Чтение онлайн

Изольда Романовна схватила Катю за руку, пребольно сдавив предплечье, и потащила за собой в кабинет.

Катя в ужасе смотрела на странное сооружение, стоящее в центре освещённой комнаты.

– Раздевайся и залезай! – крикнула Изольда.

– Куда? – заикаясь, спросила она.

– На кресло!

– Я не знаю, как. – прошептала Катя, чувствуя, как пожаром горят щеки.

– Как ноги раздвигать знаешь, а как в кресло залезать нет? – хохотнула врачиха. – Давай быстро! Живо скидывай с себя всё!

Катя послушно разделась до нижнего белья и встала солдатиком рядом с креслом.

– И что это? – прищурилась Изольда. – Снимай трусы и садись. Ноги расставляй пошире, вот сюда. Давай, живо!

Катя легла в кресло и отвернулась, закрыв глаза. Слёзы текли из-под ресниц, капая на голубой кафель кабинета.

Она почувствовала прикосновение холодного металла и дёрнулась.

– Ну-ка, лежи спокойно! Так.

Докторша возилась между ног, надавливая на живот, засовывая что-то в неё и хмыкая.

– Одевайся!

Катюша буквально стекла по креслу и, схватив вещи, нырнула за ширму, поспешно натягивая на себя нижнее бельё. Зубы стучали от страха и обиды.

– Ну как? – голова Натэллы появилась в дверях.

– Закупорена, как бутылка шампанского, Ната. Никто её не трогал, но мазки я взяла, мало ли что!

– Отлично. Повезло гаденышу! Я подожду, пока вы тут закончите.

Катя оделась и села на жёсткий стул. Изольда прищурилась и грубо сказала:

– Запомни, маленькая дрянь, каждый раз, когда будешь ложиться на спину, вспоминай этот день! Вся возня под одеялом – это грязь и позор! Выйди замуж и предавайся блуду с мужем! Тебе всё понятно! Трахом нужно заниматься только для того, чтобы появились дети, а всё остальное – это грех! Ты поняла?

– Да. – тихо прошептала девочка.

– Пошла отсюда вон!

Катя обхватила себя руками, чувствуя, что её бьёт крупная дрожь. Выйдя из кабинета, она увидела ледяной, ненавидящий взгляд матери.

– До Нового года сидишь дома. А после Нового года переедем в Москву, где ты будешь учиться дальше в закрытом пансионе. Всё понятно.

Катя кивнула головой.

– Телефона у тебя больше не будет! И даже не пытайся с ним связаться! Отныне его свобода – это твоё примерное поведение. Надеюсь, я объяснила всё предельно ясно?

– Да, мама. – прошептала Катюша.

Однако этим планам не суждено было сбыться. Седьмого января 2011 года, рано утром, на шестьсот шестьдесят шестом километре трассы М 11, Натэлла не справилась с управлением на обледенелой трассе и, вылетев на встречную полосу, угодила под фуру.

Сама она погибла на месте. Катю успели довезти до больницы.

Глова 20 Катя.

На спидометре стрелка словно приклеилась к отметке сто сорок. Комарик летел с бешеной скоростью, оставляя за собой другие машины, обгоняя их, лавируя между ними, как Овечкин на льду Торонто. Это единственная дорогая вещь, которую я себе позволила купить, задабривая свою внутреннюю девочку. И вот уже в марте этого года я стала счастливой обладательницей одного из последних премиальных Chevrolet Camaro 3LT ярко-красного цвета. Спасибо мамочке за то, что сделала всё, чтобы эта красотка, сразу с завода, преспокойно пересекла океан и поселилась в уютном гараже барыни Алексеевой.

Вот только что делать сейчас? Моя девочка слишком заметна. Я точно знаю, что таких машин в стране раз-два и обчёлся, она записана на меня, и отследить её по базе ГИБДД слишком просто. Значит, остаётся только одно — продать или, на крайний случай, спрятать. Да и с жильем нужно что-то решать.

