, обычно у тех созданий, что водятся под мостами. Чудище смотрело на меня несколько секунд, а потом издало звук, походивший на вой десятка собак в завязанном мешке, который выронили из повозки на мостовую. Крохотные глазки сузились еще больше, тяжелые брови сошлись над переносицей.

Я застыла. Мозг принялся лихорадочно отдавать команды телу – «назад», «скажи что-нибудь», «повернись и беги», – но тело взбунтовалось и отказывалось подчиняться. Великан заговорил снова глухим гортанным голосом, с явным раздражением. Я сглотнула возникший в горле комок.

– Извините, – выдавила я наконец, – но, боюсь, я не говорю… э-ммм… по…

– Буггански, – задорно произнес Джекаби позади меня. – Привет, приятель!

Великан не обращал внимания на моего работодателя, не сводя глаз с меня.

Я по-прежнему не могла пошевелиться.

– Вы же сказали, что мне не о чем тут беспокоиться?

– Ну, это как посмотреть, полагаю. Как правило, все разнообразные виды орков стараются вести себя на рынке как можно приличнее, насколько это в их силах.

– Похоже, этот собирается нарушить правило, – прохрипела я. – И первой его жертвой окажусь я.

– Да, но учитывая, что вы стоите на его хвосте, до сих пор он был поразительно терпелив и проявлял необычайное понимание. Видите? Это как посмотреть!

Я посмотрела вниз и тут же отпрыгнула в сторону, подальше от серо-зеленого хвоста, который зашевелился и скрылся за массивной фигурой. Орк заворчал и покачал головой, а затем с шумом потопал дальше. Толпа расходилась перед его тяжелыми шагами, но тут же смыкалась у него за спиной, и чудовище вскоре скрылось из виду. Я подняла руку, чтобы поправить шляпку, и дважды промахнулась, прежде чем поняла, что вся дрожу.

Тут передо мной внезапно снова возникла девочка с лиловыми глазами.

– Привет, ребенок! – обратился к ней Джекаби. – Это ваша подруга, мисс Рук?

– Салли! – вдруг радостно воскликнула девочка, снимая крышку с банки и протягивая ее в мою сторону.

Я проследовала за ее взглядом и увидела на своей юбке черную саламандру с яркими оранжевыми пятнами.

– Это и есть Салли?

И тут мое платье вспыхнуло.

Джекаби, не медля ни секунды, выхватил из рук девочки банку и одним ловким движением стряхнул в нее саламандру. Тут же один добрый торговец перегнулся через прилавок и выплеснул на пламя ведро помоев, прежде чем огонь прожег мое платье насквозь и добрался до ног. Я какое-то время стояла в шоке, наблюдая за тем, как девочка весело шагает прочь вместе со своей Салли. В мои ноздри ударила едкая смесь ароматов горелой ткани и загадочной соленой жидкости из ведра.

– Ну, что дальше? – воодушевленно улыбнулся Джекаби. – Продавцы-гарпии? Гномы-заклинатели? Торт?

– Джекаби, – я посмотрела своему работодателю прямо в глаза, – я предпочла бы покинуть это место.

Улыбка на его лице какое-то время сохранялась, но выражение удивления в быстро моргающих глазах сменилось пониманием, на смену которому пришло разочарование.

– Ах, да, – улыбка его потухла, сделала вялую попытку вернуться, но погасла совсем, – да, конечно.

Он повернулся и принялся прокладывать путь мимо очередных прилавков. К чугунным воротам мы подошли молча. Когда мы пересекли порог, я снова ощутила легкое покалывание. Оглянувшись, я увидела лишь пустырь, но теперь, когда я знала, что находится по ту сторону, мне казалось, что за обычным пейзажем проглядывают едва заметные очертания рынка.

– Извините, Джекаби, – заговорила я. – Я не хотела испортить ваш сюрприз. Я действительно ценю вашу заботу. Все это так восхитительно и здорово. Мне и вправду хотелось бы пережить какое-нибудь приключение. Просто все это сразу… как-то немного чересчур.

Джекаби кивнул и произнес:

– Понимаю. Постепенно, маленькими шажками.

Я ответила ему благодарной улыбкой.

– Да, маленькими.

– Хорошо, попробуем маленькими шажками, – согласился он, протягивая мне хлопушку.

Мы потянули за бумажную трубочку одновременно, и когда она с треском лопнула, мир вокруг нас разлетелся на кусочки и тут же собрался вновь. На этот раз мне почти удалось устоять на ногах, но из-за головокружения я не удержалась. Джекаби помог мне подняться.

– Сэр, – начала я, оглядевшись. – Это не Нью-Фидлем.

– И в самом деле нет. Это… – Мой работодатель озорно улыбнулся и вытащил из недр своего мешковатого пальто уже знакомый мне лист бумаги. – Это первый шаг.

Он протянул мне карту.

– Так вы возвращались за ней?

Он энергично закивал.

– И отгадайте что? Мы отправляемся в приключение!

Сорока

Карта выглядела старой и нарисованной не очень аккуратно. В воде плавали пышногрудые русалки и змееподобные твари, на суше расхаживали звери, которые, вероятно, должны были изображать тигров, но больше походили на полосатых такс. Леса обозначались рядами палочек, горы по краю карты – зазубренными уголками, и на каждом повороте таились символы опасности – чаще всего черепа с перекрещенными костями, служившие едва ли не основной темой оформления карты. Похоже, ее составитель вставлял их всюду, где у него оставался хотя бы клочок свободного места. В верхнем левом углу неровным почерком было выведено: «Карта сокровищ капитана Фаррела», а в нижнем правом углу красовались инициалы «Д. П.».

– Похоже на то, что ее рисовал восьмилетний ребенок, – заметила я.

– Не следует недооценивать мудрость и интуицию детей.

– О, а вот эта картинка выглядит как утка с острыми зубами.

Джекаби заглянул мне через плечо.

– Карты почти никогда не бывают буквальными. Картография в значительной степени полагается на символизм и намеки.

– А это еще что такое? Репа со шляпой-цилиндром?

– Больше походит на брюкву, и это, скорее, котелок. Пожалуй, ориентирование следует предоставить мне, – заявил Джекаби и попытался забрать у меня карту, но я отдернула руку и осмотрелась по сторонам.