В желудке заурчало. Его скрутило болезненным спазмом. Глянула в навигатор. До ближайшего Лукойла двадцать пять километров. Попытавшись вспомнить, когда я ела последний раз, присвистнула. С четверга прошлой недели во рту, кроме чёртовых устриц и моря алкоголя, ничего не было.

Так, если я сейчас не заправлю себя и комарика, мы сдохнем, не доезжая до следующей заправки.

Увидев указатель Лукойла, включаю поворотник и заруливаю к раздаточной колонке. Напялив очки, мало ли тут любителей YouTube, выхожу из машины, ловя на себе восхищенные взгляды и присвистывания.

Твою мать, Алекс, что ты со мной сделал? Раньше только моя девочка вызывала обильное слюнотечение у всех представителей сильного пола. Я всегда оставалась для них невидимкой, но сегодня на мою малышку никто даже не обратил внимания. Зашла в туалет и, сняв очки, посмотрела на себя в зеркало. Пальцем подняла кончик носа и скорчила рожицу. Вроде всё как обычно, хотя кто этих мужиков поймет.

Подошла к кассе.

– Третья колонка. Полный бак. Большой латте и двойной френч-дог.

– Карта?

Задумалась. Вот уж ни хрена подобного!

– Наличка.

Быстро расплатилась и вышла из здания заправки.

Села в машину и откусила большой кусок булки с сосиской, зажмурилась, застонав от наслаждения.

Пока мой желудок входил в состояние пищевого экстаза, мозг лихорадочно работал.

Первое.

Нужно срочно решить проблему с жильём. Так-то я всё отлично придумала. Сейчас Алекс с упорством бульдога начнет рыть землю в Питере, выискивая меня по всем адресам. Ему даже в голову не придет, что сумасбродная Екатерина Владимировна рванет к берегам Черного моря.

Но рано или поздно ареал его поисков увеличится. Поэтому, хочешь-не хочешь, нужно звонить матери.

Я включила телефон. Какофония бздзыньков с вотпап меня оглушила.

– «Алексеева, ты где?», «Какого черта?», «Катька, мать твою!», что-то непечатное. Хмм. «Если ты сейчас же не возьмёшь трубку, я тебя убью. Сначала найду, потом убью!», «Каааатяяяяя!», «Радио!», «Катя, включи радио!», «Екатерина Владимировна, вас по радио передают!», «Солнышко, возьми трубку!», «Родная моя, не убегай», «Катенька, я прошу тебя, давай поговорим!»

Меня заколотило. Его номер. Открываю сообщения. На меня нахлынул весь водоворот его чувств. От страха до злости, от просьб до угроз.

– «Катя! Твою мать! Кончай детский сад! Я же все равно тебя найду, поймаю и отшлепаю по твоей упругой попке! А знаешь, что я потом сделаю с этой самой попкой?...»

Меня бросило в жар. Я уже слишком хорошо знала, что он может с нею сделать. Даже почувствовала прикосновение его языка к своей коже.

Дрожащей рукой оттянула ворот и подула на грудь, которая была готова прорвать ткань майки возбужденными сосками. Появилось стойкое ощущение, что он берёт меня прямо сейчас и прямо здесь. Застонав, я откинулась на сидение и провела рукой по груди и вниз.

– Стоп! Катька, зараза распутная! Какого чёрта ты творишь?
– здравый смысл вошёл в чат.

– Пошел на…!
– сквозь зубы прошипела я, пальцами расстёгивая пуговицы на шортах.

Ммм… Ещё чуть-чуть. Тело выгнулось дугой, и я вскрикнула.

– Маленькая моя, ты прекрасна.
– Услышала я его хриплый голос над самым ухом.

Открыла глаза и оглянулась. Никого.

– Да ты помешалась на нем, дурында!
– опять подал голос здравый смысл.

– Заткнись! Заткнись! Заткнись!
– закричала я, стуча руками по оплётке руля. Голова упала на руки, и я расплакалась, осознавая, насколько сильно он отравил меня, мой разум, моё тело. Отравил собой.